Активное развитие малого и среднего бизнеса является одной из последних надежд идеологов российского капитализма. Растущее разочарование в первых итогах "большой приватизации" породило скептическое отношение к реформе сложившейся в предшествующий исторический период структуры собственности. Подобные настроения создают атмосферу, в которой идея национализации, неожиданно на рубеже 1994-1995 гг. приковавшая к себе внимание, уже не выглядит столь одиозной, как год назад.
В этих условиях опыт динамичного малого предпринимательства, кажется, еще может служить вдохновляющим примером для адептов рыночной экономики. Начиналось все с кооперативов по выпуску бижутерии, а сегодня в малом бизнесе действуют предприятия различных направлений, доказавшие свою конкурентоспособность и в суровых условиях российского рынка. Быстро реагируя на изменения рыночной ситуации, малый бизнес доказал свою способность выживать при любых шараханиях экономической политики в стране. Именно поэтому после опубликования 24 января программы государственной поддержки малого предпринимательства в Свердловской области на 1995-1996 годы корреспонденты Ъ ВИКТОР СМИРНОВ и ИРИНА ПЕРЕЧНЕВА постарались ответить на вопрос о том, что представляет собой частный бизнес в их регионе. Единственный вопрос, на который у них не нашлось ответа, состоит в следующем: зачем государству помогать малому бизнесу, если он успешно развивается и без его участия?
Ab ovo
История легального постсоветского частного предпринимательства в Свердловской области начинается с 1987 года. Первоначально оно существовало преимущественно в таких формах, как кооперативы в строительстве, бытовом обслуживании, производстве товаров народного потребления. С июля 1991 года в связи с изменениями законодательной базы открылась возможность создания сети малых предприятий, пользующихся льготами в налогообложении и рядом иных льгот, о которых писать сейчас уже не имеет смысла. Малые предприятия в то кажущееся сейчас далеким время развивались преимущественно в форме товариществ с ограниченной ответственностью (57%) и индивидуальных частных предприятий (17%), которые создавались при крупных промышленных предприятиях, строительных организациях, в науке и научном обслуживании. Торговля и посреднические операции, бывшие знаменем раннего этапа развития предпринимательства, являлись основным видом деятельности 22% предприятий. Мощным стимулом для их развития, как все мы помним, стала возможность привлечения и обналичивания уже имевшихся к тому моменту средств.
Факты без комментариев
А теперь немного свежей статистики. По данным областной администрации, удельный вес малого предпринимательства в хозяйственном комплексе области ежегодно увеличивается в 1,5-2 раза, достигнув к концу 1994 года по объемам товарооборота и прибыли соответственно 2 и 5% от суммарных показателей по региону в целом. В сфере малого предпринимательства занято на постоянной основе более 100 тысяч человек и, кроме того, 150 тысяч человек — по совместительству и договорам подряда. Доля основных работников малого предпринимательства — 5,5% от среднесписочной численности занятых в экономике области.
Малые предприятия обычно многопрофильны. Торгово-посреднические операции — вторичная деятельность — часто перекрывают стоимостные результаты основной деятельности. Из общего числа малых предприятий 29% действуют в сфере торговли и общепита, 21% — в строительстве, 20,5% — в промышленности, 8,5% — в науке, 2,5% занимаются общекоммерческой деятельностью.
Эти результаты областные власти предпочитают представлять как результат государственной политики, проводимой на федеральном и на местном уровне.
Государство и мелкий бизнес: кто кому помогает, в конечном итоге неясно
Роль государства в формировании условий деятельности малого и среднего бизнеса в рыночной экономике до сих пор активно обсуждается. Развитие законодательной базы, помощь при концентрации средств и накоплении начального капитала, прямое государственное финансирование проектов, подготовка кадров — все это, казалось бы, подтверждает тезис о решающем влиянии, которое оказывает государство на развитие малого предпринимательства. С другой стороны, скептики, указывая на примеры как развивающихся, так и развитых стран, утверждают, что вне зависимости от государственной опеки, драконовского или щадящего налогообложения, поощрения или ограничения мелкий частный бизнес развивается достаточно динамично, лишь варьируя темпы своего роста. В крайнем случае, он меняет свой статус с легального на нелегальный, но в принципе мелкий бизнес непобедим.
В России, однако, свои проблемы. Отсутствие крупного легального частного капитала, способного профинансировать частные проекты на начальном этапе развития предпринимательства, привело к изначальной ориентации малого бизнеса на государство как на источник средств. Сегодня основной формой поддержки малого бизнеса стало льготное кредитование проектов на средства областного бюджета (через Центр содействия предпринимательству) и Фонда занятости. В 1992-1994 годах центр выдал более 230 кредитов на общую сумму свыше 3 миллиардов рублей.
По мнению экспертов из АО "Инвестиционные решения", недостаток такой схемы поддержки заключается в том, что эта структура создана по инициативе администрации, и ее приоритеты основываются на предпочтениях государства. Кроме того, эта схема не предполагает вовлечения в сферу малого бизнеса частного капитала. Как показывает практика, одной из ключевых проблем для действительно самостоятельных представителей частного бизнеса является получение гарантий при предоставлении кредита. В этом смысле, по мнению экспертов, самым актуальным является формирование регионального залогового фонда для обеспечения таких гарантий. Направление госсредств на его создание может считаться лучшим шагом для создания благоприятного инвестиционного климата.
