Сколько на самом деле стоит нефть

Никто не знает, на каком уровне остановится падение цен на нефть, когда и насколько она опять подорожает, если это вообще случится. Но пока главная цена России высока настолько, что вряд ли стоит ждать перемен в экономической политике.

Фото: Hasan Jamali, AP

МАКСИМ КВАША

На прошлой неделе цены на нефть опускались ниже $83 за баррель. Не исключено, что отметка $80 падет до того, как номер "Денег" дойдет до читателей. С учетом того что еще четыре месяца назад Brent стоила $115, динамика пугающая. Разговоры же про то ли надвигающийся, то ли уже идущий кризис — все настойчивее.

Что в каком-то смысле удивительно. Ведь нынешние цены на углеводороды, даже несмотря на очевидную просадку, правительственным чиновникам 1990-х и первой половины 2000-х могли присниться разве что в самых сладких снах. По тем меркам на Россию льется нескончаемый золотой дождь.

Надо, конечно, аккуратно сравнивать: например, из-за инфляции в США в долларе 2014 года — 69 центов 1998-го. Проще всего взять ежегодный доклад BP, его аналитики пересчитали цены на нефть с 1860 года в долларах 2013-го (для простоты их можно считать нынешними, погрешность мизерная).

Так вот, в сегодняшних долларах за последние 150 лет нефть стоила больше $85 считаные разы. В 1864-1865 годах — тогда керосин научились использовать не только в медицинских целях, но и для освещения. В 1979-1981 годах — спасибо исламской революции в Иране. Брежневский СССР тогда потерял чувство реальности, ощутил себя настоящей сверхдержавой, вторгся в Афганистан, чуть не развязал Третью мировую войну и, как известно, неважно кончил. Ну и уже в последние годы — с 2008-го по 2014-й (за вычетом 2009-го, когда среднегодовая цена составила всего $67 по нынешнему курсу).

Можно еще сравнить, сколько нефть стоила в разные кризисные для России времена. 1986 год — $14,5 в тогдашних ценах, $30,7 в нынешних. Это, впрочем, было ровно вдвое меньше, чем в 1985-м, что и потянуло за собой перестройку и прочие позднесоветские эксперименты на людях. 1992-й — $19,3 и $32 соответственно. Ничего ужасного, кстати, если бы не одно печальное обстоятельство: нефтяные доходы тех лет растворялись почти бесследно. 1998-й — $12,7 и $18,2. Это, конечно, была настоящая беда, особенно на фоне хронической неспособности тогдашних властей собирать налоги. 2008-й — $97,3 и $105,2 (еще раз напомним, что речь идет о среднегодовых ценах). Тот кризис, в сущности, не был связан с нефтью, имелись две настоящие проблемы: перегрев экономики (который правительственные эксперты старательно замалчивали) и внезапная остановка (sudden stop) внешнего финансирования, отчасти связанная с ипотечным кризисом в США, а отчасти — с событиями в Грузии.

Вспомним и то, что для России низкие цены на нефть обычно означают попытки серьезных реформ. 1992 год — реформы Гайдара, захлебнувшиеся в болоте советской инерции. 1998-1999 годы — правительство Примакова с, вероятно, самой успешной и одновременно недооцененной реформой — стабилизацией бюджетной политики. А затем еще и начало 2000-х, когда правительство Касьянова хотя бы отчасти реализовало относительно либеральную программу Грефа. 2009-2010 годы — после шока второй половины 2008-го правительство Путина в очередной раз пытается улучшить качество делового климата.

Напрашивается промежуточный вывод: шансов на радикальные реформы сейчас нет. Цены на нефть слишком высоки, властям слишком легко заменять решение долгосрочных проблем подачками, пусть и в грандиозных масштабах. А если, например, будет $60? В долларах 1998 года это $41,5 — при таких ценах Кириенко и сейчас был бы премьером.

Разумеется, это чрезмерное упрощение: попытка изменить перераспределение нефтяной ренты чревата бурлением элит, беспокойством масс и вообще серьезным шоком для экономического и социального устройства страны. Между прочим, примерно столь же непредсказуемым, сколь и собственно виновница торжества — цена на нефть. "Деньги" не устают повторять: в этих уравнениях слишком много неизвестных ("Скачки на нефтяных бочках", kommersant.ru/doc/1629391): технологии (сланцевая и глубоководная добыча, не говоря уже о локальных прорывах), политика (вечный блеф ОПЕК, возвращение Ирана на рынок, быстрое возобновление добычи в Ливии), экономика (выход США из политики количественного смягчения, риск замедления КНР и очередной рецессии в Европе).

А еще периодически появляются сообщения, дескать, на подходе почти неисчерпаемый источник энергии. Совпадение или нет, но на прошлой неделе американская корпорация The Lockheed Martin сообщила, что ее команда может создать компактный термоядерный реактор. Якобы 60 лет усилий ученых и инженеров всего мира наконец принесли плоды. Если так, то году к 2030-му сфера применения нефтепродуктов может опять сузиться до медицины и производства косметики.

Вся лента