Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 23
 Вновь избранный губернатор Свердловска

Эдуард Россель: "Я оставлю область как память о самостоятельности"

       Пробив в Москве "в качестве исключения" выборы губернатора в Свердловской области, спикер Свердловской облдумы Эдуард Россель не только "без страха и упрека" принял в них активнейшее участие, но и, вопреки мнению скептиков, выиграл во втором туре с подавляющим преимуществом. Выдержав мощную конкуренцию со стороны главы областной администрации Алексея Страхова, открыто делавшего ставку на премьерский блок "Наш дом — Россия", он еще раз показал себя как незаурядного целеустремленного политика, последовательно отстаивающего региональные интересы. О причинах своей победы и дальнейших отношениях Свердловской области с федеральным правительством Эдуард Россель рассуждает в эксклюзивном интервью, данном им Ъ в день вылета в Москву.
       
       Ъ: В ряде интервью перед вторым туром выборов вы говорили, что если люди выберут Страхова, это может означать, что демократия в стране под угрозой. Теперь, после вашей убедительной победы, можно ли говорить, что Свердловская область подтвердила свой имидж оплота демократии в России?
       Э. Р.: Я только могу ответить "да".
       Ъ: Что оказалось решающим фактором вашей победы — умелая организационная работа вашего штаба, ваши личные качества как политика, стойкая приверженность избирателей определенным политическим принципам или...?
       Э. Р.: На все три вопроса я могу ответить "да".
       Ъ: В прессе неоднократно назывались компании и банки, активно поддерживавшие вас в предвыборной борьбе. Какие именно предприятия и фирмы финансировали вашу предвыборную кампанию? Можно ли сказать, что с ними вас связывают особо доверительные отношения? На какую часть местного капитала вы уже как губернатор можете опираться?
       Э. Р.: Если честно, я ни с кем лично не разговаривал, ни с одним человеком, кто меня финансировал. В полном соответствии с законом "О выборах губернатора" я письменно обратился к группе предприятий с предложением поддержать меня, и они все откликнулись. Мы напечатали в газете наш счет. Откликнулись даже те, к кому я не обращался. Я не могу однозначно ответить, на кого я буду опираться. Когда мы подпишем договор с Борисом Николаевичем о разграничении полномочий, вот на эту конституционную часть, на нашу самостоятельность я и буду опираться. А не на какие-то финансовые компании. Они сами придут, когда будет сделано разграничение.
       Ъ: Для вас это уже не первые выборы, однако для России они во многом прецедентны. Внесли ли они, по вашему мнению, что-нибудь новое в практику предвыборной кампании, какие-то новаторские для России моменты? И, наоборот, увидели ли вы что-то такое, что может сыграть отрицательную роль на будущих выборах — как федеральных, так и местных?
       Э. Р.: Я так и предполагал, что Свердловская область будет полигоном для отработки всех вариантов будущих политических выборов — и парламентских, и президентских. Я увидел много, чего бы сегодня надо избежать. Первое. Я считаю, что нужно государственным законом исключить все силовые структуры из голосования. Потому что армия, МВД, ФАПСИ и так далее — это организации, которые носят погоны и подчиняются вышестоящему руководству в Москве. Поэтому Москва очень серьезно влияет на волеизъявление избирателей. Оно получается несколько ангажированное, потому что в данном случае всем нашим силовым структурам была дана однозначная команда из Москвы. Это у нас, считайте, тысяч 50-60 голосов, которыми можно руководить. Если бы была неоднозначная ситуация, если бы у меня не было такого перевеса, то получается, что из Москвы можно руководить выборным процессом во всех субъектах федерации. Я думаю, что внесу в Думу такую поправку. Второе. Мы должны очень критически подойти к системе всей выборной кампании. Совершенно однозначно было влияние администрации: шло очень серьезное давление на глав администраций. Поставили людей в такое, знаете, бестактное положение, при котором глава местной администрации должен обеспечить победу главе обладминистрации. Вот здесь надо подумать, какие поправки внести, чтобы исключить вообще влияние администрации на выборный процесс.
       Ъ: В продолжение предыдущего вопроса: не изменилось ли ваше мнение о целесообразности выборов губернаторов именно сейчас, до парламентских выборов и до принятия блока законов об органах власти в регионах? Ведь если свердловские избиратели сделали, по вашим словам, выбор в пользу демократии, то в других регионах этот выбор, учитывая юридическую неразбериху и силу местной номенклатуры, может быть противоположным...
       Э. Р.: Совершенно верно. Я считаю, что выборы глав областей надо обязательно провести до выборов президента. В противном случае будет точно такое же давление на глав администраций. Кроме того, мы не можем быть нейтральными по поводу выборов депутатов в Думу, должны все время думать о том, чтобы в ней были именно наши представители, а не так, как сейчас — 50% депутатов от Москвы. Это ненормальный парламент. Во Франции, например, от Парижа всего лишь 12 депутатов, остальные от провинций.
       Ъ: Как вы намерены строить отношения с главами местных администраций, которые составляют основу региональной организации НДР?
       Э. Р.: Я знаю, что они попали туда не по своей воле. Я знаю, как это все оформлялось. И никаких гонений в адрес глав администраций проводить не буду. Если это их политическое убеждение, пусть участвуют. Я даже не буду интересоваться, входят они в тот "Дом" или не входят. У нас будут выборы глав местного самоуправления, и я думаю, что тогда этот "Дом" естественно развалится. Никакой силы применять не надо будет, они самостоятельно начнут выходить. На первое же заседание "Дома" почти никто не приедет из глав администраций.
       Ъ: Не могли бы вы решиться на прогноз декабрьских парламентских выборов? Каковы будут их итоги на федеральном уровне и за кого проголосуют избиратели Свердловской области?
       Э. Р.: Я сейчас не могу сказать. Дело в том, что мы будем формировать блок Свердловской области. Мы создали движение "Преображение Отечества" и до 10 сентября должны провести всероссийский съезд, где будут представлены кандидаты не только от нашей области. На съезде будет принято решение и о том, будет ли движение поддерживать те или иные блоки.
       Ъ: В заявлениях некоторых московских политиков по поводу вашей победы проскальзывает мысль о том, что губернаторство, которого вы столь настойчиво добивались, — лишь трамплин для "взлета" на федеральный уровень. Как вы могли бы прокомментировать эти предположения? И что теперь вы считаете следующим шагом в своей политической карьере?
       Э. Р.: Я всегда говорил, что главная моя задача — добиться для Свердловской области политической и экономической свободы. Я это реализую и спокойно уйду на отдых. Я оставлю Свердловскую область как память о самостоятельности. Вот в Совет федерации я буду претендовать. Если он будет формироваться, как записано в Конституции, то я уже депутат. Пойду и на отдельные выборы в Совет федерации.
       Ъ: На чем будет основываться экономическая политика областной администрации?
       Э. Р.: Во-первых, надо очень сильно поддержать бюджетную сферу, здравоохранение, образование и культуру. Должны определить свою политику в отношении агропромышленного комплекса, он просто погибает. Я думаю, что мы будем серьезно поддерживать ВПК с точки зрения реализации конверсионных программ. Далее — легкая промышленность. Мы или освободим ее от налогов или будем предоставлять льготные кредиты, чтобы она рассчиталась, купила сырье и начала возрождаться. Будем поддерживать капитальное строительство в части обеспечения жильем. У нас 400 тысяч людей не имеют жилья. Мы разрабатываем закон о поддержке индивидуального строительства, предполагая выдавать кредиты на 25-30 лет.
       Ъ: Действительно ли вы верите в то, что у губернатора есть достаточно широкое поле для маневра, чтобы добиться скорого улучшения социально-экономического положения в области?
