Коротко


Подробно

"Я ушла не из-за единороссовских функционеришек"

Элла Памфилова рассказала "Ъ" о том, что ей удалось и не удалось сделать во главе совета по правам человека

12 октября Дмитрий Медведев назначил Михаила Федотова главой совета при президенте по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека. Это место пустовало с 20 июля, когда ЭЛЛА ПАМФИЛОВА, возглавлявшая совет с 2004-го по июль 2010 года, ушла в отставку. Госпожа Памфилова рассказала корреспонденту "Ъ" НАТАЛЬЕ ГОРОДЕЦКОЙ о том, что может измениться в работе совета после назначения господина Федотова, а также о причинах своего ухода в отставку.


— Какие вопросы совету удалось решить? О чем вы можете говорить с гордостью?

— Совет много сделал для беженцев и жителей Северного Кавказа. Мы помогли изменить закон о мигрантах, и благодаря этому почти два миллиона человек получили российское гражданство. Помогли добиться введения общественного контроля за тюрьмами, способствовали созданию суда присяжных, повышению пенсий военнослужащим, воевавшим в горячих точках. Не без нашей помощи была введена должность уполномоченного по правам ребенка. В политике не дали ужесточить закон о митингах и демонстрациях и помогли смягчить закон об некоммерческих организациях (НКО). Этот список можно продолжать долго.

В то же время сожаление вызывает то, что в свое время нас не послушал президент, когда мы представили ему аналитические материалы о негативных последствиях монетизации. То же самое было с Лесным кодексом: еще в апреле 2009 года мы говорили о том, что разрушена охрана лесов. Сожаление есть по поводу того, что не услышали наши доводы о том, что фактически разрушена вся социальная система, а Минздравсоцразвития не отвечает потребностям страны. Сегодня никто не занимается проблемами труда, никого не интересует качество продукции, качество жизни, качество человеческого потенциала. Нет системы защиты детей, нет эффективной молодежной политики.

Что совету по правам человека не удалось сделать?

— Не предотвратили принятие поправок в закон о ФСБ. И самое главное — не удалось организовать эффективный общественный контроль над выборами, чтобы они были действительно свободными, не было административного ресурса, а люди поняли их значение, знали, кого и зачем выбирают.

Насколько едиными были мнения и работа членов совета?

— Мнения, естественно, были самыми разными, споры весьма и весьма горячими, но мы научились вырабатывать общую точку зрения по системным проблемам и всегда в самых острых вопросах выходили на власть с консолидированной позицией.

Ощущалось ли противодействие работе совета со стороны правительства, администрации президента, партий, общественных организаций?

— Многостороннее противодействие со стороны всех, кого вы назвали, и весьма существенное, было всегда. Для совета это было перманентное рабочее состояние. И это нормально, поскольку если бы нас любила и хвалила партия власти, то грош цена была бы такому совету. Но все это было неявно, гадости всякие говорили и делали за спиной. Была информационная блокада — никто не знал, чем мы занимаемся, совет показывали только во время встреч с президентом. А чаще бывало, что президент подпишет резолюцию, даст чиновникам поручения, и бумаги идут по всем кругам ада, пока окончательно не замылятся.

Соответствует ли, по вашему мнению, идеология совета сегодняшним реалиям, может быть, что-то надо менять?

— Дело не в совете как таковом, а в том, что многие формы его работы, которые позволяли ему быть сильным и эффективным на протяжении восьми лет, сейчас уже исчерпали себя. Чтобы совет продолжал так же работать, ему необходимо дать второе дыхание, новое качество. И тут невольно все упирается в необходимость решения политических вопросов, потому что в рамках нынешней системы качественно изменить ситуацию с правами и свободами, в первую очередь политическими, уже невозможно. Это определенный тупик, в который я уперлась.

Но президент, с одной стороны, решил оставить все, как есть, а с другой стороны, придал новому председателю совета иной статус, статус высокопоставленного государственного чиновника. А это кардинально меняет характер совета, поскольку я не была чиновником и возглавляла его на общественных началах. Это определяло высокую степень свободы и возможность без обиняков поднимать самые острые вопросы в диалоге с первым лицом, жестко критиковать действия власти и представлять альтернативную точку зрения. Статус чиновника обязывает быть в рамках, но в то же время административных ресурсов у нового председателя будет гораздо больше, чем было у меня. В любом случае я желаю успеха Михаилу Александровичу (Федотову.— "Ъ") и надеюсь, с учетом хорошего отношения к нему президента, что совет будет вполне дееспособным.

А каковы ваши личные впечатления от Дмитрия Медведева, оставшиеся после обсуждения проблем гражданского общества, нарушения прав человека и положения НКО. Насколько серьезно Дмитрий Медведев просчитывает последствия тех или иных шагов власти, законопроектов?

— В наших вопросах Дмитрий Медведев всегда внимательно читал документы, реагировал, давал поручения подчиненным, только они по большей части исчезали в правительстве — то ли бюрократическая машина давала сбой, то ли чей-то серьезный интерес срабатывал. По-человечески мне грех жаловаться на Дмитрия Медведева. У нас сложились хорошие отношения, еще когда он возглавлял президентскую администрацию.

Какие проблемы, на ваш взгляд, надо поднимать совету во главе с Михаилом Федотовым?

— Я восемь лет отработала в совете, теперь пусть сами. Совет жив в том числе и потому, что я в него очень много вложила сил, нервов. Как будет дальше, не знаю, но знаю, что совет будет другим. А поучать Федотова и членов совета со стороны не считаю возможным. Уходя — уходи! Пусть сами решают.

Причиной вашего ухода 30 июля в отставку были усталость, отсутствие явных результатов, понимание напрасности работы во главе совета или некие трения с окружением президента?

— Естественно, я ушла не из-за "наших" и прочих единороссовских функционеришек — это было бы просто смешно и нелепо для человека, который за 20 лет бурной политической жизни прошел через более серьезные испытания. Мне важно, чтобы в том, чем я занимаюсь, было развитие, было что-то новое. Я могу эффективно работать, если верю в результат, а это ощущение пропало. Никакой усталости у меня нет, и я сейчас обдумываю новое поле деятельности. Естественно, что и жить, и работать я намерена в России, предложения есть. Спасибо всем тем, кто рискнул сделать мне то или иное предложение, я очень благодарна этим людям! А сейчас я взяла тайм-аут и учу английский на Мальте. Я так счастлива, что ушла, что наконец-то свободна! Я всю жизнь работала, была ответственна за кого-то. Впервые в жизни я отвечаю только за себя и своих близких. Знаете, в детстве я хотела учиться музыке, но мама не позволяла, а теперь я купила себе пианино, буду ходить на концерты, в том числе джазовые. Думаю, что именно сейчас могут исполниться все мои отложенные желания.

Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение