Основа карточного капитализма

35 млн американцев пользуются карточками бесплатного питания. Глядя на успехи борьбы с нищетой по-американски, "Единая Россия" выдвинула идею ввести социальные продовольственные талоны для малоимущих и тем самым решить проблему бедности. Однако в Америке продовольственные карточки, или вэлферы, никогда не решали ту задачу, ради которой их хотят внедрить в России. Ведь на самом деле карточная система в США поддерживает не бедных, а производителей сельхозпродукции.

На протяжении многих веков крестьяне Европы постоянно страдали от нехватки земли и очень часто — от неурожаев, что порой приводило, без преувеличения, к чудовищным последствиям. Так, в 1845 году на Ирландию обрушился знаменитый Картофельный голод, после которого население острова сократилось на четверть. В течение четырех лет урожай картофеля погибал из-за фитофтороза — болезни, вызываемой грибком-паразитом. Большинство ирландских крестьян были малоземельными арендаторами и на своих крохотных участках ничего, кроме картофеля, не сажали, так что фитофтороз лишил миллионы людей средств к существованию. Около 1,5 млн ирландцев умерли от голода, но сотни тысяч смогли спастись, эмигрировав главным образом в Америку.

В течение всего XIX века и в начале ХХ века Соединенные Штаты приняли миллионы иммигрантов из Европы. Люди ехали в Новый Свет, потому что знали: Америка — страна, где люди не голодают. Причин опасаться голодной смерти действительно не было, поскольку плодородной земли было много, а уровень агрикультуры был одним из самых высоких в мире. Кроме того, США обладали великолепной дорожной сетью, которая все время расширялась, а значит, в регион, где урожай пострадал от каких-нибудь природных напастей, можно было быстро подвезти продовольствие из благополучных районов. К тому же сельское хозяйство Америки не было монокультурным. Если что-то случалось с картофелем, оставалась пшеница, если гибла пшеница, оставалась кукуруза. Наконец, землями в США владели не титулованные лендлорды, а сами фермеры. В начале ХХ века большая часть американцев трудились на земле и имели при этом отнюдь не маленькие наделы. Средства, которые в Европе шли на уплату аренды, в США оставались в распоряжении фермерских семей, что также шло сельскому хозяйству только на пользу. Словом, в Америке просто не было условий для голода, а потому об экстренных мерах по борьбе с ним никто даже не задумывался.

В Соединенных Штатах, разумеется, существовала система помощи бедным. Основой этой системы была сеть благотворительных обществ, покрывавших всю страну. Сбором средств для неимущих в основном занимались религиозные леди и джентльмены, стремившиеся поступать так, "как на их месте поступил бы Иисус". Эти доброхоты кормили городских нищих бесплатным супом, раздавали теплые одеяла, помогали бедным семьям покупать уголь для обогрева жилья — словом, исполняли свой христианский долг, не влезая в слишком большие расходы. Некоторые средства на помощь бедным согражданам выделяли местные власти на уровне отдельных штатов и городов. Общегосударственной системы борьбы с голодом не было, поскольку не было и голода.

С началом Первой мировой войны в воюющих странах Европы появились общенациональные системы распределения продовольствия, но американцев европейские проблемы снова обошли стороной. Несмотря на то что Америка в итоге все-таки вступила в войну, нужды в создании подобной системы так и не появилось.

Но вот в годы Великой депрессии для американцев настали по-настоящему тяжелые времена, и национальная система оказания помощи нуждающимся все-таки была создана. Однако еду по карточкам начали распространять лишь весной 1939 года, когда худшие годы депрессии были уже позади. Причина такого решения — проста. Дело в том, что американская система продовольственной помощи никогда не была нацелена на то, чтобы помогать голодным.

