Вклад в будущее
Натела Поцхверия о премии Hublot Design Prize
"Пришло время отдавать и делиться",— начинает свою вступительную речь Жан-Клод Бивер, глава Hublot и часового направления LVMH (и, пожалуй, самый эффективный менеджер мира люкса сегодня). Мы в Токио, в Музее современного искусства. И через несколько минут здесь объявят имя победителя первой премии Hublot Design Prize — один из пяти молодых и безусловно талантливых дизайнеров получит всеобщее признание и чек на круглую сумму.
Премию Hublot Design Prize учредили в начале этого года, чтобы отпраздновать десятилетие революционной модели Big Bang. Именно с нее начинается новейшая успешная история часовой мануфактуры Hublot. И именно Жан-Клод Бивер, придя в компанию десять лет назад, решил полностью изменить подход к созданию часов и поставил дизайн во главу угла — так появился Big Bang. Ровно через десять лет, в 2015 году, был сделан абсолютно логичный и закономерный шаг — учреждена премия Hublot в области дизайна.
Именитые члены жюри, среди которых дизайнер, предприниматель, наследник империи Fiat, бонвиван Лапо Элканн, меценат и коллекционер, ректор Университета искусств Лозанны Пьер Келлер и другие не менее уважаемые в мире дизайна люди, спорили до хрипоты о том, кто войдет в шорт-лист премии. В финале оказались пять участников. Дизайнер мебели и предметов интерьера Бетан Лора Вуд из Англии, чьи работы всегда отличаются интересными цветовыми сочетаниями. Трио Big Game из Швейцарии, чья мебель, по их собственному признанию, проста, практична и оптимистична, а в списке клиентов и партнеров известные производители мебели и дизайн-гуру Muji и Hay. Исландско-швейцарский дизайнер Brynjar (или художник — члены жюри сами затрудняются ответить, к какой категории отнести участника) — его работы как будто пересказывают древние исландские эпосы, сочетая в себе все возможные формы самовыражения — от фотографии и видео до скульптур и звуковых форм. Итальянец Федерико Санта-Мария и его дизайн-проекты яхт и вообще всего, что может курсировать по морю. И Даниэль Рибаккен — дизайнер, который гениально работает с источниками естественного и искусственного света.
Пять участников — и только один главный приз. Лично я болела за Даниэля Рибаккена, потому что его световые инсталляции оказались невероятно близки мне (может, дело в том, что мое имя с грузинского переводится как "светлый"). Жюри меня не разочаровало. Главный приз разделили на двоих — Даниэль и команда Big Game получили по 50 тыс. швейцарских франков. Бриньяр получил специальный приз, и казалось, госпожа Вуд и синьор Санта-Мария остаются не у дел, но тут на сцену вышел месье Бивер и сообщил, что учреждает собственный GCB Prize, который вручает этим двоим прямо сейчас. "Извините, чека нет, но если я что-то обещаю, то всегда это выполняю",— заверил победителей господин Бивер.
Во время интервью господин Бивер объяснил мне свою мотивацию: "Я убежден, что жизнь делится на три части — по тридцать лет каждая. В первой половине ты занят тем, что взрослеешь и ставишь цели, с тридцати до шестидесяти ты эти цели воплощаешь, строишь карьеру, а в шестьдесят — самое время подумать о том, чтобы возвращать и отдавать. Когда я умру, я буду голым. Возможно, на меня наденут рубашку, но уж точно не смогут передать кому-то мои знания и умения, мою любовь и ошибки. Если я умру так, что не успею никому передать свои знания, то зачем я тогда вообще жил? Поэтому мы решили, что самое время учреждать премию в области дизайна. Hublot — это дизайн. И дать молодому и перспективному дизайнеру подспорье, чтобы продвинуть себя,— что может быть лучше?"
"Мы наконец-то сможем переехать в студию побольше!" — радуется Эльрик Пети из Big Game. 50 тыс. франков — серьезная сумма для начинающих. А в будущем, может, их пригласят, например, оформить витрины для Hublot. "Ничего нельзя исключать",— смеется Пьер Келлер, председатель жюри.
Вечером был торжественный прием с лотереей (разыгрывались ценные призы — часы, майка с автографом Пеле и так далее), важными японскими гостями и, конечно, музыкой. Первая церемония новой ежегодной премии Hublot Design Prize подошла к концу. "Это только начало",— лукаво добавляет господин Бивер и напоминает, что all we need is love.