Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 32
 Преступные планы / Законный переворот

Операция с легальным исходом


       Чтобы совершить переворот, необязательно вводить танки. Достаточно просто провести через Государственную думу пару законов, которые полностью меняют экономический и политический порядок.
       
Экономический закат
       Шесть дней назад, 19 ноября 1997 года, Дума приняла два законопроекта: "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем" — в первом чтении, и "О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактически получаемым физическими лицами доходами" — в третьем, последнем. Эти законы стоят танков.
       Калибр у них разный. Закон о госконтроле за покупками всего лишь означает, что вводится особый режим сделок с недвижимостью, средствами транспорта, золотом в слитках, ценными бумагами и культурными ценностями. Покупателю этих товаров придется отчитаться о своих доходах, если он потратит более 1500 минимальных зарплат за раз или 4500 минимумов суммарно за год. Всего лишь...
       Однако этого достаточно, чтобы существенно сократить спрос на названные товары. Особенно значительным его падение будет в таких секторах рынка, как операции с недвижимостью и продажа автомобилей,— на 20-30%. Эти сегменты традиционно считаются локомотивами рынка. Сокращение продаж в них даже на 5-10% чревато тяжелым кризисом для стран с куда более развитой экономикой. Для России, где пик падения придется на начало следующего года, когда законопроект может вступить в силу, это будет означать, что длительная работа правительства по расширению денежной массы и одновременному сдерживанию инфляции пойдет насмарку. Надежды на начало в обозримом будущем экономического подъема можно похоронить.
       Еще одной сферой, на которой гибельно скажется закон о госконтроле за расходами, станет финансовый рынок. После недавнего краха он переживает тяжелые времена. Сейчас ЦБ и Минфин пытаются восстановить привлекательность для населения государственных долговых обязательств. Однако им это не удастся. Кто же станет покупать ценные бумаги, если это автоматически делает его объектом повышенного внимания налоговых органов? Таким образом, закон нанесет удар и по бюджету.
       Кроме того, что еще более существенно, закон подстегнет спрос частных лиц на доллары. И даже если налоговым чиновникам удастся порадоваться собираемости налога на продажу иностранной валюты, это не изменит главного: значительная часть ресурсов будет выведена из оборота. Население предпочтет вкладывать деньги в чулки, а не в экономику.
       При этом сам валютный рынок начнет постепенно превращаться из белого в серый. Здесь свою пагубную роль сыграет уже закон об отмывании денег. Его главный макроэкономический эффект — фактическое изменение функций банков. Из генераторов экономической активности они превратятся в подмастерьев госконтролеров. Закон предписывает им регистрировать все сделки всех клиентов с указанием их имен и адресов, включая имена и адреса представителей юридических лиц. А потом передавать накопленные сведения в компетентные органы.
       Совершенно очевидно, что в результате банки потеряют значительную часть клиентов: по прогнозам экспертов, непосредственно после вступления закона в силу банковские пассивы сократятся как минимум на 10%. Куда уйдут эти деньги? На черный валютный рынок.
       Удивляться тут нечему. Когда государство, вместо того чтобы создать реальные, прежде всего налоговые, условия для поддержания легальной экономики, насаждает под лозунгом борьбы с преступностью тотальный контроль за банковскими операциями, ничего иного и ждать не стоит.
       
Полицейский восход
       Реакция представителей российского бизнеса и относительно высокооплачиваемых слоев населения на принятие этих законов вполне предсказуема. Они всеми способами будут стремиться перенести свою деятельность за рубеж — для начала наиболее ответственные и капиталоемкие операции.
       Конечно, сперва многие будут продолжать работать в России. Может получить распространение "вахтовый метод", когда семьи и значительная часть собственности уже находятся за рубежом, а деньги зарабатываются в России. Однако это возможно, только пока противоотмывочная кампания не развернется на полную мощь. Когда же это произойдет, социально-реваншистская сущность закона сделается очевидной. И первой жертвой станет формирующийся средний класс. А поскольку он является основной опорой рынка, второй жертвой будет сама российская экономика.
       Естественно, власти не станут сидеть сложа руки и смотреть, как деньги уплывают на Запад. Они примут меры. Какие именно, тоже вполне предсказуемо. Следующей законодательной инициативой будут нововведения в валютном регулировании. Уже есть проекты ужесточения санкций. Планируется также вдвое, со 180 до 90 дней, сократить контрольный период между текущими и капитальными валютными операциями — это сузит поле для маневра валютными средствами за рубежом и облегчит компетентным органам их работу.
       Будут ужесточаться таможенные и пограничные порядки. А внутри страны — набирать силу полицейский контроль за любой хозяйственной деятельностью. Как именно это будет происходить, достаточно подробно описано в законе о борьбе с отмыванием денег.
       Его авторы, правда, не считают, что превращают Россию в полицейское государство. Они заявляют, что, наоборот, внедряют цивилизованные методы — пытаются привести российскую экономику к европейским стандартам. Действительно, законы об отмывании денег есть во многих развитых странах. Но с продуктом российского законотворчества у них, кроме названия, нет ничего общего.
       В цивилизованных странах грязными считаются только те деньги, которые получены преступным путем — от торговли наркотиками, рэкета и т. д. Чтобы отследить их, создается специальный орган, который самостоятельно или по поручению банков проводит негласные предварительные расследования. Утечка информации о деятельности западных финансовых следователей — редчайший случай, который всегда стоит карьеры не только им самим, но и их руководителям.
       Российский же законопродукт — результат совместного творчества МВД, Федеральной службы валютного и экспортного контроля, думской фракции КПРФ и думского комитета по безопасности во главе с коммунистом-радикалом Виктором Илюхиным, предполагает совсем другое. Прежде всего, его действие без обиняков распространяется на все операции с денежными средствами и иным имуществом. То есть под подозрение попадают все, кто оперирует деньгами. О презумпции невиновности можно просто забыть.
       Равно как и о коммерческой и банковской тайнах. К подлежащим обязательной регистрации данным будет открыт законный доступ налоговым чиновникам, валютным контролерам, органам МВД и, наконец, чтобы не оставить никаких сомнений в том, что с ними может ознакомиться любой желающий, Счетная палата Федерального собрания. Соответствующая поправка предлагается в закон о банках и банковской деятельности.
       Иными словами, равенство граждан перед законом может уступить место их бесправию перед лицом полицейского произвола. На мине, которую Дума 19 ноября заложила под существующий экономический и политический строй, подорвутся не преступники. Она угрожает всей России, которая в ближайшем будущем может оказаться отброшенной на полтора десятка лет назад и снова стать полицейским государством. А какое оно выберет название — социалистическое или народовластное — уже неважно.
       
ВАДИМ БАРДИН
       
-------------------------------------------------------
       Установления госконтроля за расходами — лучший способ привести Россию к экономическому кризису
       Когда борцы с отмыванием нелегальных доходов начнут действовать, в России будет небезопасно оперировать с деньгами
       Коммерческая и банковская тайны скоро станут достоянием гласности
--------------------------------------------------------
       
Патрик Муле, глава секретариата FATF
Проверку доходов на чистоту инициирует банк
       
       Financial Action Task Force on Money Laundering (FATF) — межправительственная организация по борьбе с отмыванием денег, созданная странами "семерки" в 1989 году. В настоящее время в FATF входят 26 стран и 2 международные организации. Россия членом FATF не является.
       