Кто первым задумал разработать Программу продовольственных карточек (Food Stamp Program), не знает никто. Скорее всего, автором идеи был кто-то из безвестных чиновников департамента сельского хозяйства США. Так или иначе, честь создания программы приписывают тогдашнему главе департамента Генри Агарду Уоллесу. Этот человек был видным общественным деятелем, но при этом никогда не был защитником интересов бедноты. Зато Уоллес являлся потомственным лоббистом, защищавшим интересы сельхозпроизводителей. Его дед имел крупную ферму и был известным журналистом, писавшим статьи в защиту фермеров. Его отец, Генри Кентуэлл Уоллес, был профессором агрономии, разводил скот в Айове и выпускал журнал, посвященный аграрным вопросам. С годами Генри Уоллес-старший набрал политический вес и в 1921 году возглавил департамент сельского хозяйства. Своей главной задачей он считал помощь фермерским хозяйствам, столкнувшимся с проблемой перепроизводства. Уоллес-старший сделал все для того, чтобы продукты фермеров находили сбыт, и его сын впоследствии пошел по его стопам.

Генри Уоллес-старший умер в 1924 году, а в 1933 году его сын Генри Уоллес-младший занял тот же пост в администрации Франклина Рузвельта. Уоллес был одним из ближайших советников президента по аграрной политике, и то, что он советовал, было далеко от поддержки малоимущих, которым не хватало на еду. Напротив, он делал все для того, чтобы продуктов в стране стало меньше, а цены на них выросли. Администрация Рузвельта стала доплачивать фермерам за сокращение площади посевов и поголовья скота, чтобы взвинтить цены. В результате тысячи гектаров земли остались незасеянными, тонны зерна сгнили в силосных ямах, а 6 млн поросят были безжалостно забиты. Согласно исследованиям Института Гэллапа, большинство американцев были в ярости от подобной политики. Больше всех негодовали, разумеется, неимущие, ведь им пришлось крепко затянуть пояса. Однако фермерское лобби было довольно, ведь искусственный дефицит поднял цены на продовольствие — и фермеры при меньших затратах стали зарабатывать больше.

Пока американские фермеры боролись за выживание, Уоллесу и в голову не приходило распределять продовольствие по карточкам, но стоило Великой депрессии пойти на спад, как на горизонте снова замаячил призрак перепроизводства, и департамент сельского хозяйства задумался о помощи голодающим. Результатом этих раздумий стал проект Программы продовольственных карточек, который пришелся по душе и Уоллесу, и самому Рузвельту.

В рамках программы каждый американец, уже получавший государственную помощь, мог купить оранжевые продовольственные карточки, которые можно было обменять по льготным ценам на любые продукты из тех, что продаются в продовольственных магазинах. Кроме того, на оранжевые карточки можно было покупать мыло, крахмал, спички и прочие товары, необходимые в любом хозяйстве. На каждый доллар, потраченный на покупку оранжевых карточек, покупатель бесплатно получал голубые карточки стоимостью 50 центов. На голубые карточки можно было покупать дополнительные товары, к которым относились свежие фрукты и прочие вкусности. Алкоголь и табачные изделия за карточки не продавали. Торговцы, участвовавшие в программе, обменивали карточки обоих цветов на деньги у правительства.

За работу всей системы отвечал подчиненный Уоллеса по имени Мило Перкинс. Этот чиновник предельно точно сформулировал всю суть тогдашней программы карточек: "То, что мы видим, напоминает глубокое ущелье, на одной стороне которого находятся горы продовольствия, произведенного фермерами, а на другой стороне — недоедающее городское население без гроша в кармане. Мы же нашли способ построить мост через разделяющую их пропасть".

Пробный пуск программы состоялся в апреле 1939 года в городе Рочестер, штат Нью-Йорк. В мае того же года безработная Мейбел Макфриггин пришла в магазин, принадлежавший Джозефу Мутоло, и обменяла свои карточки на масло, яйца и чернослив. С того дня в Америке началась эпоха распределения продовольствия по карточкам, которая продолжается по сей день.

Программа карточек понравилась американцам куда больше, чем предыдущие действия правительства, направленные на взвинчивание продовольственных цен. К 1943 году, когда программа временно прекратила свое существование, карточки получали около 4 млн человек, а затраты правительства на поддержание этой системы за все годы достигли $262 млн. Имидж Генри Уоллеса заметно улучшился, а политический вес вырос настолько, что в 1940 он был выдвинут на пост вице-президента. С 1941 по 1945 год Уоллес оставался вторым лицом в государстве, а в 1948 он даже попытался баллотироваться в президенты.

