Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 12
 Шамиль и его команда

       Кодовые названия, которые дал Шамиль Басаев двум этапам своей операции в Дагестане,— "Гази-Магомед" и "Гамзат-бек" — носят откровенно пропагандистский характер. Они должны вызывать ассоциации с Кавказской войной прошлого века. Если следовать ее логике, третий этап должен быть завершающим и называться "Имам Шамиль". А чтобы аналогия была полной, лидеры первых двух этапов должны погибнуть.

Лев Ислама
       Ранним утром 1829 года молодой послушник религиозной школы известного во всем нагорном Дагестане шейха Саида Араканского, собрав всех учеников, заявил: "Эй вы, ищущие знаний! Саид может дать вам только то, что имеет! А он нищий! Иначе бы ему не понадобилось царское жалование!"
       Послушника звали Гази-Магомед. Этой речи предшествовали несколько трудных разговоров с шейхом. "Учитель, введи шариат!" — просил, настаивал, требовал ученик. Гази-Магомед твердил Саиду Араканскому, что "адаты" (обычаи), по которым живут ныне горцы, это "порождение сатаны". И только шариат, закон, данный людям Аллахом, спасет пребывающий в нищете и невежестве народ Дагестана, который грабят и унижают местные феодалы и царская администрация.
       Но шейх, не желавший конфликтовать с властями и понимавший, что призывы Гази-Магомеда приведут к войне, лишь качал головой.
       Гази-Магомед ушел от шейха и стал агитировать по аулам. Первыми на его призыв откликнулись земляки-гимринцы. Аул Гимры изгнал местного муллу и ввел шариат. Вскоре его примеру последовали соседи. Сопротивляющихся изгоняли.
       В феврале 1830 года Гази-Магомед во главе восьмитысячного войска подошел к Хунзаху, столице Аварского ханства, и предложил его правителям принять шариат. Хунзах отказал. В последовавшем вслед за этим сражении отряд Гази-Магомеда был разбит.
       По просьбе аварских властителей на усмирение восставших были отправлены русские войска. Осадив Гимры, царские войска произвели артобстрел, после чего предложили гимринцам изгнать Гази-Магомеда и выдать "аманатов" (заложников). Гази-Магомед с группой сторонников покинул аул. Мятеж сочли подавленным. Русские войска ушли из гор.
       Но Гази-Магомед и не думал сдаваться. Он построил в горах башню и стал готовить новое восстание. Он пришел к твердому выводу: чтобы ввести шариат, нужен газават.
       В 1830 году в соборной мечети аула Унцукуль Гази-Магомед был провозглашен имамом. Один из духовных вождей горцев, шейх Магомед Ярагинский, опоясав избранника саблей, напутствовал его: "Руби измену, лев Ислама. Руби беспощадно. Даже если она спрячется между страницами Корана".
       Новый имам произнес краткую и энергичную речь: "Душа горца соткана из веры и свободы. Такими уж создал нас Всевышний. Но нет веры под властью неверных. Вставайте же на священную войну, братья! Газават изменникам! Газават всем, кто посягает на нашу родину".
       В начале 1831 года он спустился на равнину. Вскоре пала резиденция шамхала Тарковского. Затем последовали налеты на крепости Бурную, Внезапную. Внезапно появляясь и столь же внезапно исчезая, он заманивал русские отряды в засады, где они несли тяжелые потери.
       В августе имам осадил Дербент. На помощь осажденному гарнизону двинулся крупный отряд во главе с генералом Кохановым. Гази-Магомед не стал ждать генерала. Совершив стремительный переход через горы, он вышел в кумыкские степи и в ноябре 1831 года, прорвав Кавказскую пограничную линию, взял Кизляр.
       Известие об этом вызвало гнев императора Николая I, он потребовал положить конец мятежу. Но к началу 1832 года восстание охватило всю Чечню, Джаро-Белоканы и Закаталы (территория нынешнего Азербайджана). Укрепившись в Чечне, Гази-Магомед совершал оттуда нападения на форты и укрепления пограничной линии. Его отряды угрожали крепостям Грозный и Владикавказ.
       К тому времени, стянув в регион войска, российская армия начала крупное наступление. Отряд под командованием генерала Григория Розена, разоряя по пути мятежные чеченские аулы, медленно продвигался к Гимрам.
       10 октября 1832 года русские войска вновь осадили Гимры и после артобстрела ворвались в аул. Последние защитники села во главе с Гази-Магомедом отступили в башню, откуда отстреливались до тех пор, пока не кончились боеприпасы.
       Имам, взяв в руки саблю, призвал соратников к последнему бою. Выпрыгнул в гущу осаждавших и попал прямо на штыки. Прыгнувший следом за ним Шамиль (будущий третий имам Дагестана и Чечни), зарубив нескольких солдат, прорвался сквозь цепь и, весь израненный, бросился в пропасть. Будучи уверенными в его гибели, солдаты не стали преследовать Шамиля.
       В Петербург ушла реляция: мятежные аулы покорены, зачинщики убиты, их сторонники рассеяны. И действительно, в 1833 году в горах наступило некоторое затишье.
       