— Как нужно бороться с отмыванием денег?
       — Нужна авторитетная и компетентная организация, которая была бы в состоянии эффективно выявлять случаи отмывания криминальных денег. На моей родине, во Франции, такая организация была создана в 1990 году на базе закона о борьбе с отмыванием денег. Она называется National French Agency Tracsin (NFAT).
       — Как она взаимодействует с банками?
       — Банк обращается в NFAT в том случае, если сам находит это необходимым — его подозрения может вызвать появление слишком большой суммы или информация о криминальном происхождении денег. Строгого перечня случаев, когда проверки обязательны, нет. Проверка осуществляется конфиденциально, то есть в ней принимают участие только банк, NFAT и сам объект проверки.
       — Не страдают ли при этом коммерческая тайна и презумпция невиновности?
       — С коммерческой тайной все в порядке. Ведь проверкой занимается одна организация — NFAT, и утечек информации не бывает. Что касается презумпции невиновности, здесь тоже нет нарушений, поскольку проверка проводится не затем, чтобы доказать факт отмывания денег, а, наоборот, чтобы удостоверить то, что деньги честные. Нарушение коммерческой тайны и презумпции невиновности произошло бы как раз в противоположном случае — если бы уголовное дело по факту отмывания денег было заведено без предварительной проверки NFAT.
-------------------------------------------------------
       
Как борются с отмыванием денег в США
       В США о "подозрительной деятельности" своих клиентов банки обязаны информировать только один орган — отдел финансовых преступлений федерального казначейства (FinCEN). Они делают это при наличии обоснованных подозрений по конкретным сделкам на сумму более $5 тыс. или по любым сделкам на сумму более $25 тыс., если банк считает, что он в целом стал жертвой преступных операций по отмыванию преступных доходов. FinCEN проводит предварительное расследование и в случае необходимости обращается к прокурору, а тот — в суд. Тайну всех банковских операций попавшего под подозрение клиента банк имеет право раскрыть только на основании судебного решения.
       Банки и сберегательные учреждения, замешанные в операциях по легализации незаконных доходов, могут быть лишены лицензии также только на основании решения суда. При этом необходимо доказать, что банк сознательно участвовал в отмывании денег. Показательно, что за ненаправление доклада о "подозрительной деятельности" банковские служащие не могут быть привлечены к уголовной ответственности.
------------------------------------------------------
       
Павел Медведев, председатель подкомитета Госдумы по банкам
Этот закон — просто катастрофа для банков
       
— Вы пытались противодействовать принятию законопроекта?
       — Это было совершенно невозможно. Возобладала такая логика: кто голосует против, тот за отмывание грязных денег. Когда Жириновский возмущался, что этот закон сделает всех виноватыми и все станут писать друг на друга доносы, его обвинили в том, что "он не поддерживает закона против жуликов".
       — Разработчики проекта утверждают, что он соответствует международным нормам. Это так?
       — Нет. Авторы проекта исходят из того, что грязными являются любые доходы, полученные с нарушением гражданского, пенсионного, жилищного и трудового законодательства, а лица, не предоставляющие информацию о таких доходах, должны нести административную либо уголовную ответственность. В Европе и во всем мире исходят из иного: контролю, изъятию и конфискации подлежат только доходы от преступной деятельности — наркотики, рэкет и т. д.
       — Сохраняет ли законопроект коммерческую тайну?
       — Ни о какой коммерческой тайне и речи не идет. Напротив, в проекте написано, что, сообщая налоговой инспекции и органам валютного контроля об операциях, подлежащих контролю, организации не несут ответственности за убытки и моральный вред, которые в результате могут понести их клиенты. Это касается и сведений о банковских вкладах.
       Кстати, требование контроля за всеми денежными потоками невыполнимо чисто технически. Банк не может контролировать все финансовые операции всех своих клиентов и определять, достигает ли сумма этих операций указанного в законе предела. А именно этого требует пункт "а" статьи 4 закона. Я заявил на заседании Думы, что этот пункт — просто катастрофа для банков. Виктор Илюхин, автор законопроекта, пообещал ко второму чтению его убрать.
       — Разработчики обещают, что новый закон принесет бюджету дополнительные деньги...
       — Думаю, все получится наоборот. Ведь потребуется существенное увеличение штатов налоговой инспекции и органов валютного контроля, а это как раз дополнительные расходы, а не доходы.
       
Комментарии
Профиль пользователя