Президентские амбиции Уоллеса не сбылись, и виной тому была эксцентричность самого политика. Еще в 1920-е годы Уоллес страстно увлекался учением Рериха и даже финансировал экспедиции русского гуру в Тибет. За верность делу оккультизма и пламенную веру в Шамбалу Рерих нарек его Галахадом. К несчастью для Уоллеса, его переписка с учителем стала достоянием общественности как раз накануне выборов, а консервативный избиратель не жаловал сектантов. Кроме того, в годы войны Уоллес открыто восхищался Сталиным и Советским Союзом, что не прибавило ему популярности в годы холодной войны. Политический капитал, связанный с карточной системой, к тому моменту был окончательно утрачен, ведь в 1943 году продуктовые карточки были упразднены в связи с улучшением экономической ситуации. В общем, Уоллес, заподозренный в сектантстве и коммунизме, не стал президентом. Но впоследствии идея продуктовых карточек не раз помогала американским политикам сделать карьеру.

Карточки в США были отменены в разгар Второй мировой войны, потому что население страны и не думало голодать. Тем более американцы не голодали в 1961 году, когда программа была возобновлена. Возрождение карточек не могло быть вызвано заботой о голодающих, а вот забота о рейтинге президента Кеннеди вполне могла его вызвать.

В 1950-е годы член конгресса от Демократической партии Леонор Салливан вела активную кампанию за восстановление карточной системы, но при республиканце Эйзенхауэре на это можно было не надеяться. Тем не менее идея стала ассоциироваться с демократами, и во время предвыборной кампании 1960 года Джон Кеннеди пообещал вернуться к системе времен Рузвельта. Молодой президент дал распоряжение о возобновлении карточной системы сроком на три года на следующий день после своей инаугурации. И вскоре программа Уоллеса снова заработала. 29 мая 1961 года в Пэйнсвиле, штат Западная Виргиния, многодетный отец Алдерсон Манси и его супруга приобрели карточки на сумму $95, направились в супермаркет Henderson`s и купили банку консервов со свининой и бобами. Так состоялось второе рождение Программы продовольственных карточек.

После гибели Кеннеди хозяином Белого дома стал его вице-президент Линдон Джонсон, который по истечении срока полномочий своего убитого предшественника сам собирался пойти на выборы. Обещание сделать трехлетнюю программу карточек постоянной позволило Джонсону заработать дополнительную популярность у малоимущих избирателей. В ходе избирательной кампании 1964 года Джонсон стремился, с одной стороны, показать себя настоящим последователем дела Кеннеди, а с другой стороны — выставить своего противника, республиканца Барри Голдуотера, в образе недалекого и опасного реакционера. Обрабатывать электорат в нужном направлении помогал административный ресурс, ведь Джонсон мог проводить популярные законопроекты, опираясь на демократов в конгрессе, а Голдуотер не мог. Так, 2 июля 1964 года под давлением Джонсона был принят Акт о гражданских правах, запретивший сегрегацию и расовую дискриминацию, а 31 августа того же года появился Акт о продовольственных карточках, который превратил карточки из временной меры, рассчитанной на три года, в постоянно действующую федеральную программу США. Результат подобных мер не замедлил сказаться: 3 ноября 1964 года Линдон Джонсон набрал 61% голосов избирателей и сохранил пост президента Соединенных Штатов.

Выпуск и распределение карточек были отданы в ведение штатов, а финансирование программы велось частью из бюджетов штатов, а частью из федерального бюджета. В первый год на программу планировалось потратить $75 млн, а получателями карточек должны были стать 350 тыс. человек. Основные принципы программы оставались прежними: лица, признанные достойными социальной помощи, покупали карточки за деньги, а потом по льготным ценам приобретали на них продукты питания в торговых точках, участвовавших в программе. Приобретать таким образом можно было любые продукты, произведенные в США, кроме табака и алкоголя. Право на покупку карточек получали не отдельные люди, а домохозяйства, то есть люди, живущие под одной крышей и ведущие совместное хозяйство. При этом оценивалась общая стоимость имущества и учитывался доход на каждого человека. Если домохозяйство признавалось бедным, путь в мир продуктовых карточек был открыт.

