Российский рынок нефтесервиса, несмотря на рекордные объемы бурения в последние годы, движется в направлении все более сложной ситуации, считают эксперты KPMG. По их мнению, развитие собственных сервисных подразделений крупных нефтекомпаний, связанных с государством, приводит к снижению цен на свободном рынке и опасному ослаблению существующих игроков. На этом фоне российским нефтесервисным компаниям будет труднее выдержать конкуренцию с китайцами. Активнее всех собственный буровой бизнес сейчас наращивает «Роснефть».
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото
На российском рынке нефтесервиса на фоне роста объемов бурения проявляются опасные тенденции, говорится в исследовании, подготовленном KPMG (есть у “Ъ”). С одной стороны, несмотря на западные санкции, соглашение России и ОПЕК о сокращении добычи и низкие цены на нефть, нефтяные компании с 2014 по 2016 год на 25% нарастили объемы бурения (до 24,7 млн м). Главным образом этому способствовала «Роснефть» (доля 9,1 млн м в эксплуатационном бурении). ЛУКОЙЛ выбивался из общего тренда, сокращая бурение в РФ, но, по информации KPMG, в следующие годы компания собирается бурить больше. В целом темпы роста бурения, по мнению KPMG, будут снижаться — с 12% в 2016 году до 10% в 2017 году и 7% в 2018 году, что в первую очередь связано с заявлениями «Роснефти» о поддержании объемов бурения на уровне «более 10 млн м по году». В нефтекомпаниях, Минэнерго и Минприроды не предоставили комментарии.
С другой стороны, KPMG прогнозирует ухудшение конкуренции и сокращение числа независимых игроков из-за увеличения доли «нефтесервисных компаний, напрямую принадлежащих или аффилированных с нефтегазовыми компаниями». «Это является не следствием конкурентной борьбы, а следствием последовательной стратегии крупнейших нефтяных компаний»,— считают в KPMG. По мнению экспертов, это приводит к ситуации, близкой к монополии покупателя, а «последовательное ценовое давление на подрядчиков приводит к их люмпенизации».
Собственным буровым сервисом из крупных нефтекомпаний располагают «Сургутнефтегаз», «Татнефть» и «Роснефть», которая наиболее активно из российских нефтекомпаний скупала сервисные и добычные активы. В начале 2016 года глава «Роснефти» Игорь Сечин отмечал, что сервисники «стали завышать цены, идя даже на определенный сговор» и «Роснефть» решила развивать собственный сервисный блок. После приобретения контрольного пакета «Башнефти» «Роснефть» также настаивала на снижении цен основного нефтесервисного подрядчика башкирской компании — «Таргина», который в итоге приобрела у АФК «Система» за символические 4 млрд руб., говорили источники “Ъ”.
Еще одним вызовом является конкуренция с китайскими компаниями, которые уже могут «доминировать на низком ценовом сегменте технологического оборудования и активно работать в среднем ценовом сегменте». По мнению экспертов KPMG, привлечение китайских инвестиций в углеводородный сектор «рано или поздно приведет к тому, что китайские нефтяные компании приведут собственных подрядчиков». Наиболее активно китайских партнеров привлекает в свои месторождения «Роснефть», также китайская CNPC участвует в проекте НОВАТЭКА «Ямал СПГ». Впрочем, источник “Ъ” в одном из крупных нефтесервисных подрядчиков говорит, что больше всего у китайцев покупают отдельные виды бурового оборудования, конкурентного по цене. Положение китайских нефтесервисников нельзя назвать доминирующим, «они развиты в основном там, где у китайцев есть доля в месторождениях», отмечает собеседник “Ъ”.
Старший аналитик энергоцентра бизнес-школы «Сколково» Артем Малов считает, что «преимущества китайских сервисных компаний заключаются в неудовлетворительном состоянии российского нефтесервиса, приемлемой цене и качестве (которое продолжает улучшаться), ресурсной базе (многие западные компании производят оборудование в Китае и лишь программное обеспечение делают сами), а также географическом положении».