       Э. Р.: Это зависит от Москвы, насколько они будут понимать нас. Вот, например, одно из соглашений, которые мы будем подписывать, предусматривает введение одноканальной системы отчисления налогов и далее, в порядке эксперимента, введение указом президента нового налогового кодекса, разработанного в Свердловской области. Эта идея направлена на возрождение всей нашей промышленности. Я придаю этому первостепенное значение. Плюс расшивка неплатежей: в Уральском регионе давно разработали идеологию регионального вексельного обращения. В свое время Страхов активно работал на уничтожение Ассоциации экономического взаимодействия Урала. Этого не получилось, ассоциация будет работать. Я думаю, на следующем заседании в Тюмени 12 сентября мы обсудим проблему уральского векселя, чтобы он заработал. Анализ показывает, что 75% взаимозачетов можно делать через уральский вексель.
       Ъ: Своего предшественника и главного соперника в ходе предвыборной кампании вы критиковали достаточно жестко. Можно ли ожидать, что приход к власти новой команды, как уже было после назначения Страхова, выльется в гонения на "любимых" директоров и банкиров вашего предшественника и облагодетельствование "своих", впавших в немилость при прежнем руководстве? И не приведет ли смена власти к очередному всплеску борьбы за передел сфер влияния?
       Э. Р.: Ни в коем случае. Никакой борьбы. Нормальная работа. Никаких гонений. Действительно, предшественник поступил совершенно бестактно. Все рыночные организации, которые создавались при мне и как-то меня поддерживали, подверглись страшному гонению. Многие из них просто были разрушены, к примеру, "Екатеринбургское коммерческое общество" (бывший спецэкспортер. — Ъ), "Урал-ТЭК". Сейчас все всплывет на поверхность.
       Ъ: Вы нанесли поражение человеку, открыто делавшему ставку на политическое движение "Наш дом — Россия". Не вызовет ли это конфликт области с федеральным правительством, которое в своей политике кнута и пряника с субъектами федерации будет отводить Свердловской области именно кнут?
       Э. Р.: Я не думаю, что российское правительство будет себя так вести. Оно не сможет. Подписание договора и соглашений практически навсегда отрезает ему возможность влиять на судьбу федерации.
       Ъ: "Больше прав регионам!" хорошо звучит как предвыборный лозунг, но как основа для диалога с центром это звучит уже хуже. Не стоит ли после победы спуститься с неба на землю и более прагматично посмотреть на политику?
       Э. Р.: Нет. Я буду следовать Конституции. Я участвовал в ее формировании, и Конституция дает нам практически все права. И ничего дополнительного я не собираюсь делать... Не будет никакой конфронтации.
       Ъ: Еще перед избранием вы заявили, что задача областного руководства будет заключаться в том, чтобы отстаивать права региона, закрепленные в Конституции. Однако, учитывая отрицательное отношение республик (а вслед за ними и Москвы) к расширению прав краев и областей, не считаете ли вы, что такая борьба приведет к возрождению — пусть и в несколько иной форме — противостояния между центром и регионами, или даже между республиками и областями?
       Э. Р.: Между республиками и областями никакой войны не будет, потому что все республики выступали за то, чтобы областям и краям дать те же права, какие имеют республики. В этом плане нет никаких осложнений. Война с Москвой, о которой вы говорите, будет, конечно. Потому что речь идет о том, что задеваются личные интересы каждого человека, который работает в бюрократическом аппарате. Вопрос не в Викторе Степановиче Черномырдине, не в правительстве, не в президенте, а в тех людях в министерствах, которые попадают под серьезное сокращение аппарата. Вот на каком уровне сопротивление.
       Ъ: В Москве многие считают, что выборы губернатора в Свердловской области разрешили только после того, как с вами была достигнута предварительная договоренность о "правилах игры" в случае вашей победы. Была такая договоренность?
       Э. Р.: Нет.
       Ъ: Москва отнеслась к вашей победе крайне настороженно, заявив устами некоторых сотрудников президентской администрации, что возвращение Росселя может привести к росту сепаратизма. Как вы надеетесь развеять хроническую подозрительность центра относительно ваших "сепаратистских настроений" и на какие силы и на каких людей в столице намерены опираться в борьбе за права области?
       Э. Р.: Только на президента. Он всегда говорил, что права надо дать регионам, эти права зафиксированы в Конституции. Я везу письмо на имя президента, предлагая установить правительству срок в 60 дней для подготовки договора.
       Ъ: Обоснованны ли вообще, на ваш взгляд, опасения Москвы по поводу возможного возрождения сепаратизма в тех или иных регионах России? И если опасность сепаратизма преувеличена, то кто заинтересован в нагнетании "сепаратистских страхов"?
       Э. Р.: Это самый загадочный вопрос для меня. Борис Николаевич поддерживает, Виктор Степанович поддерживает, они во всеуслышание говорят об этом. А вот вся информационная машина работает все время на нагнетание сепаратизма. Зачем это делается, я не могу понять. Посмотрите, весь негатив во время предвыборной кампании шел не от местных организаций, а от Москвы. Из Москвы говорят, что Россель — сепаратист, а за Страховым — демократические силы. Какие же демократические силы были за ним, когда он не победил? Победили как раз демократические силы.
       Ъ: О своем отношении к "Нашему дому" вы говорили неоднократно. Однако в том случае, если вам удастся, как вы того желаете, быстро наладить отношения с Москвой, ситуация может измениться. Допускаете ли вы, что в этом случае через пару месяцев губернатор Россель в знак примирения с центром может оказаться среди лидеров свердловского отделения премьерского блока?
       Э. Р.: Никогда! Я являюсь председателем двух движений — "Преображение Урала" и "Преображение Отечества". Это совершенно обособленные движения со своим лидером, и нам не надо ни в какие "дома" ходить. Мы сами — "Дом Урала".
       Ъ: При вашем активном участии областная дума приняла закон "Об областном банке". Какова ваша нынешняя позиция по этому вопросу и как она соотносится с позицией Центробанка?
       Э. Р.: Мы собираемся иметь областной банк, как и все республики имеют национальный банк. Никаких коллизий нет, мы должны с Центробанком обсудить все решения. Я считаю, что идеологически мы должны подчиняться Центробанку, проводить его политику. В части расходования финансовых ресурсов этот банк будет наш, будучи уполномоченным по исполнению бюджета.
       Ъ: Чем вас как губернатора не устраивает Уголовный кодекс России? Считаете ли вы, что каждому субъекту федерации нужно иметь свой кодекс?
       Э. Р.: Было бы очень здорово, если бы в Москве это поняли. Действительно, есть международная практика. В США каждый штат имеет свой уголовный кодекс. Все они утверждены законодательным органом. Люди живут по ним. Мы же живем по единым правилам унитарного государства. Уголовный кодекс — просто отрыжка прежней системы. Не знаю, поймут меня или нет, но нужны очень резкие карающие статьи по убийствам, кражам имущества. Раз мы уже рыночное государство, мы должны защищать собственника так, чтобы никому не повадно было. (Перед вторым туром голосования и. о. начальника областного УВД Андрей Андреев и начальник областного управления ФСБ Геннадий Воронин предложили Росселю и Страхову усилить их охрану силами УВД и УФСБ с учетом "возможных провокационных и противоправных действий со стороны экстремистски настроенных элементов в отношении кандидатов и их родственников на завершающей стадии выборной кампании". Россель этим предложением воспользовался. — Ъ).
       Ъ: Намечаются ли кадровые перестановки, в частности, в правоохранительных органах области? Если будут, то кого на кого будут менять и с какой мотивацией?
       Э. Р.: Я бы сейчас не хотел говорить. В Уставе области записано, что законодательному органу мы должны представить на утверждение кандидатуры председателя комитета по управлению госимуществом, начальников управления внутренних дел и финансов. Председатель правительства предложит, а я уже либо соглашусь, либо нет.
       Ъ: Ваше мнение о деятельности областной организации бывших "афганцев", которые поддерживали на выборах Страхова?
       Э. Р.: Я вообще удивляюсь, почему они его поддерживали. "Афганцы" должны были помнить, что они появились при мне, что я к ним относился совершенно по-отечески. Возьмите захват ими нового жилого дома: многие предлагали штурмовать дом, а я был тем человеком, который остановил этот процесс. Второй случай, когда они сели на рельсы. Страхов предложил дать возможность заняться этим ему, и если будет дана команда применить оружие, он сейчас же это сделает. Я сказал, ни в коем случае. Ребят не трогать, пусть сидят. С ними надо разговаривать. И потихонечку все решили, без всякой крови. Кроме того, с моей помощью решили строить им оздоровительный комплекс. Я думаю, что роль сыграла покупка. Страхов что-то пообещал, и все.
       Ъ: Какими мерами вы намерены добиваться снижения уровня преступности в области и какие меры готовите по снижению влияния преступных группировок Екатеринбурга?
       Э. Р.: Мы сделаем анализ, серьезно изучим деятельность управления внутренних дел. Вся система МВД почему-то не срабатывает. После войны была колоссальная преступность, сталинский режим, и тем не менее справились с этой ситуацией. Почему мы сейчас не справляемся?
       Ъ: Во время предвыборной кампании широкую огласку получили так называемые дела об алюминии и зерновом кредите. Собираетесь ли вы довести их до конца?
       Э. Р.: А мне не надо ничего делать, потому что алюминиевый вопрос мы закончили. Мы разрушили эту идею, идею "АЛКОРа". Я думаю, мы сформируем правительство, пригласим всех алюминщиков. Пожалуйста, пусть они объединяются. Я только против, чтобы все в Москве было. Холдинг там создается, налоги платят. Почему, когда все четыре завода здесь находятся? Сосредоточили все финансы. Теперь хотят сосредоточить все управление через финансы. Все должно регистрироваться в регионе.
       Ъ: Как вы оцениваете освещение предвыборной кампании местными СМИ?
       Э. Р.: Однозначно могу сказать: государственные СМИ не должны участвовать в предвыборной кампании. Смотрите, что делала Свердловская гостелерадиокомпания: 6-7 раз крутила говорухинский фильм. Говорухин сам возмущался: что же вы делаете, в конце концов, пачкаете мое имя.
       Ъ: Собираетесь ли вы предпринять какие-то меры по реорганизации Свердловской гостелерадиокомпании?
       Э. Р.: Собираюсь. Переговорю с руководителями в Москве. Вопрос даже не в том, что телекомпания делала во время предвыборной кампании. Областное телевидение серое, оно проигрывает частным телекомпаниям. Нам надо Костоусова (руководитель компании. — Ъ) освободить и на конкурсной основе выбрать молодого человека.
       Ъ: Представители теперь уже бывшей администрации области рассчитывали на продолжительную передачу власти, до трех месяцев. Вы тем не менее делаете все быстро. Вы спешите?
       Э. Р.: Я нисколько не спешу. Действую по Уставу области, где записано, что с момента принятия присяги прежний губернатор прекращает свою деятельность. Дело в том, что надо очень серьезно готовится к 1996 году. Надо добиться разграничения полномочий с Москвой. Область не подготовлена к зиме. В области нет продовольственного зерна. Надо срочно определить члена правительства, который будет решать этот вопрос. На носу уборочная кампания. Вот что движет мной.
       
ВИКТОР Ъ-СМИРНОВ
       
       
       
Размеры и источники формирования избирательного фонда Эдуарда Росселя (по данным облизбиркома)
       Общая сумма поступлений 254 772 499 рублей, в том числе: от физических лиц — 1 322 500 рублей, от юридических лиц — 253 449 999 рублей. Некоторые вкладчики:
       Уралэкономцентр, АО "Свердловский электромеханический завод", АОЗТ "Технохимзавод", АООТ "Уральский завод резино-технических изделий", Нейвабанк (г. Новоуральск), ИНЦ "Альтернатива", Академический филиал Свердлсоцбанка, Уралпромстройбанк, АОЗТ "Екатеринбургский центр МНТК — микрохирургия глаза", компания "Уралпищепром", государственное предприятие "Бриллиант", Уралсибсоцбанк, АООТ СПК "Средуралстрой", ТОО "Урал-ТЭК-Холдинг", Екатеринбургский мукомольный завод.
       
       
       
Размер и источники формирования избирательного фонда Алексея Страхова (по данным облизбиркома)
       Общая сумма поступлений — 793 290 000 рублей, в том числе: от физических лиц — 1 090 100 рублей, от юридических лиц — 648 280 000 рублей. Некоторые вкладчики:
       АО "Стройматериалы", АООТ "Серовский завод ферросплавов", АО "ИВЦ", Уральский компрессорный завод, АО "Цветмет", АООТ "Жировой комбинат", АООТ "Уральский шинный завод", АО "ЛУКойл-Екатеринбург", АКБ "Золото-Платина Банк", АООТ "Екатеринбургский завод ОЦМ", АО "Ювелирное кольцо Урала", АОЗТ "Уральский ДСК", ТОО "Уралмет", АО "Центральный вещевой рынок 'Таганский ряд'", АООТ "Богдановичский хлебокомбинат", фирма "Margotrade GO Ltd", АО "Уралэлектротяжмаш", Уральская золото-платиновая компания, ТОО "Торговый дом Уральская золото-платиновая компания", СП "Урал-Австро-Инвест", АО "Уральский завод резино-технических изделий", "Вторчермет", АООТ "Екатеринбургский виншампанкомбинат", АО "Северский трубный завод", АООТ "Богословский алюминиевый завод", АО "Ювелиры Урала", ГО "Уралтрансмаш".
       
       
       
       Многие предсказывали, что избиратели на выборы не выйдут. Однако все выборы, которые проходили у нас начиная с 1989 года, можно условно разбить на две группы. Активность населения всегда очень высока, когда границы избирательного округа совпадают с целостной административной единицей — поселком, городом, сельским районом, областью, краем или республикой. В этих условиях голосовать практически всегда приходят от 40 до 80% населения. Поэтому с учетом того, что выборы губернатора в Свердловской области ожидались давно и внимание к ним со стороны СМИ было очень велико, прогноз, на который я ориентировался в начале июня, составил 40 плюс-минус 5%. С другой стороны, активность населения всегда на порядок ниже, если целостная административная единица поделена на несколько избирательных округов или выборы охватывают только часть ее. Такими были, например, выборы в Свердловскую облдуму в 1994 году или довыборы в Госдуму в Екатеринбурге в мае 1995 года: абсолютное большинство специалистов, предсказывавших активность ниже 25-30% на выборах губернатора Свердловской области, ориентировались именно по показателям этих двух последних в области предвыборных ситуаций. А по своему типу они были принципиально иными.
       Уровень политической культуры в нашей стране, к сожалению, очень низок. Это же относится и к опыту участия журналистов в политических событиях и их умению оказывать действительно эффективное влияние на них. Мой опыт — десяток избирательных кампаний с 1989 года — показывает, что по любому избирательному округу можно провести практически любого человека. Роль средств массовой информации, которым при проведении избирательных кампаний традиционно придается огромное значение, на самом деле невелика. У меня были случаи, когда штаб из 6-8 человек проводил кандидата в чужом для него округе с практически полумиллионным населением, невзирая на активные действия 13-15 других претендентов, при минимальном обращении к СМИ. В действительности роль телевидения, радио и газет сводится сегодня преимущественно к привлечению внимания к выборам в целом и в меньшей степени к определению того, за кого голосовать.
       Степень известности потенциального кандидата и первоначальное мнение о нем также играют незначительную роль. Выборы можно сделать как на противопоставлении кандидата и сложившихся представлений избирателей округа о том, какой он должен быть, так и на полном их соответствии. Политические симпатии и воззрения также мало влияют на результат, если вы работаете точно и профессионально грамотно.
