Коротко

Новости

Подробно

Гаагский Хилтон

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 36

На этой неделе перед Международным трибуналом по бывшей Югославии выступит один из самых знаменитых обвиняемых — бывший лидер боснийских сербов Радован Караджич. Недовольство трибуналом он выразил уже не раз. Зато на условия содержания вряд ли найдет повод пожаловаться.


"Как-то мы шли по коридору... и услышали смех в одной из комнат... Оказалось, это группа заключенных устроила вечеринку для одного из сокамерников, освобожденных по приговору суда,— боснийского мусульманина. Заглянув в комнату, я увидел среди собравшихся Слободана Милошевича. Он сидел с куском торта в руках и о чем-то весело разговаривал с боснийцем, против которого были выдвинуты обвинения в массовых убийствах сербов". Это одно из самых ярких воспоминаний журналиста американского электронного журнала Slate от посещения тюрьмы под Гаагой, в которой до вступления приговора в силу находятся все обвиняемые Международным трибуналом по бывшей Югославии. Центр заключения, созданный по решению ООН, находится на территории одной из голландских тюрем. От всех тюрем мира он отличается особым отношением к заключенным.

Тюрьма с окнами на море


Для подсудимых Гаагского трибунала ООН выбрала одну из самых известных и старейших тюрем Голландии. Тюремное заведение Хаахланден в гаагском пригороде Схевенинген было построено в начале прошлого века. Во время второй мировой войны Хаахланден получил известность во всей Голландии: здесь располагалась одна из главных тюрем СС, в которой содержались бойцы голландского Сопротивления.

Впрочем, руководство Международного трибунала выбирало тюрьму вовсе не по историческим соображениям. Просто из всех голландских тюрем она расположена ближе всего к зданию Международного трибунала. Трибунал получил в свое распоряжение одно из тюремных зданий, расположенных на территории комплекса Хаахланден, и переоборудовал его в соответствии с собственными представлениями о том, как должна выглядеть гуманная тюрьма. Тем более для людей, которые в соответствии с законом еще не являются преступниками.

В соответствии с правилами тюрьмы каждому заключенному положена одноместная камера с удобствами — большое окно, санузел, душевая кабина, кровать, письменный стол, телевизор, настроенный на прием в том числе и передач балканских телеканалов, кофеварка, компьютер (без подсоединения к интернету). Часть камер расположена окнами на море, и заключенные имеют возможность любоваться морскими видами, которые кроме них доступны лишь жителям и отдыхающим Схевенингена — одного из дорогих пригородов Гааги.

Двери камер открыты минимум 10 часов в день. Один час заключенные проводят на свежем воздухе. До вечера они имеют полное право ходить по своему этажу, разговаривать с товарищами по несчастью, проводить досуг так, как они того пожелают. "Мы необычная тюрьма, и наши заключенные необычные люди,— говорит один из работников тюрьмы.— Самое жуткое для них — это отсутствие какой бы то ни было деятельности. Мы постарались сделать так, чтобы у них была возможность занять себя".

Пребывание одного заключенного в схевенингенской тюрьме обходится ООН примерно в €300 в день. На эти деньги обеспечиваются не только прекрасные условия проживания, но и масса кружков по интересам, которые работают в тюрьме. Почти все заключенные, по словам сотрудников, посещают занятия по английскому языку. Кроме того, популярны спорт и кулинария. В тюрьме есть собственный спортзал, оборудованный новейшими тренажерами, а на каждом этаже есть гостиная с кухней, которые, как и спортзал, никогда не пустуют. Как говорил один из бывших заключенных, почти все свои карманные деньги (€3 в день) они тратили на покупку разнообразных продуктов на рынках, которую они делали через тюремщиков. Затем устраивались настоящие кулинарные поединки.

Что же до прочих удобств, то это комнаты для конфиденциальных встреч, в частности, с адвокатами. У них прозрачные стены, но охранники, наблюдающие за происходящим, не могут слышать разговор собеседников. Есть и несколько комнат для семейных встреч, которые, как выразилась одна из сотрудниц трибунала, "совершенно изолированы и ограждены от какого бы то ни было контроля со стороны". Главное удобство этих комнат — двуспальная кровать и двойная душевая кабина.

За время существования тюрьмы несколько заключенных совершили самоубийства. Однако (и это особая гордость тюремного начальства) не было ни одного случая насилия среди заключенных или каких бы то ни было ссор, кроме сугубо бытовых. И это при том, что в тюрьме нет разделения по национальному или религиозному признаку. На одном этаже могут сидеть серб, обвиняемый в массовых убийствах мусульман, и босниец, обвиняемый в военных преступлениях против сербов.

