Цена вопроса

Дмитрий Поликанов, вице-президент ПИР-Центра

Политический кризис в Афганистане обрел мирную развязку. Пока это самое большое достижение западных стран в этой стране. Несмотря на противоречия между кандидатами, сложную процедуру пересчета голосов, все завершилось демократично — без стрельбы и кровопролития. Что ждать соседям от афганского тандема в дальнейшем?

Соглашение о разделе полномочий не стало бы явью без сильнейшего давления Запада. Что неудивительно: для него афганский сюжет — абсолютно имиджевая история. После 13 лет "борьбы с терроризмом" важно показать избирателям и мировому сообществу, что все это было не зря. Афганистан должен был стать центральной темой саммита НАТО в Уэльсе, но из-за политического кризиса этот вопрос повестки оказался скомканным. Именно поэтому Джон Керри ставил ультиматумы афганским кандидатам в президенты, силой загоняя их на переговоры.

Следующий предмет для такого "выкручивания рук" — это соглашение о статусе сил НАТО и соглашение о безопасности с США. До конца года остается совсем мало времени, основания для пребывания иностранных контингентов не остается.

Ситуация же в целом остается тревожной. Афганские силы безопасности подготовлены лучше, чем раньше, но с натиском талибов им в одиночку не справиться. Если учесть, что совсем рядом поджимает "Исламское государство", то намечается уже целая дуга нестабильности. Никто не отменял наркоугрозу, достойный заслон которой также не появился.

Новым руководителям Афганистана вроде бы с руки подписать соглашение поскорее, чтобы обеспечить собственную безопасность с помощью западной поддержки. Но с другой стороны, они оба легитимно избранные, опираются на большинство населения (ибо выборы все-таки в большей части районов страны прошли), а посему выступать в качестве марионеток иностранных сил, подобно Карзаю, им ни к чему. Да и Карзай, как известно, в последние годы отличался специальной антизападной риторикой, стремясь поправить свою репутацию в глазах народа.

Кроме того, не совсем понятно, что будет с тандемом. Одно дело — соглашение о разделении власти, другое — его имплементация. Не захочет ли кто-то из политиков для усиления своих позиций обратиться за помощью к тому же "Талибану"? Поговаривают, что нынешний президент талибов не чурается.

Как будет работать тандем с точки зрения внешней политики? Будет ли это какая-то единожды согласованная линия или постоянный поиск компромиссов и откладывание решений? Где гарантии того, что внешние игроки не будут играть на принципе "разделяй и властвуй", что было бы самым естественным желанием в данном положении?

Россия соглашение одобрила, но как на практике будет выстраиваться диалог, не очень понятно. Политическая культура России и Центральной Азии подразумевает, что есть некий единый центр принятия решений, с которым и нужно договариваться. Для восточных "деспотий" это тоже привычная схема. А тут вдруг два человека со схожими полномочиями.

В общем, пока Афганистан как был, так и остается зоной неизвестности, которая вызывает больше вопросов, чем ответов. Разрешение внутриполитического кризиса ясности, откровенно говоря, не прибавило. Напротив, история остается запутанной, и цена решения афганского вопроса пока не прогнозируема.

Вся лента