Коротко

Новости

Подробно

Винни-Пух и его братья

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 52

Новая порция историй о Винни-Пухе вышла в свет по многочисленным просьбам читателей. Автор "Возвращения в Стоакровый лес" Дэвид Бенедиктус — большой специалист по творчеству Алана Милна и к тому же заручился разрешением его наследников.


Константин Пряничкин


Возвращение Винни-Пуха


Со времени выхода оригинальных книг о Винни-Пухе прошло более 80 лет. В самом же Стоакровом лесу, в котором жили все герои, судя по всему, прошло лишь несколько месяцев. Впрочем, это только предположение. Повзрослевший Кристофер Робин возвращается из школы на каникулы, и скучавшие по нему Винни-Пух, Пятачок, Иа-Иа, Кролик, Кенга, Крошка Ру и все-все-все устраивают ему теплый прием.

За три месяца пребывания Кристофера Робина в Стоакровом лесу происходит масса приключений. Кролик выступает с грандиозным проектом: он решил устроить перепись населения. Однако проект терпит фиаско. Единственный житель Стоакрового леса, готовый отвечать на вопросы,— сам Кролик. Но и он не в состоянии ответить на вопрос, сколько у него родственников. Перепись приходится оставить до лучших времен.

Тем временем проблемы появляются у Винни-Пуха. Ему в голову вдруг приходит мысль, что пчелам может не нравиться, что он забирает их мед. Кристофер Робин пытается его успокоить: "Мне кажется, они хотят, чтобы мы ели их мед, иначе они давно бы уже улетели". Пух, желая лично узнать у пчел правду, выясняет, что пчелы, действительно, улетели. Во всяком случае, их нет в дупле старого дуба, где они всегда жили. В лесу начинается полномасштабная операция по поиску пчел, которая заканчивается частичным успехом. Пчелы обнаружены, однако наотрез отказываются возвращаться в свое дупло. Не помогают ни уговоры Пуха, ни попытки Кристофера Робина приманить пчел исполнением гимна "Боже, храни королеву!". Впрочем, все заканчивается хорошо: музыка и крики Пуха настолько выводят пчелиный рой из себя, что он устремляется на Пуха. Тот бежит к дубу, прячется в дупле, куда залетает и весь рой. Израненный Пух возвращается домой, а пчелы остаются жить в дупле.

Как и в оригинальных текстах, два персонажа — Тигра и Крошка Ру — испытывают терпение остальных обитателей леса своими проделками. Но теперь проделки становятся куда злее. Тигра и Крошка Ру обиделись на Сову, которая надрала уши Крошке Ру и дернула за хвост Тигру ("Если бы я ее дернул за хвост, ей бы не поздоровилось!" — возмущается Тигра) за то, что они мешали ей писать воспоминания о дядюшке Роберте из Кейптауна.

Хулиганы решили отомстить, сделали подкоп в дом Совы и в течение нескольких дней подбрасывали ей записки, якобы написанные покойным дядюшкой. "НЕ ПЕШЫ ПРО МИНЯ! ПОДПИС: ДЯДУШКА РОБИРТ",— говорилось в одной. Когда Сова не послушалась, появилась другая: "НИСЛУШАЕШ ТИБЕ БУДЕТ ПЛОХО!" Через несколько дней Сова уже боялась собственной тени, бросила писать книгу, а Крошка Ру, Тигра и примкнувший к ним Кролик (именно он писал все записки) праздновали победу. Правда, им было не совсем уютно от мысли, что все это может не понравиться Кристоферу Робину, поэтому ему решили ничего не говорить.

Между тем проблемы возникают у всех жителей леса. Наступает страшная засуха. Лужа, в которую так любит смотреться ослик Иа-Иа, высыхает. Именно в этот момент в лесу появляется новый обитатель — выдра Лотти. Она выражает желание здесь поселиться и принимает приглашение Кристофера Робина пожить у него в ванне, пока не пройдет засуха. Однако дождя все нет, и лишь ослик Иа-Иа спасает положение, напоминая всем о заброшенном и даже засыпанном колодце где-то в лесу. В операции по поиску и восстановлению колодца отличаются сразу двое: выдра Лотти находит место, которое пахнет, как заброшенный колодец, а Пятачок смело садится в ведро и выясняет, что в колодце есть вода.