Мститель
       Но уже в начале 1834 года в горах Дагестана появилась 20-тысячная повстанческая армия под командованием нового имама. Им стал Гамзат-бек. Отправленный через Кавказский хребет Гази-Магомедом в 1832 году во главе небольшого отряда мюридов на помощь восставшим джаро-белоканцам, Гамзат-бек успешно воевал, остановив наступавшие с юга царские войска. Но зимой, когда перевалы закрылись и мюриды оказались отрезанными от основных сил, Гамзат-бек с целью выиграть время вступил в переговоры. Когда он прибыл на переговоры в крепость Закаталы, царский генерал Стрекалов велел арестовать его и отправить в Тифлис.
       Впрочем, в заключении Гамзат-бек пробыл всего несколько месяцев. За него вступился влиятельный дагестанский властитель Аслан-хан Кази-Кумухский. У Аслан-хана были свои виды на Гамзат-бека. Правительница соседнего Хунзахского ханства кровно оскорбила Аслан-хана, отдав обещанную его сыну дочь в дом шамхала Тарковского. И Аслан-хан рассчитывал руками Гамзат-бека отомстить надменным соседям.
       Гамзат-бек энергично взялся за дело, набирая мюридов, принимая у себя беглых русских солдат. Но, вопреки расчетам Аслан-хана, он объявил войну не одному лишь Хунзаху, а всей местной верхушке Дагестана. Кадии, ханы, беки, старшины Дагестана сплотились перед лицом общей угрозы, но у села Гергебиль Гамзат-бек разбил их объединенные отряды.
       К лету 1834 года во всей Аварии только Хунзах не признавал власть Гамзат-бека. В августе этого же года Гамзат-бек с 12-тысячным войском осадил Хунзах. Попытка сопротивления окончилась неудачей. Имам предложил ханше принять шариат и заставить своих сыновей выступить на борьбу против царской администрации. Посланные на переговоры сыновья ханши были перебиты. Восставшие ворвались в Хунзах, взяли дворец и убили ханшу.
       Превратив Аварию в свой оплот и сделав Хунзах своей столицей, Гамзат-бек стал распространять пламя войны на соседние стороны. Но в Хунзахе созрел заговор, во главе которого стояли близкие к ханскому двору и пророссийски настроенные люди — Хаджи-Мурат (тот самый, герой одноименной повести Льва Толстого) и его брат Осман.
       Вместе с десятью своими сторонниками братья напали на имама в мечети. Осман нанес Гамзат-беку смертельный удар, однако и сам был зарублен нукерами имама. Мюриды и родственники Гамзат-бека, окруженные сторонниками братьев, забаррикадировались в ханском дворце, но были оттуда выбиты и сброшены с кручи. Новым правителем Аварии избрали Хаджи-Мурата. В знак признания его заслуг российская администрация присвоила новому правителю звание прапорщика милиции.
       
Имам Шамиль
       Вскоре после гибели Гамзат-бека 19 сентября 1843 года предводители горских джамаатов (обществ) собрались в мечети аула Ашильта, чтобы избрать нового имама. Им стал Шамиль.
       Гази-Магомед зажег в горах пламя новой войны и дал восставшим идеологию. Его главной мишенью был адат. Гамзат-бек распространил восстание на всю горную часть Дагестана и Чечни. И нанес сокрушительный удар по местной знати — основным хранителям и сторонникам адата.
       Шамиль довел до конца дело своих предшественников. Он построил Имамат — новое государство на принципах шариата. И беспощадно боролся с горской знатью, пока не установил в имамате полное равенство. Уцелевших беков Шамиль сослал в специальное поселение возле аула Орода.
       В Имамат вошли земли ликвидированного Аварского ханства, союзы сельских обществ горного Дагестана и почти вся Чечня. В сферу его влияния в разное время входили часть Ингушетии, отдельные аулы Хевсуретии и Тушетии. Мощное влияние Имамата ощущалось и на Западном Кавказе — в Кабарде, Черкесии, Адыгее и Абхазии.
       Численность населения этого государства не превышала 400 тысяч человек, а территория — 900 км в окружности. Но разноязыкое и полиэтническое его население (до 50 народов и народностей Дагестана, Северного Кавказа, России и ряда европейских и азиатских стран) было объединено общей идеологией и жесткой организацией.
       Шамиль довел до совершенства разработанные его предшественниками методы ведения войны против царских войск. Горцы придерживались тактики малых походов, позволявшей рассредоточивать силы противника и избегать генерального сражения. Заманивали противника в засады, изматывая постоянными уколами. В глубоком тылу врага активно действовали небольшие отряды в 10-30 человек. Когда Шамилю становилось известно о продвижении большого количества войск, он стремился спровоцировать восстание за пределами Имамата, чтобы открыть второй фронт и отвлечь силы врага.
       Широко применялась и дезинформация, когда допускались "утечки" о якобы готовящемся нападении, а удар наносился совершенно в другом месте.
       На руку Шамилю играли и действия царского правительства. Принимаемые им ответные меры имели обратный эффект и лишь увеличивали количество сторонников Имамата. Так, в ходе боев разрушались целые аулы, люди ссылались в северные губернии империи, имущество и скот конфисковывались. Полиция вылавливала в городах горцев, не имевших специальных документов, и отправляла их в тюрьмы.
       Безуспешными были и попытки формировать иррегулярные части из "мирных" горцев. Воевали такие части неохотно, а порой просто переходили на сторону мюридов.
       Шамиль четверть века противостоял могущественной Российской империи, вынужденной в последние годы войны сосредоточить на Кавказе почти 250-тысячную армию. Но и после капитуляции имама Шамиля в ауле Гуниб война на Кавказе продолжалась еще 20 лет.
       
       АНДРЕЙ КЛОЧКОВ
       
Комментарии
Профиль пользователя