Тюрьма дружбы народов


Так, разумеется, было не всегда. Поначалу, когда тюрьма только начала принимать первых заключенных, они почти все свое время проводили в одиночном заключении. Практики открытых дверей не существовало, а представители разных национальностей находились на разных этажах, чтобы избежать столкновений. Однако позже тюремное начальство решило, что такая политика не оправдывает себя. В конце концов, заключенные, в чем бы они ни обвинялись, оставались невиновными до приговора суда. Тогда и были придуманы все новшества.

Максимально ослабив режим содержания и перемешав заключенных, тюремное начальство добилось того, что несколько сот человек, кажется, забыли о взаимных обидах. Покойный Слободан Милошевич, сидящий с чашкой чая и тортом за одним столом с человеком, которого на свободе считал врагом,— лишь один, да и то не самый яркий пример настоящей тюремной дружбы. "Я не знаю, что они делали бы на свободе, но здесь они ведут себя как добрые соседи и единомышленники. У них общий враг — трибунал и мы",— говорит один из сотрудников тюрьмы.

Настоящей сенсацией в свое время стало выступление одного из самых одиозных заключенных сербов в качестве свидетеля защиты не менее одиозного подсудимого-мусульманина. Эсад Ланджо по прозвищу Зенга был надзирателем в одном из самых жутких концлагерей, созданных боснийцами для пленных сербов,— Челебичи. За свои преступления — пытки и убийства заключенных — Ланджо был приговорен к 15 годам тюрьмы, которые сейчас отбывает в Финляндии. Одним из свидетелей защиты на процессе по делу Ланджо был его приятель по тюрьме Горан Елисич по прозвищу Сербский Адольф — начальник сербского концлагеря для мусульман в городе Лука. Он прославился не только своей жестокостью, но и цинизмом. В интервью журналистам он рассказывал, что "любит убивать мусульман перед завтраком". Тем не менее на процессе по делу мусульманина Ланджо он выступил с рассказом о том, что Ланджо — отличный товарищ, всегда готовый помочь и ему, и другим заключенным. В общем, человек, заслуживающий всяческого снисхождения.

Тюрьма остается тюрьмой


Разумеется, довольны пребыванием в тюрьме остаются далеко не все. В камерах нет решеток, зато есть окна, которые невозможно открыть. Одна из бывших постоялиц "Гаагского Хилтона" соратница Радована Караджича Биляна Плавшич вспоминала об отвратительном воздухе в тюрьме. Другие рассказывали, как они все вместе добивались тех благ, которые сейчас администрация трибунала расписывает на своем интернет-сайте. "У нас не было газет, не было телевидения, врачи приходили раз в неделю, и не было никакой возможности вызвать их в другое время. Теперь у нас есть сербские, хорватские и боснийские газеты, мы смотрим наше телевидение, а врач появляется уже через минуту. Всего этого мы добились массовыми акциями протеста — голодовками или угрозами голодовок. В них принимали участие все независимо от национальности",— говорит один из бывших заключенных международной тюрьмы.

На территории тюрьмы Хаахланден расположена еще одна международная тюрьма — центр заключения Международного уголовного суда, в котором содержатся некоторые африканские обвиняемые, в том числе бывший президент Либерии Чарльз Тейлор. Он через своих адвокатов жалуется на то, что европейская еда, которой его кормят, совершенно отвратительна на африканский вкус. Сотрудники тюрьмы отвечают, что он и сам может готовить для себя, если захочет, но Тейлор считает, что это дело тюремщиков.

По словам одного из сотрудников тюрьмы трибунала по бывшей Югославии, самое трудное для многих ее заключенных — это покинуть ее: "Я не хочу сказать, что условия у нас такие, что люди, уходя от нас, тут же начинают по нам скучать. Разумеется, нет. Те, кто выходит на свободу, вряд ли вспомнят нас слишком добрым словом. Но есть и другая категория, которая, наверное, нашла бы, что сказать в нашу пользу".

В соответствии с уставом трибунала в гаагской тюрьме обвиняемые находятся только во время суда. После вступления приговора в силу заключенный переводится для отбытия наказания в одну из стран, с которыми у трибунала подписано соответствующее соглашение. Кроме самой Голландии, Финляндии, Испании и Британии это Украина и сами балканские страны. И с какой бы тюремной системой заключенные ни сравнивали "Гаагский Хилтон", сравнение всегда будет в пользу последнего. "Возможно, там условия лучше. Но скорее дело в том, что там еще не настоящая тюрьма, а предвариловка,— говорит осужденный, отбывающий сейчас пожизненный срок в одной из европейских тюрем.— И пока ты там, всегда остается надежда выйти свободным".

АЛЕКСАНДР ИЗЮМОВ


Комментарии
Профиль пользователя