       Пожалуй, наличие финансовых средств, находящихся в распоряжении кандидата, стало важным в последние полтора года. Но, как показывает анализ избирательной кампании Страхова в сравнении, например, с кампанией Трушникова, можно иметь на порядок меньше средств, но действовать гораздо эффективнее.
       Большее значение, чем деньги, имеют время и технология проведения предвыборной кампании.
       Динамика роста голосов в пользу Валерия Трушникова в последнюю неделю июля была такова, что, имей он возможность работать еще 8-10 дней, и его победа была бы необратима.
       Россель и Страхов достаточно уверенно набирали голоса в течение июня--июля. При этом один из них вступил в активную фазу избирательной борьбы еще в первой половине апреля, а второй — во второй половине мая. Задолго до этого, с начала 1995 года, у обоих активно шли скрытые рекламные кампании.
       У их конкурента Валерия Трушникова к началу июня не было фактически ни программы, ни реально работающего штаба. Он был абсолютно неизвестен населению области, за исключением глав городов и районов. Неожиданный для многих успех Трушникова (в первом туре он всего на 4% отстал от Страхова) заключается именно в изощренной и нетрадиционной технологии, использованной его штабом. Чего стоит, например, тот факт, что общих заседаний штаба у него не проводилось вообще! При формулировании основных тезисов предвыборной платформы использовались оценки ожиданий избирателей, полученные с помощью техник работы с фокусными группами, и "репертуарные решетки". Штаб Трушникова использовал для планирования и проведения своей кампании карту избирательного округа, на которой каждый населенный пункт и район оценивался по 12-15 различным показателям, и на основании почти математически точных оценок строился график встреч с избирателями. Проанализировав данные о всех голосованиях за Росселя, начиная с 1989 года, были выделены те районы, где население сомнительно относилось к его кандидатуре. Сюда, кстати, попал и Нижний Тагил, традиционно считавшийся его политической вотчиной. И здесь Трушников обыграл его по числу собранных голосов, появившись в этом районе в течение двух недель только несколько раз.
       И наконец, основная цель, которую преследовали консультанты Трушникова, заключалась не в стремлении победить. То, что для этого не хватит двух-трех недель, было ясно уже после первых прикидок на результат в начале июня. Первой целью было стремление сохранить уже занятые в правительстве области позиции. Второй — подготовиться к декабрьским выборам. Именно поэтому уже с середины июня в его рекламную кампанию была заложена возможность полной смены имиджа на втором ее этапе. Хотя работа на максимальный результат уже в первом туре велась. Но это был сознательный "непрофессиональный" расчет на чудо.
       Именно консолидация Росселя как политика-трибуна, умеющего работать публично, Трушникова, пользующегося доверием и симпатиями избирателей, и его штаба, имеющего отработанные технологии, а также 30 групп поддержки в городах и районах области, сыграла важную роль в исходе выборов.
       Кстати, вопреки распространенным средствами массовой информации сведениям, еще 7-9 августа Трушников и его аналитическая группа не знали, кого поддержать во втором туре — Росселя или Страхова. Огромную роль при принятии решения сыграло поведение в этой ситуации самого Росселя — его умение налаживать контакты в новой для себя обстановке, проводить переговоры, гибкая позиция и четкое видение сложившейся ситуации. Он по-настоящему "переиграл" Страхова именно в течение тех трех дней, сумев найти взаимопонимание и договориться с Трушниковым и его командой, действуя при этом практически в одиночку, без поддержки своего штаба.
       Что касается Алексея Страхова, то у меня сложилось впечатление, что он незаметно для себя попал в мясорубку двух "машин", которые сам же и создал. С одной стороны, это были те силы, которые получали его поддержку в период правления и толкали его к участию в предвыборной борьбе (в том числе щедро оплачивая все его действия), а с другой — те, кто не сумел воспользоваться имеющимися средствами и ресурсами и организовал достаточно безграмотную по своим приемам избирательную кампанию.
