На прошлой неделе между двумя крупными московскими банками — "Российским кредитом" и "Аэрофлотом" — возникла ситуация, мягко говоря, недопонимания условий заключенной между ними форвардной сделки при посредничестве финансового агентства "Интермани" (Intermoney Financial Products). В связи с этим банк "Российский кредит" предложил аннулировать сделку, а банк "Аэрофлот" настаивает на исполнении взятых контрагентом обязательств.
Суть конфликта (Ъ уже писал о нем в субботнем номере): 11 мая банки "Аэрофлот" и "Российский кредит" при посредничестве агентства "Интермани" заключили контракт, предусматривающий поставку $1 млн 4 августа по курсу 5650 руб./$. А впоследствии обнаружилось, что по поводу того, кто из двух банков являлся покупателем, а кто продавцом, существуют значительные разночтения. Оба банка утверждают, что они выступали в качестве продавцов. Мы приводим точку зрения всех трех сторон.
Начальник отдела конверсионных операций агентства "Интермани" Марина Ситнина:
"11 мая наш дилер подтвердил по телефону дилерам двух банков, что они выступают контрагентами по форвардному контракту: банк 'Аэрофлот' — продавцом, а 'Российский кредит' — покупателем. Затем в оба банка было отправлено телексное подтверждение. 'Российский кредит' утверждает, что телекса не получил. Действительно, он не прошел, и мы этого не проконтролировали. Но отслеживать отметки о прохождении телексов у наших дилеров, заключающих в день по 100-150 сделок, иной раз просто нет возможности. И это единственная вина, которую мы за собой признаем. В работе на валютном дилинге, и все банки об этом знают, без просчетов не обходится. Банки должны сами подтверждать между собой сделки, ведь они участвуют в них своими деньгами. Я завтра позвоню в 'Империал' и скажу, что он продает срочный контракт 'Столичному', — так что, там должны мне на слово поверить? Почему все спохватились только месяц спустя? Как нам известно, 'Российский кредит' закрывал сделку спустя восемь дней, так почему тогда никто не позаботился о подтверждении? Если бы это недоразумение выяснилось вовремя, мы могли бы оказать обоим банкам содействие в минимизации убытков и даже рассмотреть вопрос возможной компенсации. Но теперь 'Российский кредит' настаивает на аннулировании сделки. Интересно, если они так уверены, что выступали продавцами, почему не требуют исполнения именно этого варианта?"
Председатель правления банка "Российский кредит" Дмитрий Любинин:
"Финансовое агентство 'Интермани' проявило недопустимую небрежность при обеспечении сделки между двумя банками. В результате оба банка — контрагента по сделке понесли убытки. 11 мая 'Интермани' приняло заявку на продажу валюты по форвардному контракту и отправило ошибочное подтверждение банку 'Аэрофлот' о том, что его контрагентом по сделке является 'Роскредит'. Эта ошибка может быть объяснима, скорее, использованием плохой технической базы, в частности низкой оснащенностью 'Интермани' средствами связи, чем некомпетентностью его сотрудников. Поскольку никакого договора между банками заключено не было, наилучшим выходом из сложившейся ситуации было бы взять каждому банку убытки на себя, как и поступил 'Российский кредит' в этой ситуации".
Начальник управления дилинга банка "Аэрофлот" Леонид Сирота:
"Банк 'Российский кредит' просто не выполняет взятые на себя обязательства. Из-за снижения курса доллара стали снижаться и форвардные котировки. Поэтому 'Российскому кредиту' стало просто невыгодно выполнять заключенную сделку.
Техника заключения подобных сделок через посреднические организации предполагает, что ее условия согласовываются по телефону или через Reuter. После этого посредник по телексу рассылает контрагентам счета об оплате своих услуг, где четко указано кто, кому, что и за сколько продал (наш банк получил такой телекс 12 мая). Но поскольку дилеры банка 'Российский кредит' на рынке срочных контрактов работают по телефону, необходимо было подтвердить сделку двусторонним соглашением. Банк 'Российский кредит' самостоятельно готовит договоры со своими контрагентами, однако в течение двух недель такой договор подготовлен не был. Более того, именно по этому договору пошли задержки. Сначала 'Российский кредит' запросил доверенность на должностное лицо, подписывающее договор со стороны банка 'Аэрофлот', хотя в уставе банка оговорены его полномочия. В конце концов 'Аэрофлот' получил договор, где в качестве продавца значился банк 'Российский кредит'. В этот же вечер произошла встреча двух банков на уровне начальников отделов в присутствии дилера агентства 'Интермани', который подтвердил, что сделка проходила 'с двух трубок' и ошибки произойти не могло.
После этого в течение недели вопрос решался сначала на уровне первых лиц двух банков. На личной встрече президента банка 'Аэрофлот' Владимира Сипачева и председателя правления банка 'Российский кредит' Дмитрия Любинина прозвучал решающий аргумент банка 'Российский кредит' — не получили телекс. Однако неполучение телексного подтверждения не является основанием для отказа от сделки. Это проблема 'back-офиса', который в течение месяца не мог добиться от агентства необходимых документов. В конце концов Дмитрий Любинин заявил, что 'Российский кредит' сделку не признает.
Проблема заключается в том, что, хотя мы уверены в собственной правоте, подавать дело в арбитраж, скорее всего, не имеет смысла. Дело в том, что ни 'Аэрофлот', ни 'Интермани' не записывают телефонные разговоры. Записывает их 'Российский кредит'. Однако на одной из встреч было заявлено, что записи хранятся лишь месяц, а затем затираются. Таким образом, никаких документальных подтверждений сделки не осталось, и доказать что-либо для нас практически невозможно".
ЮРИЙ Ъ-КАЛАШНОВ, ЮЛИЯ Ъ-ПЕЛЕХОВА