Коротко


Подробно

40 лет анестезии

На минувшей неделе в одной из испанских больниц умер президент Габонской Республики Омар Бонго. Он был не только самым давним и одним из самых коррумпированных африканских диктаторов, но и, пожалуй, самым необычным.


Александр Изюмов


Омар Бонго, правивший Габоном 43 года, оставил после себя едва ли не самую богатую и спокойную из всех стран "черной" Африки. Богатство обеспечивается пусть и оскудевающими, но все еще внушительными запасами нефти, спокойствие и стабильность — особой манерой управления страной, которую придумал Бонго. Он почти никогда не позволял себе физически уничтожать своих противников — он их покупал. В габонской столице Либревиле до сих пор говорят, что самый простой и быстрый способ стать миллионером или министром — создать оппозиционную партию. Очевидная нелюбовь Бонго к насилию (к которому он, разумеется, прибегал, но лишь в самых исключительных случаях) — не единственное, что выделяло его из числа коллег — африканских диктаторов, таких как заирский маршал Мобуту, центральноафриканский император Бокасса или угандийский фельдмаршал Иди Амин. Можно сказать, что Бонго был самым нетипичным африканским диктатором.

Конституционный диктатор


Начать с того, что Бонго — едва ли не единственный африканский диктатор, который не был ни лидером национально-освободительного движения, пришедшим к власти в результате революции, ни путчистом, занявшим президентское кресло в ходе переворота. Президентом Габона он стал в 1967 году в полном соответствии с тогдашней конституцией, правда, переписанной специально под него.

Эль-Хадж Омар Бонго Ондимба родился 30 декабря 1935 года в деревушке Леваи (ныне Бонговилль) на территории, которая тогда называлась Французской Экваториальной Африкой. Он был девятым сыном в семье зажиточного крестьянина. Настолько зажиточного, что семья смогла отправить Альбера Бернара (как его тогда звали) в школу в Браззавиль, где жили дальние родственники. В Браззавиле он получил не только начальное, но и среднее образование, после чего возвратился в родную деревню и устроился на почту. На почте он, впрочем, проработал недолго. Альбер Бернар был человеком амбициозным и деятельным, и ему вовсе не хотелось всю жизнь проработать в почтовом ведомстве. Альтернативой гражданской службе была служба военная. Здесь карьеру можно было сделать быстрее и лучше: французы предпочитали не продвигать наверх чернокожих чиновников, а на военной службе потолок для африканцев был гораздо выше. В конце 1958 года Бонго записался добровольцем в военно-воздушные силы.

Говорят, довольно быстрому росту Бонго в ВВС поспособствовала французская разведка, на которую он начал работать примерно в то же время. Сам Бонго связи со спецслужбами отвергал, французы об этом молчат. Правда, собратья по эскадрилье называли его "маленький французский шпион", но, вполне возможно, лишь в шутку. Как бы то ни было, но к моменту провозглашения независимости Габона в 1960 году Альбер Бернар Бонго уже был уважаемым военным летчиком и дослужился до звания лейтенанта. Сразу после провозглашения независимости он был откомандирован в министерство иностранных дел. Там он и был замечен первым президентом Габона Леоном Мба.

Надо сказать, что ни Мба, ни Бонго (последнего, впрочем, тогда и не спрашивали) не были активными сторонниками независимости Габона. Даже наоборот, Мба, виднейший политик Габона того времени, умолял президента де Голля превратить Габон в заморский департамент или даже сохранить колониальный статус. Однако к тому времени Франция уже тяготилась своими африканскими колониями, и Габону была дарована независимость, правда, с оговорками. В соответствии с подписанным договором о сотрудничестве Франция сохраняла на территории Габона свои войска и военную базу, а также получала приоритет в том, что касалось разведки, добычи и получения "сырья и товаров, признаваемых стратегическими", таких как уран или нефть.

Неизвестно, сам ли Мба заметил молодого офицера-мидовца, или же ему посоветовали обратить на него внимание, но дальнейшая карьера Бонго была еще более стремительной. Он стал секретарем президента, затем — главой его администрации. В 1967 году выяснилось, что у Мба неизлечимая форма рака. Главный советник де Голля по африканским делам Жак Фоккар начал срочно искать замену. Бонго вызвали в Париж, где его принял сам генерал де Голль. После встречи он сообщил Фоккару, что Бонго "подходит". Остальное было делом техники. В Габоне приняли новую конституцию, по которой учреждался пост вице-президента страны. Были проведены президентские выборы, на которых Бонго выступил в связке с Мба. Победив на выборах, Мба, смертельно больной пациент парижской клиники, принял присягу в здании габонского посольства во Франции. Страной уехал управлять вице-президент Бонго. 28 ноября 1967 года президент скончался, и Бонго в полном соответствии с конституцией стал новым президентом страны.

Независимая марионетка


Де Голль не ошибся. Франкофил Бонго был идеальным (для Франции) главой государства. Он строго придерживался правил игры. Французская государственная нефтяная компания получила все права на разработку нефти, в Габоне сохранялось французское военное присутствие. Бонго, говорят его противники, превратил страну в место, откуда Франция продолжала контролировать свои бывшие колонии и откуда пыталась влиять на африканские дела в целом.

По поручению Франции Габон принимал у себя антикоммунистических повстанцев, свергнутых верных друзей Франции, мирил поссорившихся африканских диктаторов и так далее. Однако было бы неверным считать Бонго марионеткой. В какой-то момент из "верного Бонго" он превратился в "незаменимого Бонго". Его статус постоянно повышался. Если де Голль просто посмотрел на него и сказал "подходит", то его преемник Жорж Помпиду видел в нем уже почти равного союзника, а все последующие французские президенты и вовсе числились в его друзьях. Более того, советник де Голля по африканским делам Жак Фоккар, пожалуй, был единственным назначенным на эту должность без участия Бонго. По сообщениям французских газет, как минимум два высокопоставленных французских чиновника, отвечающих за отношения с Африкой, были отправлены в отставку по требованию Бонго. Последний раз это произошло не далее как в 2007 году, когда под давлением Бонго своего поста лишился не нравившийся ему министр по делам сотрудничества и франкофонии Жан-Мари Бокель.

Бонго был самым ярким примером того, что хвост вполне может вилять собакой и делать это весьма эффективно. Как говорят многие его противники, Бонго помогали его деньги. Он, по данным многих экспертов, активно финансировал военизированное подразделение голлистов во Франции — Службу гражданского действия. Кроме того, деньги Бонго тратил на поддержку удобных ему французских политиков. Экс-президент Франции Валери Жискар д'Эстен рассказывал, что во время своей предвыборной кампании в 1981 году узнал, что Бонго финансирует предвыборную кампанию его заклятого врага Жака Ширака. "Я позвонил ему и сказал: "Вы поддерживаете кампанию моего соперника". Последовало молчание, которое я отчетливо помню до сих пор. Затем он произнес: "А, вы уже об этом знаете". С того самого момента я прекратил с ним всякие личные отношения",— вспоминал позже экс-президент. Однако ни он, ни кто-либо еще не пытались объяснить, почему "верный Бонго" вдруг решил выступить против президента Франции. Возможно, произошло это из-за того, что за пару лет до этого Валери Жискар д'Эстен по собственной инициативе отправил французские войска для свержения императора Бокассы, коллеги Бонго. Омар Бонго, в отличие от Бокассы, людоедом не был, но относился к нему терпимо и, по всей видимости, привык к роли человека, с которым Франция советуется во всем, что касается африканских дел. А потому был, должно быть, обижен невниманием французского президента. Как любил повторять Бонго, "Африка без Франции — автомобиль без шофера. Франция без Африки — автомобиль без горючего".

Чернокожий Дон Жуан


Еще одно отличие Омара Бонго от прочих африканских диктаторов — необыкновенная публичность его личной жизни. Это касается самых разных ее аспектов. В 1973 году, к примеру, он принял ислам, превратившись из Альбера Бернара в Эль-Хадж Омара. Он решил, что так ему будет легче найти общий язык с коллегами по ОПЕК. При этом он никогда не скрывал, что мыслит гораздо шире, и ему по душе не только исламские религиозные традиции, но и традиции его собственного народа. В 2003 году он подтвердил это, добавив к своей фамилии еще и родовую фамилию своего отца — Ондимба.

Бонго никогда не скрывал своей неодолимой тяги к женскому полу. Первый раз он женился в 1959 году, еще учась в Браззавиле. Его избранницей стала 15-летняя Мари Жозефин Кама. Вскоре у них родился сын Ален Бернар, теперь известный под именем Али Бен Бонго и занимающий пост министра обороны страны. Его считают наиболее вероятным преемником Омара на посту президента страны. Мари Жозефин всецело поддерживала политические амбиции мужа и играла важную роль в политической жизни страны. Вместе с мужем она стояла у истоков основания Габонской демократической партии, долгое время остававшейся единственной партией страны. Она поддерживала партию и своим искусством, создав группу "Суперзвезды" и став ее вокалисткой.

Гуманизм Бонго, проявлявшийся в его отношениях с политическими противниками, однако, нисколько не распространялся на соперников личных. Для того чтобы расстаться с жизнью, любому мужчине любой национальности или расы достаточно было получить поцелуй или улыбку Мари Жозефин. Если, по мнению Бонго, в этой улыбке было нечто большее, чем выражение благодарности или приязни, получивший этот знак внимания мужчина исчезал. Позже его либо находили мертвым, либо не находили вообще. При этом сам Бонго никогда не скрывал свои внебрачные связи. Он с одинаковой страстью любил и чернокожих, и белокожих женщин, независимо от их положения или занятий. Франческо Смальто, итальянский модельер, работавший одно время на Бонго, говорил, что одной из его обязанностей было поставлять в Либревиль проституток из Европы.

Пожалуй, лишь один раз Бонго оказался в центре скандала, который никак не мог ему польстить. Это случилось, когда он в 2003 году организовал в Либревиле собственный конкурс красоты "Мисс человечество". Вскоре после его завершения власти Перу выразили официальный протест Габону в связи с тем, что 22-летняя Иветт Санта-Мария, бывшая в то время королевой красоты Перу, была приглашена в президентский дворец на встречу с Бонго. Там после недолгой беседы президент попытался затащить ее в спальню. Санта-Мария смогла выбежать из дворца и вернуться к себе в гостиницу. За отказ переспать с президентом ее в течение 12 дней не выпускали из гостиничного номера. Только после вмешательства Интерпола и французской общественной организации, занимающейся борьбой с проституцией, девушке удалось выехать из страны. Представители Габона отвергли все обвинения, заявив, что ничего подобного не происходило и это все наветы врагов страны. Позднее перуанская красавица чуть изменила свой рассказ. Она подчеркнула, что президент лишь предложил ей заняться сексом, но не стал настаивать, когда она отказалась. Свое длительное пребывание в гостинице она объясняла уже тем, что сама не могла оплатить счет после того, как отказалась принимать участие в конкурсе и из-за этого потеряла право на финансовую помощь со стороны организаторов.

В 1986 году Омар и Мари Жозефин развелись, оставшись при этом в прекрасных отношениях. Мари Жозефин, взяв псевдоним Пасьянс Дабани, занялась сольной музыкальной карьерой, записала несколько дисков и стала одной из самых популярных африканских певиц. Некоторые песни для нее пишет ее сын Али Бен Бонго.

В 1990 году Бонго женился во второй раз. Новой женой президента стала дочь его старого приятеля президента Республики Конго Дени Сассу-Нгесо Эдит Люси, которая была младше Омара на 29 лет. Этот брак не был политическим. Друзья Омара и Эдит Люси говорят, что не видели более любящей друг друга пары. Эдит Люси умерла в марте этого года, и, по словам друзей семьи, Омар так и не смог оправиться после ее смерти.

Гениальный коррупционер


Как и все прочие африканские диктаторы, Бонго был коррупционером. Однако даже тут он сумел стать не таким, как все. И дело даже не в том, что, как заметил уже после его смерти один из экспертов, "Бонго превратил коррупцию в форму государственного устройства". В конце концов, точно так же поступали как многие другие диктаторы, так и вполне конституционно избранные президенты по всей Африке и даже за ее пределами. И разумеется, не в том, что Бонго был сдержан в присвоении доходов от продажи нефти, урана и леса. Точные данные о капитале Бонго неизвестны, однако, по оценкам экспертов, он был, пожалуй, самым богатым диктатором Африки. В свое время конгресс США выяснил, что только в одном из американских банков на счетах Бонго находилось $190 млн. Ранее в этом году (см. N 18) "Власть" уже сообщала, что против Бонго и его коллеги и тестя Дени Сассу-Нгесо во Франции были официально выдвинуты обвинения в коррупции. Однако даже французские следователи затрудняются назвать хотя бы приблизительную сумму, которой владел Бонго и его семья. Сам Бонго, разумеется, отвергал все обвинения в коррупции. Еще одна знаменитая фраза Бонго была произнесена им во время интервью одному из французских журналов: "Не смейте мне говорить о коррупции. Это не африканское слово".

Исключительность Бонго заключалась в том, что он точно знал, сколько надо оставить денег в казне, чтобы в стране продолжали царить спокойствие и порядок. "В Бонго умер гениальный анестезиолог,— говорит один из экспертов.— Никакими репрессиями невозможно объяснить, что человек, представлявший одну из самых малочисленных народностей страны, мог управлять ею столь долгое время, практически не встречая сопротивления. И это притом, что 80% богатств страны находилось в руках всего 2% населения. Такое возможно, только когда страна находится под очень правильно подобранной анестезией".

Даже смерть Бонго подтвердила его особое положение в стране и в мире. Когда он умер от рака в испанской больнице, в самом Габоне не нашлось ни одного человека, который решился бы рассказать о его кончине. Первая информация о смерти президента поступила по каналам французского агентства AFP, которое ссылалось на анонимные источники в правительстве Франции. Габонские власти это сообщение опровергли и даже вручили французскому послу ноту протеста в связи с распространением лживых измышлений французским государственным средством массовой информации. Более того, официальную точку зрения Габона подтвердили испанские власти, заявив, что, по их информации, Бонго жив. Лишь после того, как одна из базирующихся во Франции организаций габонской оппозиции выразила намерение отправить делегацию в больницу, чтобы лично удостовериться в том, что президент жив или умер, в Габоне было официально объявлено о том, что президент скончался. Временной исполняющей обязанности президента, в соответствии с конституцией, стала председатель сената Роз Франсин Рогомбе (вскоре после того, как Бонго стал президентом страны он, чтобы не искушать судьбу, во-первых, ввел однопартийную систему, а во-вторых, отменил пост вице-президента страны). В соответствии с конституцией выборы нового президента страны должны пройти не позднее чем через 45 дней после прекращения полномочий предыдущего избранного президента страны. Впрочем, как это всегда бывало в Габоне, президентские выборы станут, скорее всего, формальностью. Никто всерьез не сомневается в том, что следующим президентом страны станет сын Омара, Али Бен Бонго.

Тэги:

Обсудить: (0)

Журнал "Коммерсантъ Власть" от 15.06.2009, стр. 40
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение