Вчера исполнилось восемь лет со дня принятия действующей Конституции России. Эту дату отечественные политики по традиции отметили заявлениями о необходимости или, наоборот, нежелательности пересмотра Основного закона. Сегодня эти разговоры, пожалуй, актуальны как никогда. Ведь у Владимира Путина достаточно возможностей, чтобы обеспечить внесение в Конституцию любых необходимых поправок. Вопрос лишь в том, нужны ли они ему.
Споры об изменении Конституции вспыхивают с приближением каждой очередной годовщины принятия Основного закона. На этот раз запевалой стал новый спикер Совета федерации Сергей Миронов, предложивший увеличить срок полномочий президента с четырех до семи лет и изменить порядок формирования верхней палаты парламента. После этого мнения, как водится, разделились: одни (как, например, вождь ЛДПР Владимир Жириновский) заявили, что Конституцию надо переписывать едва ли не полностью, другие (в частности, лидер СПС Борис Немцов), напротив, призвали оставить все как есть хотя бы на ближайшие несколько лет.
Итог дискуссии подвел президент на прошедшем вчера в Кремле торжественном приеме по случаю Дня Конституции. Высказался он в присущем ему стиле, то есть так, чтобы каждая из спорящих сторон считала, что глава государства поддержал именно ее. "Вопрос о поправках, ведущих к принципиально новой Конституции, в нашей стране на повестке дня не стоит,— разъяснил господин Путин.— Это в полном объеме относится и к сроку президентских полномочий, который под действующего президента меняться не будет".
С одной стороны, глава государства вроде бы однозначно высказался против конституционных поправок, с другой — ревизионисты могут резонно заметить, что говорил он лишь об изменениях, "ведущих к принципиально новой Конституции", а внесение небольших поправок, не меняющих сути действующего Основного закона, вполне может стоять на повестке дня. Да и реплику о сроке полномочий тоже можно истолковать так, что изменен он все-таки будет, но в силу эта поправка вступит при президенте, избранном в 2004 году,— которым, разумеется, вполне может оказаться все тот же Владимир Путин.
Очень похожие рассуждения о сроках и их количестве не раз звучали и при прежнем президенте. С той лишь разницей, что Борис Ельцин вряд ли смог бы добиться принятия нужных ему поправок, не повторяя танковый опыт 1993 года, а Владимир Путин имеет для этого все необходимые рычаги. Правда, обычный способ внесения поправок, требующий одобрения двух третей региональных парламентов, стопроцентной гарантии не дает. Зато через Конституционное собрание, формируемое в основном из подконтрольных президенту людей (соответствующий закон планируется принять весной), сделать это будет гораздо легче.
Впрочем, это еще не значит, что президент вообще захочет менять Конституцию. Ведь он и так сделал многое из того, что еще недавно считалось невозможным без изменения Основного закона: "выстроил" строптивых губернаторов без укрупнения регионов, приручил Совет федерации и Госдуму без урезания их полномочий. Правда, продлить срок своих полномочий без поправок в Конституции главе государства не удастся. Вопрос лишь в том, захочет ли он ради одного этого пункта запускать хлопотный и затратный процесс изменения Основного закона.
ДМИТРИЙ Ъ-КАМЫШЕВ