Система устраивала очень многих. Малоимущим нравилось покупать дешевые продукты, магазинам нравилось, что льготники с карточками увеличивали их оборот, а фермерам нравилось, что, оплачивая беднякам часть стоимости товаров, государство фактически перекачивало в их карманы часть своих налоговых поступлений. Чиновникам эта система тоже нравилась, поскольку она создавала возможности для почти неограниченного роста аппарата.

Число лиц, охваченных программой, постоянно расширялось. В апреле 1965 года карточками пользовались 560 тыс. человек, в марте 1966 года — около 1 млн, в октябре 1967-го — 2 млн, а в феврале 1969 года — 3 млн человек. Столь стремительный рост числа "голодающих" озадачил даже тех, кто недавно боролся за их права. Так, Леонор Салливан, с чьей подачи программа была возрождена в 1961 году, восклицала: "Похоже, департамент сельского хозяйства собирается расширить число получателей карточек до 25 млн человек, что сделает абсурдной саму идею программы".

Однако механизм уже набрал обороты, и теперь уже ничто не могло показаться слишком абсурдным.

Линдон Джонсон завоевал Белый дом, обещав построить "великое общество", то есть решить социальные проблемы страны с помощью активной государственной помощи. Одним из самых амбициозных проектов Джонсона была война с бедностью, предусматривавшая несколько масштабных программ помощи безработным, неимущим и прочим социально незащищенным лицам. Программа продовольственных карточек была лишь одной из мер в рамках широкого наступления на бедность. Однако, несмотря на все старания, популярность Джонсона неуклонно падала. В стране набирало силу мощное движение ультралиберального толка, в котором слились неприятие войны во Вьетнаме, сексуальная революция, идеи Мао Цзэдуна, повальное увлечение наркотиками и много чего еще. На стороне этого разнородного движения оказались левые интеллектуалы, либеральная пресса и практически вся учащаяся молодежь, не горевшая желанием умирать в далеких джунглях. Время от времени полевевшая интеллектуальная элита устраивала идеологические диверсии против власти. Так, благодаря репортажам из Вьетнама публика уверилась в том, что американские солдаты чуть ли не специально охотятся на вьетнамских детей. Вскоре зрителям предстояло убедиться в том, что власть морит своих сограждан голодом.

21 мая 1968 года CBS показал документальный фильм "Голод в Америке", который шокировал американцев. Фильм начинался с кадров, запечатлевших умирающего младенца. Затем появлялись титры: "Этот ребенок умирает от голода. Он был американцем. А теперь он мертв". Вся картина была выдержана в том же духе. Камера искала голодающих и находила их в индейских резервациях, трущобах, где обитали мексиканские нелегалы, депрессивных аграрных регионах Юга и прочих подобных местах. Голос за кадром рассказывал ужасные вещи. Американцы вдруг узнали, что 30 млн из них живут на грани нищеты, а 10 млн грозит голодная смерть. То, что в обычной жизни большинство американцев не встречали голодных людей, никого уже не волновало, как не волновали и результаты расследования, проведенного ФБР. Оказалось, например, что ребенок, показанный в начале фильма, умер не от голода, а от того, что был недоношенным. Однако миф был с успехом создан, и общество отныне требовало расширить программу продовольственной помощи.

В результат общественной кампании круг лиц, которые имели право покупать карточки, начал стремительно увеличиваться. В феврале 1970 года карточками пользовались 4 млн человек, через месяц — 5 млн, еще через два месяца — 6 млн, а к концу 1974 года карточки были на руках у 15 млн человек. Программа расширялась на все новые группы населения. Так, с 1974 года карточки стали выдавать наркоманам и алкоголикам, находившимся на лечении в наркологических центрах.

Карточная система постепенно совершенствовалась. В 1970-е годы, например, было установлено, что штаты и федеральное правительство берут на себя по 50% расходов на функционирование программы. Постоянно уточнялись требования к лицам, желавшим пользоваться карточками. Для того чтобы использовать карточки, нужно было иметь доход на члена семьи ниже официальной черты бедности. Наконец, Акт о продуктовых карточках 1977 года прекратил практику продажи карточек за деньги. Отныне лица, имевшие право пользоваться карточками, получали их бесплатно. Количество выдаваемых карточек было увязано с пищевой ценностью продуктов, которые можно было на них купить. Казалось, теперь в США должно было наступить всеобщее довольство и начаться общенародное ликование. Однако ни первого, ни второго не случилось.

С конца 1970-х годов в американском обществе начало расти недовольство системой социальных программ, в частности системой продуктовых карточек. Критики программы утверждали, что, раздавая карточки бесплатно, правительство унижает граждан великой страны и, что гораздо хуже, приучает их к иждивенчеству. Одним из самых ярких критиков системы был бывший губернатор Калифорнии по имени Рональд Рейган, который в 1976 году уже пытался добиться выдвижения в кандидаты на пост президента от Республиканской партии.

Рейган обращался с фактами так же вольно, как и создатели нашумевшего "Голода в Америке", но при этом он рисовал в своих речах яркие и запоминающиеся образы, которые оказались близки многим американцам. Получателей правительственной помощи он называл безликой массой, ожидающей подачек, а про голодающих говорил так: "Четыре года назад нам сказали, что 17 млн человек каждый вечер ложатся спать голодными. Возможно, так оно и было. Все они сидели на диете".

Рейган рассказывал людям о том, как в Калифорнии рослый молодой здоровяк покупал в магазине бифштекс на дармовые продуктовые карточки, в то время как простые труженики стояли в очереди за котлетами для гамбургеров. Неизвестно, существовал ли этот любитель бифштексов в действительности, но многие простые американцы в те годы были уверены, что безработные "голодающие" питаются лучше, чем они. В другой раз Рейган рассказал о "королеве вэлфера" из Чикаго: "У нее было 80 имен, 30 адресов, 12 карт социальной защиты, а еще она получала ветеранскую пенсию за 4 несуществовавших мужей, якобы погибших на войне. Она пользовалась медицинской страховкой и собирала продуктовые карточки по каждому из своих имен. Ее доход, не облагавшийся налогом, превышал $150 тыс.". В этой истории Рейган ничего не придумал. Все эти преступления совершила женщина по имени Линда Тейлор, которая была арестована в 1977 году и предстала перед судом.

Тейлор была не одинока. Другая "королева вэлфера" по имени Дороти Вудс собирала продуктовые карточки на 38 несуществующих детей, а ее коллега Истер Джонсон заработала $240 тыс., получая пособия на 60 вымышленных отпрысков. Все эти "королевы" погорели из-за собственной необузданной жадности. Куда труднее было поймать тех, кто придумывал всего двоих-троих детей.

Хуже всего было то, что система пособий у многих начисто отбивала желание трудиться. Более того, консерваторы были уверены, что пособия развращают население в самом прямом смысле. Одинокой матери с ребенком было проще получить помощь от государства, чем замужней женщине, и поэтому в среде потенциальных получателей карточек распадалось все больше браков. В особенности это явление затронуло чернокожих американцев. Так, экономист-консерватор Томас Соуэлл сетовал: "Негритянская семья, что пережила века рабства и дискриминации, стала стремительно распадаться при либеральном государстве вэлфера, которое субсидирует внебрачные беременности и превращает социальные пособия из средства экстренной помощи в образ жизни".

В массовом сознании конца 1970-х годов прочно укоренился стереотип безработной черной матери-одиночки, получающей все виды пособий и при этом торгующей наркотиками. Справедливости ради следует отметить, что белые вели себя не лучше черных. Так, например, мормоны-расисты из фундаменталистской церкви Иисуса Христа святых последних дней в течение многих десятилетий занимались махинациями с пособиями. Мормоны практиковали многоженство, но при этом законный брак регистрировали только с одной женой. Все прочие жены записывались как матери-одиночки, которым полагались продуктовые карточки. При этом сектанты ненавидели правительство и считали свои действия чем-то вроде партизанской борьбы. Выкачивая пособия из государства, они стремились "обескровить зверя".

