Коротко


Подробно

 Продажа комплекса С-300: расследование


"Кукла" по-армейски, или Настоящие секреты так не продаются

       Факт приобретения в декабре 1994 года разведывательным управлением минобороны США одного из вариантов российской зенитно-ракетной системы С-300 и в России, и в Америке был однозначно воспринят как успех РУМО и провал российских спецслужб. До сих пор в США не стихают победные реляции в адрес как руководства РУМО, так и бывшего шефа Пентагона Фрэнка Карлуччи и бывшего госсекретаря Джеймса Бейкера, которые, оказывается, играли далеко не последнюю роль в этой истории. Однако, по мнению экспертов Ъ, эта операция вряд ли пополнит список достижений американской разведки. Скорее, наоборот — войдет в анналы российской как яркий пример того, что именуется дезориентирующими оперативными мероприятиями. Комментарий АЛЕКСАНДРА Ъ-КОРЕЦКОГО и АЛЕКСАНДРА Ъ-САФРОНОВА.
       
       В конце декабря прошлого года тяжелый транспортный самолет Ан-124 "Руслан" доставил на базу ВВС США Редстоун (штат Алабама) секретный груз. На следующий день в Washington Post появилась сенсационная статья, где утверждалось, что груз этот не что иное как компоненты новейшей российской системы С-300, якобы проданной Белоруссией через госкомпанию "Белтехэкспорт". В серии последующих публикаций говорилось, что сделка осуществлена в обход Москвы и наносит ей не с чем не сравнимый урон: в США якобы оказалась ракетная система С-300 МПУ. Это один из последних вариантов С-300 с высоким потенциалом для борьбы как с традиционными для систем ПВО аэродинамическими целями, так и с теми, что имеют баллистическую траекторию. Исходя из этого, и американская, и российская пресса делали выводы о том, что стратегический партнер Москвы Минск продался Западу за тридцать серебренников (конкретно — за $6 млн), а спецслужбы России деградировали настолько, что уже не в состоянии предотвратить вывоз военных секретов целыми самолетами.
       Что же приобрели агенты РУМО?
       На днях в New York Times опубликован материал, где утверждается, что подготовка операции по приобретению С-300 началась более двух лет назад. Еще в 1993 году РУМО провело закрытый конкурс на право ее осуществления. Победа досталась компании BDM International, директором которой является известный в мире торговец оружием, участник аферы "Иран-контрас" Эммануэль Уайгенсберг. Реальный же владелец BDM International — вовсе не Уайгенсберг, а известная инвестиционная компания Carlile Group, в совет директоров которой входят уже упомянутые Фрэнк Карлуччи и Джеймс Бейкер. Именно они, по мнению New York Times, обеспечили BDM не только победу в конкурсе, но и сам успех операции, приняв в ней самое непосредственное и деятельное участие. Но, судя по расследованию Ъ, награждения и поздравления по результатам сделки с одинаковым успехом могли прозвучать не только в Вашингтоне, но в Москве и Минске.
       По информации, полученной Ъ из достоверных источников, в Белоруссии на момент совершения сделки с С-300 было не более пяти систем С-300. Две из них несли боевое дежурство, прикрывая воздушное пространство над Минском, а три являлись учебной базой Минского высшего инженерного зенитно-ракетного училища (МВИЗРУ). При этом лишь один из пяти комплексов был вариантом С-300 ПС, все остальные — ПТ и ПТ-1. О снятии одного из двух комплексов с боевого дежурства, по понятным причинам, не может быть и речи. Что же касается стендовой базы МВИЗРУ, то она далека от идеала: неработающий С-300 ПТ, частично работающий ПТ-1 и исправный ПС.
       По данным Ъ, фирме BDM был продан как раз полуработающий ПТ-1, на котором последние десять лет курсанты отрабатывали поиск и устранение неисправностей. При этом были проданы лишь локаторы — без пусковых установок (которых всего три на все училище). Но главный интерес для РУМО США представляли вообще не они, а так называемый контейнер Ф-9 — кабина боевого управления, позволяющая координировать действия шести и более дивизионов, и ее РЛС. Именно Ф-9 является тем ключевым звеном, которое позволяет создавать вокруг охраняемых объектов единое радиолокационное поле теоретически любых размеров. Это, в свою очередь, дает возможность службам ПВО обнаруживать цели на расстоянии до 650 км. Одновременно увеличиваются и возможности по слежению абсолютно за всеми объектами, находящимися в охраняемом пространстве — их может быть как 10, так и 250. Кстати, Ф-9 никогда не поставлялся за пределы России, и даже сами войска ПВО на сегодняшний день обладают небольшим количеством этих кабин. Казалось бы, США в лице военной разведки стали обладателем одного из последних достижений российской военной мысли и технологии. Но это не совсем так.
       
Советское — это значит неповторимое
       По мнению одного из экспертов-ракетчиков, первое, что могли сделать американцы, распаковав комплекс в Алабаме, так это удивиться. Удивиться тому, как можно с такой отставшей от американской на несколько поколений элементной базой решать такие задачи, о которых в ПВО США сегодня лишь мечтают. Последнее достижение США в этой области — комплекс Patriot — как минимум на 40% уступает по своим возможностям даже первым вариантам С-300. Хотя, по большому счету, сравнивать их некорректно — они создавались для решения разных задач. Это значит, что использовать какие-то наработки, заложенные в С-300 вообще и в контейнере Ф-9, в частности, американцы просто не смогут. Единственное, что они могут понять, так это то, каким путем шла конструкторская мысль разработчиков советской системы в начале 80-х.
       Кстати, у США уже есть опыт знакомства с подобного уровня техникой. Когда в 1976 году Беленко угнал в Японию МиГ-25, специалисты из РУМО его разобрали, но практически ничего из этого не вынесли — слишком различны подходы при решении технических задач у конструкторов США и СССР. Этот пример фактически повторился спустя двадцать лет. Но на этот раз американцам пришлось еще и заплатить деньги, чтобы посмотреть, как "это" устроено, и еще раз убедиться в том, что "советское" — это неповторимое.
       Не исключено, что РУМО даже толком не удастся узнать возможности системы С-300 ПТ-1. По сведениям Ъ, РЛС проданного комплекса и контейнер Ф-9 имели, мягко говоря, своеобразное программное обеспечение. Учитывая тот факт, что упаковкой системы в МВИЗРУ занимались не господа из РУМО, а, скорее всего, "толковые парни" из ГРУ Минобороны России, шансов определить как реальные возможности РЛС-комплекса и контейнера Ф-9, так и алгоритм их работы у их нынешних американских исследователей практически нет. Единственное, что они уже наверняка поняли, так это то, что в области создания алгоритмов для работы локаторов с фазированными антенными решетками советская конструкторская мысль в начале 80-х годов значительно опережала американскую. О том же, как далеко с тех пор эта мысль ушла вперед, в США могут лишь догадываться. Полученный комплекс ответа на этот вопрос не даст. Почему? Контейнер Ф-9 от С-300 ПМУ и ПМУ-1 (летом 1993 года на он демонстрировался всем желающим на выставке в Жуковском) и приобретенный ныне РУМО — это небо и земля.
       
Главное — это правильно обработать покупателя
       Внимательное изучение всех сведений об операции по приобретению С-300 приводит к выводу, что погрузкой компонентов системы в "Руслан" завершилась почти классическая "игра" российских спецслужб с их американскими vis-a-vis. Когда она началась, судить трудно, но Ъ известно, что еще летом 1994 года на уровне российского правительства рассматривалась возможность продажи отдельных элементов системы. Проблема состояла в том, какой именно комплекс можно было продать. И был найден очень удачный, как оказалось, вариант — С-300 ПТ-1 с базы МВИЗРУ. Удачен он был потому, что отвечал всем требованиям, обязательным при проведении дезориентирующих оперативных мероприятий такого рода. И здесь не последнюю роль сыграли и фактор "чужой" территории, и поднятый прессой вокруг сделки шум.
       Известно, что BDM обивала пороги российских ведомств с соответствующими предложениями насчет С-300 около года. Но тщетно. Судя по всему, в это время шел выбор подходящего варианта, а затем утрясались с Белоруссией детали будущей "блистательной операции РУМО". Чтобы потянуть время, Уайгенсбергу даже предложили такой вариант: купить сразу 6 систем (полк). Однако для американцев это имело бы смысл только при постановке комплекса С-300 на вооружение армии США. BDM исподволь подводили к мысли, что единичный комплект С-300 у России купить в принципе нельзя, но можно попытать счастья в другом месте. Вряд ли стоит удивляться тому, что таки местом оказался Минск, где на базе МВИЗРУ нашлось аж три подходящих системы. С момента обращения BDM к белорусской стороне операция вступила в свою заключительную и самую напряженную фазу. Началась она с "утечки" из минобороны Белоруссии в местную прессу информации о готовящейся сделке.
       Любопытно, что впервые в истории проведении подобных дезориентирующих операций ГРУ (а в том, что оно принимало самое непосредственное участие на всех этапах, сомневаться не приходится) столь масштабно и умело использовало российские и белорусские mass media. Шум, поднятый вокруг продажи российских военных секретов Минском, произвел впечатление не только на обывателя, но и на покупателя. Особенно когда якобы под давлением общественности Александр Лукашенко объявил о приостановке сделки. Это, пожалуй, был самый эффектный ход, призванный снять у американцев последние сомнения в искренности продавцов. Образно говоря, Лукашенко со своим заявлением сыграл классическую роль милиционера, неожиданно появляющегося в ответственный момент нелегального приобретения валюты. Перед BDM замаячила мрачная перспектива полного срыва операции. Спецслужбы России достигли главного — покупатель занервничал, потерял бдительность. В условиях мощного психологического давления у РУМО уже не оставалось времени ни для поисков альтернативного варианта, ни для детальной проверки того, что же реально приобретается.
       О том, что же на самом деле произошло в декабре 94-го, станет известно лишь тогда, когда кто-либо из участников этой операции засядет за мемуары. Но есть, по крайней мере, два косвенных доказательства того, что общественность впервые имела возможность наблюдать за ходом одной из крупнейших спецопераций по дезинформации. Во-первых, это цена продажи РЛС С-300 ПТ-1 и контейнера Ф-9. Как известно, она составила $6 млн. А это, как минимум, в 6 раз меньше реальной стоимости этого оборудования. Во-вторых, при обсуждении сделки в СМИ российские и белорусские военные ненавязчиво комментировали продажу BDM именно С-300 МПУ — именно этот вариант системы фигурировал в знаменитой "утечке" из минобороны Белоруссии. Трудно себе представить, что военные действительно не знали, что реально продается. А потрясающее единство в указании на продажу ПМУ лишний раз доказывает согласованность действий.
       
       
       
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 09.03.1995
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение