Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от

 Компьютерные игрушки


Dendy не пахнут


       Два мировых лидера индустрии электронных игр почти одновременно решили поставить на Россию. Не поиграть ли с ними российским компаниям?
       
В мире идет игра по-крупному
Игры совершенно необходимы некоторым людям для поддержания душевного здоровья.
Э. Берн
       
       Западный рынок электронных игр переживает сейчас сильнейший подъем, связанный, помимо общего технического прогресса, с бумом телекоммуникационных технологий. Последняя мода в этой области — интерактивное телевидение — позволяет не только смотреть, например, футбольный матч с любой из десяти точек по выбору зрителя, но и не выходя из дома делать покупки, учиться, копировать книги, фонограммы, фильмы. А еще интерактивное TV открывает новые возможности в сфере электронных развлечений. Поэтому на рынок видеоигр в последнее время мощно выдвигаются такие компании, как NEC, Matsushita, Sony, Microsoft. Ведутся интенсивные разработки в новейших сферах — мультимедиа и виртуальной реальности.
       Однако основу мирового рынка электронных развлечений пока по-прежнему составляют игровые приставки к обыкновенному телевизору и кассеты (картриджи) с программами для этих приставок. А здесь давно определились два безусловных лидера: мировой рынок делят между собой примерно поровну две японские фирмы — Nintendo Co. Ltd. и Sega Enterprises Ltd., — хотя в разных странах наблюдаются диспропорции в ту или иную сторону. Например, в США, по данным зарубежной печати, в прошлом году видеоприставок и картриджей к ним было продано на $6 млрд, из которых 60% пришлось на Nintendo, 25% — на Sega. Зато в Великобритании в том же году $1 млрд продаж поделился так: 85% — Sega, 10% — Nintendo.
       Представляется странным, что на фоне быстрорастущего интереса западных фирм, например, к российскому компьютерному рынку, до недавнего времени оба лидера рынка электронных игр принципиально не предпринимали попыток закрепиться в России. Они отказывались от участия в специализированных выставках в Москве и Санкт-Петербурге, с порога отвергали инициативы российских компаний, желавших торговать фирменными видеоиграми.
       Однако теперь ситуация изменилась. Около месяца назад визит в Москву одного из крупных руководителей Sega ознаменовал начало активного продвижения продукции этой фирмы в СНГ. В ближайшие недели ожидается аналогичный визит и от Nintendo. Правда, дата последнего постоянно отодвигается, однако российские фирмы, претендующие на дистрибуторские права по продукции главного конкурента Sega, в один голос утверждают, что теперь уж Nintendo никуда не денется: нет в мире такого региона, где присутствовал бы только один из двух главных видеоигроков. К тому же Nintendo необходимо успеть в Россию, так сказать, до холодов, ибо пик продаж видеоигр всегда приходится на рождественские праздники. Упустить этот момент — значит упустить рынок.
Что же заставило японских бизнесменов вдруг повернуться в сторону России?
       
Вы торгуйте, а мы подождем
       Мировой рынок игровых приставок существует уже примерно 15 лет. Российскому же можно дать от силы 2-2,5 года. Начинался он, как водится, с пробных челночных поставок. Ввозились либо фирменные Nintendo и Sega, на которые в России назначались непомерно высокие цены, либо китайские подделки. Цена последних была вполне приемлема, однако отсутствие рекламы и полная неинформированность покупателя привели к тому, что создалось впечатление отсутствия потенциального спроса на игровые приставки в России. Под этим впечатлением руководители компаний Nintendo и Sega (не говоря уже о более мелких производителях оригинальных видеоигр) пребывали вплоть до последнего времени.
       Ломка их представлений началась после того, как на практически незанятую нишу российского потребительского рынка ворвалась — иначе не скажешь — московская фирма Steepler. Зарегистрировав собственную торговую марку Dendy, она предложила одному из тайваньских заводиков, производящих копии 8-битовой модели Nintendo, выпускать их на заказ с надписью Dendy (сама Nintendo подобных моделей уже не производит). Одновременно Steepler начала завозить из той же страны картриджи с играми, повела массированную рекламную кампанию Dendy и создала дилерскую сеть по торговле видеоприставками в России.
       Сейчас Steepler, по словам начальника отдела видеоигр фирмы Виктора Савюка, с помощью 59 дилеров продает по всей стране в месяц 100-110 тыс. игровых приставок на сумму (вместе с картриджами) $4,5-6 млн в месяц. При этом руководство Steepler утверждает, что контролирует примерно 45% соответствующего рынка. Японцы же полагают, что эта цифра сильно занижена — скромничает Steepler. Но так или иначе, емкость российского рынка видеоигр с учетом его постоянного роста можно оценить теперь примерно в $200-250 млн в год. И хотя это в 30-40 раз меньше, чем, например, в США, осторожные японцы решили: пора.
       Отметим, впрочем, что Sega в России в ближайшие три года претендует в лучшем случае на треть того объема, который за то же время при сохранении нынешних темпов даст Steepler, а о планах Nintendo в России пока вообще ничего не известно. Зато можно с уверенностью предсказать, что в ближайшее время трубный глас рекламы Sega, а затем и Nintendo, призовет новые российские фирмы не только под знамена этих двух компаний. И не только в строй торговцев приставками к телевизору.
       
В России так еще не играли
       
Вопрос только в том: играет ли человек именно в те игры, которые для него максимально благоприятны.
Э. Берн
       
       Существуют целые классы электронных видеоразвлечений, популярных во всем мире и почти неизвестных у нас. Эти непаханые игровые поля могут возбудить азарт как бывалых видеоигроков, так и новичков, которым, как известно, везет.
       Например, карманные видеоигрушки Game Boy (фирмы Nintendo) и Game Gear (фирмы Sega). Подобно телевизионным приставкам, они позволяют менять игровые картриджи, но отличаются миниатюрностью и встроенным жидкокристаллическим экраном. Game Boy внешне похожа на широко продаваемую сейчас в Москве (в среднем по 30 тыс. руб.) китайскую безделушку с несколькими встроенными несменяемыми играми типа "Тетрис". А у Game Gear экранчик цветной, и она может даже служить в качестве карманного телевизора. На российском рынке играми этого типа пока никто всерьез не занимался.
       Широко распространены во всем мире, особенно в Японии, также залы видеоигровых автоматов, на которых можно за сравнительно небольшую плату сыграть в новую видеоигру. Если игра понравилась — она покупается в виде картриджа для домашней приставки к телевизору. Именно с этих автоматов начинает свой путь в большой мир любая видеоигра, но в России под игровыми автоматами понимают пока в основном механические приспособления типа "однорукого бандита".
       Еще один неизвестный у нас продукт, который сейчас пытаются продвигать несколько московских компаний — 386-й компьютер без дисководов и монитора, зато с видеоплатой, звуковым контроллером и гнездом для видеоигровых картриджей, совместимых с 8-битовой Nintendo (или, если угодно, Dendy). Все это вместе с клавиатурой размещается в корпусе размером с клавиатуру обычного компьютера и позволяет при подключении к телевизору чередовать игру и серьезные занятия, например, программирование. Этот тайваньский гибрид компьютера и видеоприставки на Западе "не пошел" — в первую очередь из-за того, что телевизор плох в качестве компьютерного монитора: в видеоигры играют со значительного расстояния, а при работе с компьютером приходится сидеть близко. К тому же такое объединение компьютера с видеоприставкой не дает существенной экономии в деньгах. Например, в России новинку собираются продавать за $450, а если добавить сюда стоимость приобретаемых дополнительно дисководов, то дешевле получается купить для домашнего пользования подержанный компьютер и отдельно — видеоприставку. Но как знать, возможно, то, что не прижилось на Западе, под действием активной рекламы найдет свое место в наших палестинах.
       Кстати, торговля игровыми программами для персональных компьютеров тоже может стать в России весьма перспективным бизнесом. "Семейных" компьютеров стоит в российских квартирах уже довольно много, и большинству их владельцев вполне по карману приобретать игры, качество которых на порядок выше, чем у любой видеоприставки. Например, небольшая московская фирма "Никита" продает в месяц компьютерных игр на $10-15 тыс. Но то — игры собственного производства, главным образом развивающие и обучающие, предназначенные для дошкольников и младших школьников. Идея же официально русифицировать самые модные западные игры для IBM-совместимых "персоналок" и продавать их в России за деньги (в том числе на компакт-дисках) пока, по информации Ъ, лишь носится в воздухе. Впрочем, прецедент уже есть — буквально на днях московская компания Lamport подписала дистрибуторское соглашение с одним из крупнейших производителей компьютерных игр — американской компанией MicroProse Inc., известной в России своей программой SimCity.
       
Чем дальше на Восток, тем дело тоньше
       
Снежный заяц как живой,
       Но одно осталось, дети, —
       Смастерим ему усы.
Басе Мацуо, XVII век
       
       Если пройтись по московским магазинам, торгующим бытовой электроникой, то легко убедиться в том, что Dendy там уже давно не доминирует: спрос на видеоприставки в России уже сформировался и привлек к себе внимание широких масс российских импортеров китайской продукции. По информации Ъ, многие из них пытались установить контакт с Nintendo и Sega. Но Страна Восходящего Солнца — дело тонкое. Для начала переговоров с японской компанией, не имеющей представительства в России, недостаточно простой готовности закупить продукции на крупную сумму. Необходимо еще запастись весьма солидными рекомендациями, бездной терпения, а также знанием японского делового ритуала.
       По-видимому, никто в России всем этим в должной мере не располагал, и потому Sega, которая обычно торгует за рубежом через собственные представительства, решила выйти на российский рынок через посредство другой японской компании, которая уже имеет представительство в России. В качестве таковой был избран торговый дом Nissho Iwai, который работает в России уже более 30 лет. Этому торговому дому, по словам его представителей, был предоставлен статус эксклюзивного импортера продукции Sega в Россию.
       Но если вы думаете, что Nissho Iwai после этого занялся формированием в России дилерской сети по продаже видеоигр, то вы недостаточно понимаете японский бизнес. В действительности Nissho Iwai нашел российскую фирму — "Форрус" — которая согласилась стать эксклюзивным дистрибутором Sega в России и создавать дилерскую сеть самостоятельно. Итак, теперь российское представительство Nissho Iwai эксклюзивно закупает товар для России у Sega и тут же эксклюзивно перепродает его фирме "Форрус"... Без поллитра сакэ не разберешься.
       
В ожидании Nintendo
       
Иногда игра, показавшаяся нам новой, оказывается лишь вариантом старой.
Э. Берн
       
       Но так или иначе, "официальная" Sega в Россию уже начала поступать, хотя темпы ее продаж в Nissho Iwai сообщить отказались. Зато посетивший недавно Москву управляющий директор Sega по зарубежным рынкам Кунимаса Яги в интервью Ъ заявил, что в ближайшие три года Sega надеется продать в России 1 млн видеоприставок. Г-н Яги посетовал на то, что продвижению Sega (как и Nintendo) в России сильно мешает огромное количество наводнивших страну подделок, к которым он относит и Dendy. Тем не менее г-н Яги не отрицает, что подделки-то фактически и сформировали в России рынок игровых приставок.
       Впрочем, вопрос о том, что считать подделкой в строгом юридическом смысле, достаточно тонок. За консультацией по этому поводу мы обратились к известному специалисту по правовой охране интеллектуальной собственности, заместителю председателя президиума московской коллегии адвокатов Ирине Савельевой. По ее мнению, предъявить иск фирме, производящей копию чужой игровой приставки, весьма непросто: необходимо доказать, например, что установленная в этом устройстве специализированная микросхема является точной копией чипа, запатентованного фирмой — производителем оригинала. Изготовителю функциональной копии достаточно слегка изменить топологию ключевой микросхемы, дизайн устройства, отдельные узлы конструкции — и по существующему международному законодательству (его аналоги действуют и в России) юридически засвидетельствовать факт подделки становится почти невозможно. Так что торговцам приставками типа Dendy скорее всего ничто не угрожает.
       Иное дело — кассеты с видеоиграми. Создатели игровых программ всегда защищают патентами не только идею и алгоритм игры, но и внешний вид персонажей. Поэтому доказать в судебном порядке "пиратское" происхождение китайских картриджей по зубам даже начинающему адвокату. По данным зарубежной прессы, Nintendo с 1989 года возбудила более 24 таких исков. Один из них — против самого крупного производителя нелегальных картриджей, тайваньской фирмы United Microelectronics Corp., 30% акций которой принадлежит государству.
       Точно так же несомненным пиратством признается юристами изготовление продукции с надписями Nintendo или Sega без соответствующего разрешения (а такого разрешения ни та ни другая фирма никому не выдает). Правда, у Sega есть собственные заводы в других странах, в том числе в "красном" Китае, но это совсем другое дело. Nintendo же, опасаясь утечки ноу-хау, всю свою продукцию производит на единственном заводе в городе Киото.
       Среди продаваемых сейчас в Москве 16-битовых приставок Sega откровенные подделки составляют примерно такую же долю, как и среди ликеров Amaretto. По словам г-на Яги, отличить поддельную Sega от настоящей можно — по цвету коробки (у поддельной коробка, как правило, белая, а не черная) и по отсутствию маркировки Sega на некоторых отдельных частях, входящих в комплект. Правда, несмотря на непродолжительность своего пребывания в России, г-н Яги пришел к справедливому, по мнению экспертов Ъ, выводу: бороться в этой стране с подделками правовыми методами пока невозможно. "Мы будем воевать с ними при помощи нашего высокого качества и низких цен", — заявил г-н Яги, отметив, что Sega — в свете борьбы с подделками — приветствовала бы официальный выход Nintendo на российский рынок. Пока же Sega через двух посредников — Nissho Iwai и "Форрус" — ведет борьбу за дилеров только со Steepler, а борьбу за потребителя — в основном с Dendy и тайваньскими копиями собственной продукции.
       Steepler сейчас безусловно сильнее, и там считают, что Dendy продержится на российском рынке еще 2-3 года. Позволим себе усомниться в этом. Как известно, потребительские качества игровых приставок в первую очередь определяются разрядностью микропроцессора, составляющего их основу. 8-разрядные (8-битовые) приставки в мире считаются уже устаревшими: подавляющая часть продаж сейчас приходится на 16-битовые; к концу года в массовую продажу рядом фирм будут выпущены 32-битовые приставки, а в будущем году — 64-битовые. К этому моменту 8-битовая Dendy отстанет уже не на поколение — на целых три.
       Вся эта ситуация сильно напоминает двухлетней давности события на компьютерном рынке. 286-му компьютеру когда-то тоже прочили в России долгую рыночную жизнь. Однако когда его цена почти сравнялась с ценой 386-го, на которую, в свою очередь, давил 486-й, старому доброму 286-му пришлось отступить. Окончательно добили его программисты, работавшие с сознанием того факта, что выпуск 286-х в цивилизованных странах уже прекратился.
       При всей условности аналогий вряд ли можно пророчить Dendy иную, чем у 286-го компьютера судьбу. Трудно ожидать, что кто-либо в мире будет продолжать разработку новых игр, годных для быстро устаревающего Dendy. К тому же с появлением нового поколения товара вынужденно снижается цена на старое, а у нее есть нижний предел. Вероятно, что с Dendy может быть покончено уже в будущем году, и тогда со всей уверенностью можно утверждать, что рынок, созданный Dendy, быстро заселят другие персонажи.
       
Steepler и "Форрус" на российском рынке видеоигр (цены — примерные)
       У Steepler на сегодняшний день 11 дилеров в Москве и 48 — в регионах; Steepler продает Dendy (8-бит.) за $30-35, скидка дилерам — 15%; 16-битовые Sega Mega Drive 2 от Steepler (которые, по утверждению компании, настоящие, неподдельные, сделаны в Японии и ввезены в Россию в порядке законного "серого рынка") стоят в розницу $135, скидка дилерам — 25%. Steepler продает, кроме того, тайваньскую подделку Mega Drive 2 за $91. Розничные цены на картриджи (зависят от количества содержащихся на них игр) — $5-20.
       У "Форруса" — 25 дилеров, все в Москве; фирма торгует только через дилеров, которые покупают 8-битовые Sega Master System 2 за $56 и продают в розницу по $68-73. Sega Mega Drive 2 обходится дилерам "Форруса" в $119, продается за $135-145. Розничные цены на картриджи у дилеров "Форруса" — $25-100.
       
       ДМИТРИЙ Ъ-ЛЮДМИРСКИЙ, АЛЕКСЕЙ Ъ-ТЕТЕРУКОВСКИЙ
       

Комментарии
Профиль пользователя