Российский «серый» сектор экономики уходит в онлайн. Недобросовестные предприниматели отказываются от наличных в пользу банковских переводов, и часто это мобильный сервис государственного Сбербанка, рассказал агентству Bloomberg управляющий директор финансовой организации Михаил Матовников. Сколько средств ежегодно проходит мимо налоговой и чем рискуют недобросовестные бизнесмены? Об этом — Александр Рассохин и Никита Павлюк-Павлюченко.
Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ / купить фото
Сегодня фразой «киньте деньги на Сбербанк» сильно не удивить: ее можно услышать как в такси, так и в ресторане. С помощью подобных транзакций россияне часто оплачивают услуги репетиторов, нянь и даже аренду квартир. Подозрительные переводы между клиентами Сбербанк в прошлом году оценил в 1 трлн руб. — это десятая часть от всех средств, которые люди перевели с карты на карту. Такие операции легко вычислить, рассказал заместитель главного редактора портала «Банки.ру» Семен Новопрудский: «Обычно речь идет о том, что или какая-то подозрительная активность по количеству платежей, или подозрительная активность в целом для конкретного получателя по сумме платежей, иногда может казаться подозрительным контрагент. Сами банки это публично не проясняют».
Объяснить популярность онлайн-переводов у недобросовестных бизнесменов легко: это удобнее наличных, да и количество активных дебетовых карт Сбербанка в прошлом году перевалило за 90 млн. Независимый банковский аналитик Антон Шабанов предупреждает, что у теневого бизнеса есть определенные риски: «Возможны какие-либо потенциальные штрафы и пени, если потом из банка о такой деятельности будут сообщать в налоговые органы. И, разумеется, риски какой-то потери капитала, если, предположим, сегодня у человека все хорошо, он торгует, ему ежедневно приходит огромное количество денег, а потом Сбербанк берет и блокирует счет. На самом деле уже бывали случаи, когда одни счета блокировали, открывали другие счета на частных лиц, и они продолжали работать. Но вообще банковский сектор ведет разговор с Центральным банком о том, чтобы составлять черный список собственников счетов. Но пока что это жестко де-юре не прописано, это просто воля каждого банка».
У москвички Екатерины есть небольшой бизнес в интернете, она часто получает от клиентов деньги с помощью переводов. Впрочем, у Сбербанка к ней претензий пока не возникало — даже наоборот: «Я держу небольшой магазин, продаю женскую одежду. В основном все деньги мы получаем либо через «Сбербанк Онлайн», либо наличными, но чаще люди просят переводить деньги. У банков ни разу не было никаких вопросов. Единственное — мне звонили и предложили услугу «Сбербанк Премиум» или что-то такое. Может, они смотрят, что у меня часто какие-то большие движения бывают».
По словам специалистов, сейчас у Федеральной налоговой службы нет возможности следить за каждой сомнительной операцией: не хватает ресурсов, да и доступ к конкретному счету служба может получить только с разрешения банка. Но это не значит, что так будет всегда, уверен глава финансовой практики консалтинговой компании Bain & Company в России и СНГ Егор Григоренко: «Идет общегосударственная установка на цифровизацию денежного оборота в экономике. Это, в общем-то, в конечном итоге им тоже выгодно, это создает потенциально прозрачное поле для того, чтобы потом проверять людей там целыми группами. И вот сейчас, чтобы тенденцию на корню не зарубить, наверное, им стоит особо как бы и не дергаться».
С 2016-го по 2017 год размер средств, переведенных с карты на карту, вырос почти на 80%. Он впервые превысил объем платежей в торговых точках: 19 трлн руб. против 16 трлн руб.