       
АЛЕКСАНДР Ъ-СОКОЛОВ
       
       
       Возвращение Эдуарда Росселя на пост губернатора вряд ли можно назвать неожиданным. Его победа была фактически предопределена еще тогда, когда Ельцин издал указ о проведении "в порядке исключения" губернаторских выборов в Свердловской области, который многие наблюдатели расценили как откровенную "сдачу" президентом прежнего главы обладминистрации. Поэтому распространенная версия о том, что за Страховым стояла "вся Москва" во главе с президентом, вряд ли соответствует действительности. В конце концов, если бы Ельцин действительно не хотел избрания Росселя, губернаторские выборы попросту бы не состоялись. А поддержка, которую оказывал бывшему губернатору премьер со своим "Домом", во-первых, оказалась заведомо недостаточной для победы, а во-вторых, еще раз подтвердила, что в ряде вопросов внутренней политики президент и премьер далеко не единодушны.
       Впрочем, главные проблемы во взаимоотношениях с "новым старым" свердловским губернатором у Москвы возникнут, скорее всего, в экономической сфере. Если Росселю удастся реализовать, к примеру, свою мечту об отчислении в федеральный бюджет лишь 30% собираемых в области налогов, то его пример наверняка окажется заразительным и для других краев и областей, что может поставить центр в крайне затруднительное положение.
       Между тем будущая экономическая политика нового губернатора вызывает большую озабоченность и в самой Свердловской области. Правда, первые шаги администрации будут, скорее всего, достаточно мирными: очевидно, что до конца года ее основные усилия будут сосредоточены на уборке урожая, снабжении области продовольствием и подготовке к зиме. Много сил и времени отнимет подготовка к выборам в Госдуму, в которых намерены активно участвовать возглавляемые Росселем общественные движения "Преображение Урала" и "Преображение Отечества". Но после этого вполне может начаться настоящий экономический передел. В своих первых интервью в новом качестве Россель заявил о намерении проанализировать ход приватизации в Свердловской области с 10 ноября 1993 года по 22 августа 1995 года. Решения, принятые с нарушением действующего законодательства, будут пересмотрены. В данном случае, по-видимому, речь идет не о повороте вспять приватизации как таковой, а о правах на ту или иную часть областной собственности, переданных Москве. В числе первых разберутся с алюминиевым комплексом, который по воле Госкомимущества России и при согласии облкомитета по управлению госимуществом был передан в столичный холдинг "Алюминиевая корпорация". Нынешнему председателю Свердловского КУГИ Владимиру Ваулину остается только паковать чемоданы.
       По всей видимости, будет пересмотрено отношение и к сформированной при Страхове Продовольственной корпорации, отвечавшей за поставки продовольствия в область. Возможно, ее ликвидируют, а сотрудничавшим с ней коммерческим фирмам покажут на дверь. Так, по всей видимости, закончится получившее во время предвыборной кампании широкую огласку дело о "зерновом кредите". Доверие администрации потеряют и все остальные коммерческие компании, сотрудничавшие со Страховым. С той лишь разницей, что Россель не будет добиваться их разрушения, как это сделал его предшественник с "его" фирмами, а будет восстанавливать "свои" фирмы и заводить дружбу с новыми.
       Следует также ожидать кадровых изменений в силовых структурах, прежде всего в руководстве УВД области. В совокупности с заявлениями Росселя о намерении ужесточить борьбу с криминальным миром это, очевидно, пошатнет устоявшееся равновесие в криминальной среде и может спровоцировать всплеск криминальных разборок в Екатеринбурге, и без того имеющем славу "российского Чикаго". Известно, что экономические интересы ведущих местных преступных группировок тесно связаны с московскими бандформированиями, и поведение Росселя, отстаивающего региональные интересы, может вызвать раздражение их лидеров. Кстати, предпосылки к нагнетанию напряженности появились еще на стадии предвыборной кампании, когда криминальные структуры пытались оказать воздействие или доказать свое влияние на некоторых кандидатов.
       
       ВИКТОР Ъ-СМИРНОВ, ДМИТРИЙ Ъ-КАМЫШЕВ
       
Комментарии
Профиль пользователя