Многочисленные факты мошенничества выводили американцев из себя. Они понимали, что уличные преступники, наркоманы, бродяги и прочие малоприятные личности живут за их счет, ведь социальные программы финансировались деньгами налогоплательщиков. В результате вопрос о пособиях снова сыграл важную роль на президентских выборах, и в 1981 году хозяином Белого дома стал Рональд Рейган, обещавший урезать пособия.

При Рейгане социальные расходы были заметно сокращены. За восемь лет рейганомики число лиц, получавших продуктовые карточки, снизилось почти на 20%. Вместе с тем при Рейгане продолжалось совершенствование методов работы системы, что выражалось в упрощении некоторых бюрократических процедур. Незначительные корректировки системы продолжались и после Рейгана, а при Клинтоне круг получателей продуктового пособия стал снова расширяться. Временами вводились ограничения для нелегальных иммигрантов, но потом они снова отменялись. Власти некоторых штатов пытались увязать продовольственную помощь с трудоустройством. То есть человек, получающий карточки, должен был через некоторое время трудоустроиться под угрозой лишения права на получение помощи. Однако полностью прикрыть систему дармового питания никто не решался. И дело тут было вовсе не в страхе перед голодными бунтами. Просто за долгие десятилетия американский сельхозпроизводитель избаловался не меньше, чем знаменитые матери-одиночки. Если бы государство перестало покупать еду для малоимущих у американских фермеров, последних ждали бы тяжелые времена.

В целом система, сложившаяся в конце 1970-х, дожила до наших дней с небольшими изменениями. Самое главное нововведение состоялось совсем недавно, в 2008 году, когда Программа продуктовых карточек была переименована в Программу дополнительной продовольственной поддержки (Supplemental Nutrition Assistance Program, SNAP). При этом из обращения исчезли сами карточки. Их заменили пластиковые карты, по виду напоминающие банковские кредитки. Электронные платежи помогли упростить систему расчетов, а также, по мнению психологов, сделали сам поход в магазин за продуктами менее унизительным для получателя пособия, ведь теперь у него в руках были не цветные карточки, а такие же средства оплаты, как у всех.

Сегодня, как и во времена "великого общества", право на участие в системе SNAP получают домохозяйства, которым удастся доказать свою бедность. Общая стоимость имущества, включая банковские вклады, не должна превышать $2 тыс. Впрочем, если среди домочадцев есть лица старше 60 лет или инвалиды, сумма может увеличиться до $3 тыс. На первый взгляд кажется, что при таких условиях бедным может быть признан разве что бомж, живущий в картонной коробке. Однако это не так. Дом и земля, на которой он стоит, здесь не учитываются. Автомобиль может учитываться, если он приносит владельцу какой-то доход, но если он нужен лишь для того, чтобы забрать детей из школы, его учитывать не будут. Кроме того, чиновники, рассматривающие кандидатуры получателей помощи, берут в расчет уровень дохода семьи и число домочадцев. Чистый доход, то есть сумма, оставшаяся после вычета налогов, должен быть ниже официальной черты бедности. Для семьи из двух человек эта черта соответствует годовому доходу $14 тыс., из трех человек — $17 тыс. и т. п., причем цифры корректируются каждый год. Сумма, начисляемая на карты SNAP на члена семьи, не может превышать определенного предела. С февраля 2009 года этот предел составляет $668 в месяц.

А вот основные правила использования пособия не изменились со времен Рузвельта. Товары, которые можно приобретать на карту SNAP, могут быть произведены только в США. Департамент сельского хозяйства США признал в 2008 году, что Программа дополнительной продовольственной поддержки служит стимулированию спроса на продукцию американских фермеров и пищевой индустрии. Таким образом, "голодающие" американцы по-прежнему не являются самоцелью правительства. Они лишь помогают властям незаметно стимулировать сельское хозяйство за счет налогоплательщиков, заодно поддерживая тех, кто не может или не хочет заработать себе на гамбургер. Если верить статистике департамента сельского хозяйства, таких сейчас в Америке 35 млн. Все это может значить лишь одно: система, подобная американской, может существовать только в стране, способной обеспечить себя основными видами продовольствия.