30 июля на фестивале «Пикник “Афиши”» выступит один из самых ярких молодых артистов последних лет — прошлогодний лауреат престижной британской премии Mercury Prize БЕНДЖАМИН КЛЕМЕНТИН. Во время летнего тура музыкант нашел время ответить на несколько вопросов БОРИСА БАРАБАНОВА.
Фото: Reuters
— Бенджамин, вы англичанин, но многие важные события вашей карьеры произошли во Франции, а теперь вы гастролируете по всему миру. В какой стране вы проводите больше всего времени?
— Я бы сказал, поровну в США и Великобритании. Вот сейчас, например, я в Лондоне.
— Не могу не спросить о том, как вы отнеслись к Brexit?
— Большая часть тех, кто меня окружает, разочарованы. И главный урок, который мы вынесли из этой истории: в следующий раз, когда нас будут призывать принять участие в выборах или референдуме, надо идти и голосовать. В том, чтобы остаться с Европой или уйти, были свои за и против. Но лично мне очень грустно. Я переехал в Париж, когда был еще очень молод. И вот если бы такое решение я принял сейчас, мне, например, пришлось бы оформлять визу. Это требует очень много времени. Но я понимаю и то, что люди, голосовавшие за выход из ЕС, просто напуганы. Они перегружены информацией о международном терроризме. Поэтому они приняли самое простое решение. Я надеюсь, что из этой ситуации все же найдется какой-то выход.
— В Москве в последнее время много обсуждают деятельность уличных музыкантов. С одной стороны, им выделяют места в метро и парках. С другой — полиция совершенно спокойно может забрать их в участок, отобрать инструменты. Ваша карьера музыканта началась на улицах Парижа. Как вы считаете, работу уличных музыкантов нужно как-то контролировать, регулировать?
— Я сразу могу сказать, это нонсенс. Каждый имеет право самовыражаться. Когда я играл в Париже, я, конечно, получил большой опыт контактов с полицией. Что они от меня хотели? Чтобы при мне было удостоверение личности. Они говорили: «Иди, возьми паспорт, возвращайся и играй». Я отказывался. Случалось, и в участок забирали, и не раз. Но в какой-то момент они поняли, что вот я сижу, пою, и от меня нет никаких неприятностей. Потом они как-то даже полюбили мои песни. И мы в общем-то даже подружились. Еще раз скажу: самовыражение любыми способами это неотъемлемое право каждого. В этом не должно быть никакого регламента, никаких правил. Главное, чтобы вы не причиняли вред окружающим. В искусстве вообще не должно быть никаких правил. Там, где начинаются правила, искусство заканчивается.
— Скажите, что в большей степени стимулирует вас, как автора песен: ваша фантазия или реальная жизнь с ее конфликтами и разочарованиями?
— Искру высекает все же реальная жизнь. И все чаще сюжеты дарят средства массовой информации. А в них с каждым днем все больше плохих новостей. Но при этом ты можешь просто идти по улице и увидеть нечто, из чего вполне может родиться сюжет песни. Так что мой главный источник вдохновения — жизнь во всем ее многообразии. Но помимо той реальной истории, которая ложится в основу песни, есть нечто, что находится за рамками этого сюжета. Мне интересно играть словами. Кстати, насколько я могу судить, русская музыка очень сильно привязана к слову. Я стараюсь обращать внимание на то, что происходит за пределами англоязычной песенной культуры. Мы все же очень ограничены рамками нашей песенной традиции. И я рад, что иногда в моих песнях все же проявляется влияние других культур.
— У вас очень напряженное гастрольное расписание. Вы летите в Москву из Вашингтона, выходите на сцену, едва оправившись от джетлага, а на следующий день у вас концерт в Одессе. Как удается оставаться в хорошей концертной форме с таким сумасшедшим графиком?
— Ответ: люди. Моя публика. Только люди, которые хотят слышать мои песни, заставляют меня работать в таком ритме. Я действительно мог бы запереться в своей квартирке и играть для себя и своих близких друзей. Но я знаю, что мои песни нужны кому-то еще.
— В Москве вы будете на сцене в одиночестве? Или добавите струнные, как это происходит в некоторых городах?
— Вероятно, со мной будет струнная секция на сцене. Но, честно говоря, я еще не занимался этим вопросом. И в любом случае я стараюсь сделать так, чтобы один концерт отличался от другого. Так что окончательную картину того, что будет на сцене, мы с вами увидим уже на концерте.