От Баха до Оффенбаха
Рождественские концерты...
Относительно новогодних праздников есть известный стереотип, считающийся бог весть каким старинным. Дескать, Рождество (уж по какому календарю его не справляй) — праздник тихий, семейный, домашний. А Новый год, напротив, развеселый и шумный. Соответственно, если и проводить какие-то многолюдные праздничные концерты, хотя бы и классической музыки, то уместнее это делать именно 31 декабря или в крайнем случае 1 января.
В принципе стереотип этот не бесспорен: это представление относительно недавнее — по крайней мере, если сопоставлять его с историей двух пресловутых праздников даже только в Новое время. Новый год в Европе довольно долго было принято начинать где с Пасхи, где с Благовещения, а Рождество, понятное дело, всегда было на своем календарном месте. И всякого рода веселой музыки (церковные песнопения здесь не в счет), приуроченной именно что к Рождеству и Святкам, до нас дошло еще от эпохи Возрождения довольно много, а вот специальной новогодней музыки довольно долго не существовало в принципе. Да и сейчас в каждой стране свои представления о том, какая музыка лучше подходит для новогодних празднеств.
Кстати, не стоит думать, что концерты на Новый год должны обязательно превращаться во всевозможные сюрпризы-розыгрыши-шарады. На самом деле кое-какие из самых почтенных новогодних концертов старой Европы тоже не балуют неизвестным репертуаром — они почти ритуал, хоть иногда и немного шуточный. Знаменитый новогодний концерт в Большом зале венского "Музикферайна" вот уже несколько десятилетий представляет избранной публике одни и те же вальсы, галопы и польки Штрауса, дополнения к которым случаются довольно редко. Например, когда новый 2009 год там отмечался концертом под управлением Даниэля Баренбойма, то включить в программу "Прощальную симфонию" Гайдна согласились из уважения к сединам дирижера и к 200-летию со дня смерти Гайдна, которое в уходящем году отмечалось. Ну а в Берлинской государственной опере в виде новогоднего музыкального празднества просто исполняют год за годом Девятую симфонию Бетховена — и все тут. Во многих театрах (прежде всего, конечно, немецкоязычных) в околоновогодние дни дают "Летучую мышь" Штрауса. В каком-то смысле везет и русским композиторам — очевидно, срабатывают невольные ассоциации со страной вечной зимы: часто новогодний репертуар включает "Щелкунчика" Чайковского, а иногда и музыку Прокофьева к "Подпоручику Киже" — вот это уже сложно объяснить.
Но музыкальная картина Рождества, надо признать, тоже довольно пестрая. Во-первых, тут тоже разделение по национальному признаку, что понятно — праздник древний, традиции хоть и накапливались многие столетия, но они везде свои. Во-вторых, есть разница (даже, если угодно, иерархия) по жанрам и масштабам. Свой хотя бы маленький рождественский концертик в Европе стараются провести чуть ли не каждая себя уважающая кирха и каждый костел, будь то для туристов или для прихожан; на особо потрясающий уровень музыкального исполнения, разумеется, рассчитывать не приходится, но по атмосфере — да, какая-то трогательная аутентичность в этом есть. Что касается репертуара, то чаще всего в таких случаях звучит эдакое рождественское попурри от Баха до Оффенбаха. Это вообще довольно популярный подход к теме Рождества. Если вы возьмете в руки какой-нибудь из бесчисленных CD-сборников под названием вроде "Christmas Classical Music", то, скорее всего, увидите там в трек-листе тот же джентльменский набор, который можно услышать в десятках концертных залов средней руки. Обработки "традиционных рождественских песен" (которым на самом деле лет так 150-200, и есть песни и потрадиционнее) вроде "Adeste fideles" (она же "Oh come, all ye faithful") или "Stille nacht" (она же "Silent night"), немного какого-нибудь сладостного Баха, "Аллилуйя" из "Мессии" Генделя, что-нибудь моцартовское и, может быть, еще и аранжировка какого-нибудь англоязычного рождественского шлягера новейшей формации — песни "I`ll be home for Christmas", к примеру.
Что же касается больших, серьезных концертов, то тут во главе угла, казалось бы, опять же должны быть национальные традиции. В Германии ведь есть "Рождественская оратория" Баха, в Англии — "Мессия" Генделя (первая часть оратории как раз посвящена пришествию Спасителя), а во Франции — оратория Берлиоза "Детство Христа". Но на самом деле, если посмотреть на афиши главных театров и концертных залов, громких концертов с отчетливо рождественской тематикой и не видно — в основном все в штатном порядке тянут обычный уровень своей программы, выделяя — и то не то чтобы всегда и везде — разве что 31 декабря каким-нибудь гала с шампанским или включая в балетные афиши конца декабря — начала января "Щелкунчика".
Как ни странно, в этом отношении мы с Европой скорее сравниваемся: кризис тому виной или что-то еще, но в этом году эффектных рождественских и новогодних гала-концертов не заметно. Щепотка ничего потрясающего не сулящих концертов под титулом "Новый год с дирижером N", пара концертов духовной музыки, самую малость западноевропейской рождественской тематики плюс "Щелкунчик" на сцене Большого театра (и Зала Чайковского тоже) — вот и все. В Петербурге на двух сценах Мариинского театра (основной и концертной) из чего-то специально новогодне-рождественского можно будет услышать разве что "Ночь перед Рождеством" Римского-Корсакова, в остальном же поправок на праздничный сезон Валерий Гергиев не делает. 25 и 27 декабря пройдут премьерные спектакли величественных "Троянцев" Берлиоза, а днем 31 декабря будут исполнять "Царя Эдипа" Стравинского и его же кантату "Звездоликий". Никаких уступок праздничной специфике.
Так и в Европе — вроде бы праздничных событий много, но это чаще всего или события массового уровня, или, наоборот, изысканного и полузакрытого вроде рождественского концерта, который 29 декабря в швейцарском Вербье под покровительством тамошнего элитного музыкального фестиваля дает известная пианистка Элен Гримо. И даже в Зальцбурге, вопреки его почтенному — классичней не бывает — имиджу, в околоновогодние дни чаще всего можно услышать музыку от современных диджеев (старинная рождественская музыка успела отзвучать в предшествующие недели Адвента). А вот утром 1 января на площади Резиденцплац пройдет, как уверяют городские власти, "самый большой похмельный праздник Европы" — и вот он-то будет под классическую музыку.