Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 10

 Похороны по канону и ритуалу
       Вчера на Ваганьковском кладбище прошли похороны актера, режиссера и преподавателя ВГИКа Анатолия Ромашина, погибшего во вторник у себя на даче.

       Ромашина хоронили в соответствии с христианскими канонами, не забыв при этом и светский ритуал. В храме Всех святых Ново-Алексеевского монастыря прошло отпевание. Народу было немного, только родственники и самые близкие друзья. Затем в небольшом Белом зале Союза кинематографистов России прошла панихида гражданская. Гроб стоял на сцене, а на экране шли отрывки фильмов с участием Ромашина: "Неоконченная пьеса для механического пианино", "Агония", "Несколько дней из жизни Обломова", "Десять негритят". Звучали песни любимого Ромашиным Булата Окуджавы. Людей было не то чтобы много, но и не мало: друзья, коллеги, ученики — только свои. Речи были недолгими, но хоть и традиционно заурядными, вроде бы искренними. Художественный руководитель Театра Луны, где последнее время работал Ромашин, Сергей Проханов сказал, что "царские роли были его ролями". Министр культуры Михаил Швыдкой — что "мы слишком часто стали хоронить". Виктор Мережко обратил внимание на то, "какой страшный год: Ефремов, Балтер, Горин, трагедия на Пушкинской", но не сумел сдержать слезы и пообещал помогать семье и в особенности трехлетнему сыну Ромашина, Диме. Гроб с телом Ромашина под привычные уже аплодисменты вынесли на улицу, положили в катафалк и отправили в последний путь на Ваганьковское кладбище.
       На кладбище возле могилы Элем Климов сказал, что "роль Николая II была любимой ромашинской ролью, а сам Ромашин был лучшим, с кем меня свела жизнь". Лидия Федосеева-Шукшина говорила о более возвышенном: "Смерть не бывает преждевременной или случайной. На все воля Божья". После этих слов появился кладбищенский священник с церковным хором, и под заупокойные молитвы рядом с могилами Григория Горина, Аллы Балтер, Сергея Исаева вырос еще один надгробный холм.
       Когда толпа хоронивших Ромашина схлынула, в районе 24-го участка Ваганьковского кладбища осталось только несколько плачущих женщин. Они оплакивали Марию Леонову, которая в тот же самый день и в тот же самый час погибла при взрыве на Пушкинской.
       
       АЛЕКСЕЙ Ъ-КАРАХАН

Комментарии
Профиль пользователя