Разумеется, этим приключения в Стоакровом лесу не ограничиваются. Сам Кристофер Робин пытается распространить среди обитателей леса полученные в школе знания. Он организует конкурс по правописанию (председатель жюри — Сова), создает Академию (директор — Иа-Иа), пытается научить своих друзей играть в крикет.

Лотти формально единственное новшество в книге Бенедиктуса. Во всех интервью автор говорил, что прекрасно осознает всю сложность поставленной перед ним задачи, и обещал бережно обращаться с героями, придуманными Аланом Милном. И честно попытался сдержать слово. Даже когда герои неожиданно задумываются о некоторых недетских проблемах (у Пуха, к примеру, вдруг возникает чувство вины перед пчелами, у которых он забирает мед, а Тигра внезапно вспоминает о своих африканских корнях и чуть не гибнет от ностальгии), это не получает сюжетного развития. Окончание книги он постарался стилизовать под окончание оригинала: Кристофер Робин уезжает, Пух и Пятачок идут одни по дороге. Когда закрываешь книгу, становится ясно, что продолжение следует. Причем на этот раз его, скорее всего, не нужно будет ждать еще 80 лет.

Самые амбициозные


Столь бережное отношение к оригинальному тексту, какое выказал Дэвид Бенедиктус, создав первое авторизованное продолжение рассказов А. А. Милна, вошло в мировую издательскую практику относительно недавно. Так, человека, который в сентябре 1614 года, вскоре после публикации знаменитого романа Сервантеса "Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский" написал продолжение: "Вторую часть приключений хитроумного идальго Дон Кихота Ламанчского" под именем "лиценциата Алонсо Фернандеса де Авельянеды из города Тордесильяс", проблема авторского права не волновала. Кто скрывался за псевдонимом Авельянеды, так и не удалось установить. Книга оказалась такой же популярной, как и оригинал, однако содержала множество оскорбительных для Сервантеса (и лестных для его главного конкурента, Лопе де Веги) моментов. Испанские историки литературы, признавая совершенную бесталанность "Второй части" Авельянеды, тем не менее предлагают поставить ему памятник. Выход книги, говорят они, настолько возмутил Сервантеса, что он взялся за собственную "Вторую часть" Дон Кихота, в которой немало места уделил ответам на оскорбления Авельянеды.

"Дон Кихот", кстати, остается самой "продолжаемой" из испанских книг. Попытки написать другие версии или начать повествование с того момента, где его закончил Сервантес, делаются до сих пор. Правда, за пределами самой Испании они популярностью не пользуются. Как не имеют никакого успеха и попытки переписать произведения еще одного мастера эпохи Возрождения — Шекспира. Одна из самых популярных его трагедий в этом смысле — "Гамлет". "Пробелы и несоответствия бессмертной трагедии... дополнены и объяснены в этой книге". Эту фразу можно прочесть на обложке вышедшего в 2000 году труда классика американской литературы Джона Апдайка "Гертруда и Клавдий", в котором рассказывается все то, о чем Шекспир "умолчал": о детстве Гамлета, о его дружбе с Йориком и о времени, проведенном в немецком университете. Заодно Апдайк фактически оправдывает Гертруду, рассказывая о ее несчастной жизни с нелюбимым, неприятным и вечно хмурым королем. По версии Апдайка, она просто не могла не полюбить молодого, красивого и веселого брата короля — Клавдия.

Самые злободневные


Апдайк попытался исправить текст Шекспира, рассказав историю с точки зрения "злодеев" — Гертруды и Клавдия, которых он, очевидно, считал оболганными. Мода на неожиданную интерпретацию классических произведений в контексте современности началась, однако, не с него. В 1966 году, в разгар борьбы чернокожих американцев (и не только американцев) за свои права, в свет вышла книга "Широкое Саргассово море", немедленно ставшая бестселлером и переиздающаяся до сих пор. Автор — Джин Рис, до тех пор мало кому известная писательница с острова Доминика в Карибском море. Это своеобразный приквел к знаменитому роману Шарлотты Бронте "Джейн Эйр", рассказанный от лица одного из самых неприятных персонажей — первой жены графа Рочестера. Роман Джин Рис стал, таким образом, феминистским и антирасистским ответом Шарлотте Бронте, которая осмелилась изобразить гордую креолку в виде жалкой и отталкивающей полубезумной злодейки.

Злободневность романа принесла ему популярность, вполне сопоставимую с популярностью "Джейн Эйр". Журнал Time включил его в свой список ста лучших англоязычных романов XX века, его экранизировали в Голливуде в 1993 году, по нему сняли сериал, и он стал основой либретто оперы.