Второй источник льготных кредитов — Фонд занятости — распределяет свои средства через управления занятости, эффективность которых в поддержке деловых проектов ставилась под сомнение даже на федеральном уровне. Возможно, поэтому в прошлом году городское управление профинансировало лишь один проект. Связано это не только с недостатком бюджетных средств или чисто бюрократическими опасениями. Часто клиенты этой структуры не могут позволить профинансировать составление бизнес-планов и инвестиционных проектов. А бесплатных консультационных фирм пока нет. Это, пожалуй, вторая по значимости проблема для мелких фирм, только начинающих приобретать знания о современных методах ведения бизнеса.
Некоммерческие организации: деньги есть — закона нет
Представители уральских предпринимательских объединений настаивают на том, что в рыночных условиях поддержка малого бизнеса должна иметь достаточно четкую структуру. По мнению местных экспертов, на государственном уровне следует определять лишь приоритеты политики по отношению к малому предпринимательству. Сама же поддержка должна идти через некоммерческие организации, созданные по отраслевому признаку. В числе подобных образований называется Екатеринбургская палата товаропроизводителей. Следует, однако, отметить, что закон о некоммерческих организациях так до сих пор и не принят Федеральным собранием и уже больше года дожидается своей очереди в Государственной думе.
Помимо упомянутой палаты, в Свердловской области действуют Ассоциация малого бизнеса, Американский центр предпринимательства, Уральская ассоциация деловых женщин, есть и более экзотические образования, одни названия которых внушают большие подозрения. Тем не менее, по мнению экспертов указанных организаций, подобные структуры негосударственного происхождения представляются "более прогрессивной формой, чем государственные". Они самостоятельны, саморегулируемы — и, если не будут выполнять своих функций, распадутся. Правда, только в том случае, если они действительно представляют из себя более или менее массовые объединения, а не являются креатурой агрессивных финансовых структур.
Местная специфика и региональные приоритеты
По мнению экспертов из АО "Инвестиционные решения", региональные особенности малого бизнеса на Урале объективно носят двоякий характер. С одной стороны, в условиях одного из старейших промышленных районов существует система крупных предприятий, которым необходим малый бизнес как составная часть его инфраструктуры. Правда, альянс крупных предприятий с малыми в условиях переходного периода чреват в России простой перекачкой финансовых и материальных ресурсов. Недаром огромное число мелких фирм, подвизающихся на выполнении контрактов с крупными промышленными структурами, оказываются на деле созданными руководством этих структур. Существует и другая особенность, также типичная для крупных промышленных регионов: наиболее острой из социальных проблем в области стала безработица, повлекшая необходимость поддержки тех направлений развития, которые связаны с применением свободной рабочей силы.
Увы, мы считаем, что в разработанной областной программе поддержки малого предпринимательства система региональных приоритетов рассматривается лишь номинально. В качестве наиболее важных отраслевых направлений указываются практически все существующие, что в целом отражает методологию, характерную и для федерального уровня. Так, в программе среди приоритетных выдвигаются производство продовольственных товаров, переработка и хранение сельскохозяйственной продукции; разработка и производство ТНП, товаров для физкультуры, спорта и туризма, одежды и обуви для социально уязвимых слоев населения; производство лекарственных препаратов и медтехники; экологически ориентированное предпринимательство; потребительские услуги; производство промстройматериалов и строительная индустрия; инновационная деятельность, разработка и производство новых видов продукции, наукоемких продуктов; формирование областной инфраструктуры малого предпринимательства.
А теперь о действительности. Реально осуществляемые проекты, по данным Екатеринбургской палаты товаропроизводителей, связаны в основном с направлениями, которые ранее назвали бы традиционными: машиностроением, строительством, услугами, швейным и трикотажным производством. Однако в условиях экономического кризиса и стремительного промышленного спада, эпицентром которого являются как раз перечисленные отрасли, реализация подобных проектов по степени напряженности превращается в подобие строительства египетских пирамид. Официальная трактовка, тем не менее, делает акцент на достаточно быстрой ориентации предпринимателей на рынке как потребительских товаров (что производить), так и факторов производства (использование дешевой рабочей силы). Все же приходится признать, что традиционные отрасли в качестве объектов приложения предпринимательского капитала имеют весьма ограниченный потенциал. По-прежнему наиболее привлекательными остаются торговля и экспорт природных ресурсов. Однако участие в этих видах бизнеса, контролируемых в основном крупными (и часто пользующимися активной поддержкой местных властей) структурами, остается для мелких предпринимателей только мечтой. Как аутсайдерам, им остается довольствоваться менее прибыльными и гораздо более рискованными операциями. Тем не менее опыт Свердловской области показывает, что и в таких условиях малый бизнес находит способ выжить в конкурентной борьбе.