Премия
Литературную премию "Русский Букер" получил Михаил Елизаров за роман "Библиотекарь" ("Ъ" рецензировал его 9 июля 2007 года). Об этом было объявлено в среду на традиционном торжественном обеде. Решение жюри выбрать роман, повествующий о кровавой борьбе сектантских группировок за обладание книгами забытого советского писателя, можно считать принципиально новым в истории премии. Комментирует АННА Ъ-НАРИНСКАЯ.
Многие думали, что, включая в короткий список две заметно не характерные для букеровской стилистики книги — "Библиотекаря" Михаила Елизарова и "Таблетку" Германа Садулаева (обе, кстати, вышли в издательстве Ad Marginem),— жюри премии желает всего лишь пощекотать нервы почтеннейшей публике. Ведь входил же в 2006 году в короткий букеровский список роман Захара Прилепина "Санькя", во многих смыслах куда более радикальный, чем "Библиотекарь". Но тогда все кончилось очевидной Ольгой Славниковой. В этом году таким очевидным вариантом был бы роман Владимира Шарова "Будьте как дети" — он, как к нему ни относись, именно что "утверждает традиционную для русской литературы гуманистическую систему ценностей", преданность которой организаторы "Русского Букера" не устают декларировать устно и печатно. Но все повернулось по-другому — оказывается, пути русского гуманизма проходят сегодня через поле битвы, на котором под льющиеся из громкоговорителя звуки песни "Любовь, комсомол и весна" избивают друг друга дрекольем елизаровские герои. Этот бой кровавый идет, как выясняется, не ради славы, а ради обладания книгами позабытого советского писателя Дмитрия Громова. Его среднестатистические советские романы "Дорогами труда", "Серебряный плес" и "Тихие травы" обладают невероятным мистическим зарядом и герои "Библиотекаря" не остановятся ни перед чем, чтобы заполучить весь корпус священных для них громовских сочинений.
Надо признать, что сквозь нагромождение реминисценций, будто бы по-сорокински играющих с ностальгией по Советскому "Небесному" Союзу, который "из небытия предъявляет свои векселя о долге", у автора "Библиотекаря" пробивается чувство вполне реальное. Господина Елизарова действительно заводит "АБВГДейка", "музыка Пахмутовой, слова Добронравова" и даже "Зайков, Слюньков и Воротников". И пусть эта эмоция на сегодняшний день перешла в разряд самых расхожих, но ее наличие придает тексту "Библиотекаря" если не жизни, так хотя бы живости.
Но Букера Михаил Елизаров получил все же не за трогательную искренность и даже не за "сильный нарратив", который, как считают некоторые, выделяет его произведения на фоне расхлябанных текстов, которые сегодня называются романами. Присуждение премии книге, написанной столь явно в присутствии Сорокина и Пелевина, нельзя не расценить как решение из области идеологической. Но даже если предположить на минуту, что никакой политики здесь нет, а вот просто членам букеровского жюри — писателям Марине Вишневецкой и Леониду Юзефовичу, актрисе Евгении Симоновой, критику Сергею Боровикову и критику Евгению Сидорову, который в этом году жюри возглавляет, людям взрослым и отнюдь не экстравагантным — "Библиотекарь" по-честному понравился больше других романов, значит, мы наблюдаем любопытный момент переключения в головах ответственных людей вентилей, отвечающих за понятие "наша литература". Букера впервые дали писателю новой генерации. И дело здесь не в сравнительно молодом тридцатипятилетнем возрасте Михаила Елизарова, а как раз в том, что его книги могли быть написаны только "после Сорокина".
И вот теперь — когда Букеровскую премию вручают если не эпигону, так, во всяком случае, последователю Сорокина,— возникает закономерный вопрос. Где была эта премия, когда у самого Владимира Сорокина или Виктора Пелевина выходили новые романы? Правда, на этот вопрос существует закономерный и даже очевидный ответ: нынешнее жюри не должно отвечать за поступки своих предшественников, например за решение 2002 года, когда в короткий список вошел сорокинский "Лед", а премию получил текст Олега Павлова "Карагандинские девятины, или Повесть последних дней".
Ответ менее очевидный напечатан в буклете, который раздавали на церемонии вручения премии. Это изречение председателя нынешнего жюри критика Евгения Сидорова: "Что бы ни говорили о "Русском Букере", он старается держать планку литературного качества и актуальных смыслов. По книгам букеровских лауреатов историк может воссоздать достаточно красноречивую картину иллюзий и прозрений беллетристики нашего времени, переломного и драматичного во всех отношениях. Времени с налетом изрядной пошлости, что тоже нельзя отрицать". Так что, возможно, члены жюри нашли, что пошлость романа Михаила Елизарова совпадает с "пошлостью времени". И тем самым выражает его "актуальный смысл".