Некролог
Вчера в возрасте 83 лет скончался Энцо Беарзот — тренер, которого в Италии будут чтить и считать великим всегда, несмотря на то что по большому счету в его карьере была всего одна великая победа. Но эта победа — на чемпионате мира 1982 года — получилась слишком неожиданной и яркой, чтобы когда-нибудь о ней забыть.
На одной из самых известных фотографий, связанных с футболом, запечатлена такая сцена: четверо мужчин, расположившись вокруг стола, увлеченно играют в карты и курят сигары. Сделана она была 12 июля 1982 года. Игроки — это тренер только что выигравшей свой третий чемпионат мира по футболу, спустя 44 года после второго, сборной Италии Энцо Беарзот, два ее ветерана — Дино Дзофф и Франко Каузио, а также президент Италии Сандро Пертини. Место действия — салон президентского лайнера, который вместе с его хозяином срочно вылетел в Мадрид по случаю национального триумфа, чтобы забрать домой, в Рим, его авторов.
Вообще-то Энцо Беарзот по всем раскладам должен был возвращаться из Испании совершенно иным способом — в экономклассе, пытаясь придумать, как незаметно покинуть римский аэропорт, чтобы его не забросали яйцами и гнилыми помидорами. Перед испанским первенством никто не верил ни в его команду, ни в него самого.
Энцо Беарзот долго считался если не случайным человеком во главе сборной Италии, то во всяком случае совсем не тем, кто принесет ей счастье. Довольно рядовой в прошлом игрок, он некоторое время работал ассистентом в ее штабе, а в 1977 году был назначен наставником команды, которая переживала кризис и проваливалась на одном турнире за другим. С Беарзотом дела пошли чуть лучше. Итальянцы финишировали четвертыми на чемпионате мира в 1978 году и чемпионате Европы в 1980-м. Но на то континентальное первенство в Италии делалась чересчур серьезная ставка: ведь оно было домашним для нее. И просто попадание в четверку для местных болельщиков стало равносильно грандиозному поражению.
Энцо Беарзота тогда было принято не хвалить, а ругать — за скучный футбол, за то, что не берет в сборную некоторых из ведущих игроков серии A. А перед испанским чемпионатом его вообще называли сумасшедшим: ведь только сумасшедший мог включить в команду не игравшего два года из-за дисквалификации, подозревавшегося в продаже матчей форварда Паоло Росси или поверить в то, что 18-летний защитник Джузеппе Бергоми может превратиться в ключевое звено обороны.
Энцо Беарзота продолжали распекать в прессе даже после первого группового этапа. Итальянцы его прошли, но прошли чудом — с тремя ничьими в трех матчах со сборными Польши, Перу и Камеруна, опередив африканцев за счет того, что забили на один гол больше. Впереди их ждала еще одна группа и борьба за полуфинал с куда более сильными соперниками — аргентинцами и выдающимися по набору талантов бразильцами. То есть неминуемая смерть.
Записи двух этих выигранных вопреки всем прогнозам матчей итальянцы любят пересматривать до сих пор. Особенно тот, в котором они одолели выдающуюся по набору талантов сборную Бразилии — 3:2 — благодаря трем голам до этого совершенно незаметного, но почему-то не отправленного Беарзотом в запас Паоло Росси. После этого разогнавшиеся итальянцы расправились с поляками и немцами и отправились на родину с золотыми наградами на шее.
Энцо Беарзот ушел из больше при нем не прыгавшей выше головы сборной через четыре года и фактически завязал с практической тренерской деятельностью. Сам он говорил, что просто не увидел для себя места в изменившемся футболе — где все говорят о деньгах, где верность игрока одному клубу превратилась в моветон, а тренеры — в ученых, корпящих над сложными тактическими схемами. Сам Беарзот на схемах не зацикливался. "У меня должны быть два вингера, плеймейкер и центрфорвард. Остальное — это фантазия игроков, которые вольны делать на поле все, что хотят. Я считаю, что талант нельзя загонять в узкие тактические рамки",— как-то признался он.
Сегодня такие слова могли бы показаться издевательством над футбольной мыслью. Но ведь однажды этот принцип сработал.