Примерно такая же судьба была уготована и роману "Ветер унесся", написанному в 2001 году американкой Элис Рэндалл. Это повторение истории, которую в свое время рассказала Маргарет Митчелл в своей книге "Унесенные ветром", но повествование ведется здесь от лица сводной сестры Скарлетт О'Хары — рабыни по имени Синара. Публикация романа стала поводом для скандала: наследники Маргарет Митчелл попытались запретить его выход в свет, считая, что он нарушает авторские права. В конце концов книга вышла, но с уточнением, что она является "пародией" на "Унесенных ветром".

Самые коммерческие


"Ветер унесся" — своевременный отклик на "Унесенных ветром". Однако существует и масса других, исключительно коммерческих проектов, единственной целью которых, судя по всему, является эксплуатация более или менее раскрученных персонажей. В случае с "Унесенными ветром" это роман-продолжение "Скарлет". Немало продолжений и у других любовных романов. Список книг, в которых действуют герои романов Джейн Остин, в первую очередь романа "Гордость и предубеждение", занимает несколько страниц в книжном интернет-магазине Amazon.com. Как заметил один из критиков, "спрос на романы Остин велик, и никому не объяснишь, что она не может написать ничего, поскольку мертва почти два столетия. Издательствам остается лишь брать под козырек и заказывать писателям все новые и новые продолжения приключений остиновских героев".

По словам британского литературного критика Майкла Джеймса, "продолжение" популярных произведений — едва ли не самый простой и быстрый способ получить прибыль от литературного труда. В конце XIX века в Париже вышел роман "Сын Монте-Кристо". В первом издании автором числился Александр Дюма. И только когда вышел второй том этого совершенно забытого теперь произведения, на титульном листе было указано имя настоящего автора — Жюля Лермина. "Продолжения" рассказов о Шерлоке Холмсе начали выходить в разных странах мира еще при жизни сэра Артура Конан Дойла. При этом великий сыщик каждый раз действовал именно в той стране, в которой выходила брошюрка с рассказами. Так, значительная часть "приключений Шерлока Холмса", изданных на русском языке, происходила в России.

После смерти Конан Дойла появлялись многочисленные продолжения его цикла о Холмсе. В отличие от авторов прижизненных подделок, авторы новых книг старались подчеркнуть свое уважение к Конан Дойлу и его герою. "Вообще, сэр Артур сам раскрыл двери для последующих подражателей. Едва ли не в каждом рассказе о Холмсе упоминаются два-три дела, не отраженных отдельным рассказом,— говорит специалист по творчеству Конан Дойла Алистер Браун.— Это позволяет новым писателям "дописывать" рассказы, сохраняя некоторую видимость аутентичности. Кроме того, в оригинальных рассказах много упоминаний о путешествиях Холмса или о его посторонних занятиях, которые тоже можно эксплуатировать". Одна строчка из рассказа "Пустой дом" — о том, что Холмс путешествовал по Тибету и встретился с далай-ламой,— позволила одному из тибетских писателей издать собственный детективный роман о приключениях Холмса в Азии. А упоминание Конан Дойла о том, что Холмс удалился от дел и начал разводить пчел, привело к появлению сразу нескольких романов, в которых Холмс раскрывает преступления, практически не покидая своей фермы в Сассексе.

Самые скандальные


Несдержанность сэра Артура Конан Дойла привела и к тому, что уже сейчас появились эротические пародии на его произведения. В зависимости от пристрастий автора доктор Джон Ватсон, друг и соратник Холмса, становится то его любовником, то переодетой любовницей.

Эротические романы — еще один жанр "продолжений". Известная американская писательница, работающая в жанре софткора — Колетт Гейл,— прославилась именно "эротическими адаптациями" известных произведений. Среди них — "Мастер, или Эротический роман о графе Монте-Кристо". "Дантес провел годы в заточении за преступление, которого не совершал. Теперь он вернулся в Париж, чтобы отомстить тем, кто отправил его в тюрьму. Но его план включает и особый вид мести — мести женщине, которую он не забыл, любовнице, которую он решил сделать своей собственностью",— говорится в аннотации к роману. Колетт Гейл вообще неравнодушна к французским произведениям XIX века (главное, чтобы они были известны и американцам). Кроме "Мастера" она известна и романом "Срывая маску: эротический роман о Призраке Оперы".

Комментарии
Профиль пользователя