• Москва, +21...+31 ясно
    • $ 35.6339 USD
    • 47.8635 EUR

Коротко

Подробно

-->

Про быстрых разумом планктонов

Герой романа Германа Садулаева "Таблетка" живет двойной жизнью — наяву он влачит серое существование менеджера в офисе небольшой конторы, а в ярких снах пребывает среди древних хазар. Анна Наринская пришла к выводу, что хазары нужны герою только для того, чтобы уволиться.


В 2006 году в издательстве Ильи Кормильцева "Ультра.Культура" вышла книга Германа Садулаева "Я — чеченец" — цикл повестей и рассказов о Чечне середины 1990-х, в которой сам Садулаев, родившийся в селе Шали в 1973 году, почти не жил. В 16 лет он уехал из Чечни в Ленинград и живет в этом городе до сих пор. Реакция на сборник была весьма благожелательной — внушительное количество рецензий, номинации на премии, переводы. Но сам Садулаев в интервью трезво характеризовал свой успех лишь как "относительный", основанный во многом на тематике, которую он в дальнейшем развивать не собирается: "Я, наверное, мог бы попытаться тиражировать успех, стать "патентованным чеченцем". Но эксплуатировать эту тему ради славы было бы нечеловеческим кощунством. На такое я неспособен".

Действительно, Садулаев писал с тех пор про другое — и тоже не без относительного успеха: вышедший недавно в издательстве Ad Marginem новый роман "Таблетка" занесен в длинный список премии "Русский "Букер"".

В этом романе показан актуальный типичный герой в актуальных типичных обстоятельствах — представитель офисного планктона. По своему устройству "Таблетка" напоминает голливудские фильмы на эту тему, в частности недавно вышедший на экраны блокбастер "Особо опасен". Это, вероятно, должно указывать на то, что "Таблетка" — в тренде. Она и есть в тренде — своего героя, например, автор рекомендует как "представителя класса, который считается "эталоном дурного вкуса и жизненной неудачи"". Эти трендовые соображения Садулаев излагает в самом начале книги, причем местами не без изящества. Например, он описывает своего менеджера среднего звена читающим книгу про себе подобного — менеджера среднего звена. Ну, книгу скорее не Садулаева, а Минаева — но все-таки. "Иногда он даже покупает и читает книги... Для него же и написано, он же и облит ядовитой слюной презрения: да, я дерьмо, неудачник, соглашается он и продолжает читать". При этом автор ни со своим героем, ни с гипотетическим Минаевым не спорит — он тоже считает, что существование всех этих несчастных менеджеров глубоко бессмысленно, а если они сами этого еще не осознали, так это они просто не задумывались и не заглядывали по-настоящему в глубь себя.

"Таблетка" как раз про то, что может увидеть представитель офисного планктона (конечно, не всякий, а "тонко чувствующий и размышляющий глобально" — и такие бывают), если удосужится заглянуть внутрь себя. Но перед тем как предъявить нам то, что там внутри, Герман Садулаев совершает необходимые ритуально-революционные танцы с подобающими ироническими коленцами: "В душных, тесных и многолюдных офисах, под дрянными кондиционерами или вовсе без таковых, среди крика и гвалта, на падающем Windows, прикованный к телефонной трубке и встроенный в компьютерную сеть как приложение к клавиатуре, он — тот, кто создает экономику, раскручивает прогресс, толкает человечество к долгожданной катастрофе". Дальше — в рамках непременной критики общества потребления: "Он скупает одежду массовых марок, заполняет сети ресторанов, опустошает прилавки супермаркетов". И дальше — в рамках непременной критики вообще всего: "Он верит в Бога, верит в президента, верит в законы, верит в рынок, верит в науку, в Санта-Клауса и зубную фею. Он берет кредиты на квартиру, на машину, расплачивается овердрафтом кредитной карточки даже за йогурт. Тем самым он выдает кредит, кредит доверия экономике, обществу, правительству". И, наконец, пролетарии всех стран соединяйтесь: "Уважайте его, серого, безликого. И радуйтесь его безразличному состоянию. Когда он осознает свои классовые интересы, он перевернет мир, даже не трогая оружия. Все и так в его власти, и, если он, миллионнорукий, согласованно нажмет клавиши Delete на своих компьютерах, вселенная будет стерта".

В "Таблетке", к счастью, до широкомасштабной революции дело не доходит — зато она свершается в отдельно взятой душе главного героя, которого зачем-то зовут Максимус. Он заглядывает внутрь себя и видит там Хазарский каганат и дьявола. Каганат — отдельно, дьявола — отдельно, но это уже детали. Главное — в результате погружения в хазарство и дьявольщину Максимус оставляет должность ведущего специалиста отдела импорта в компании "Холод плюс". То есть перестает быть офисным планктоном. Вот тебе и слава, как говорит Шалтай-Болтай. Правда, тут автор спохватывается и сообщает, что "закончена только внешняя часть истории. А самое главное — впереди". Впереди — около 30 страниц, на которых Максимус раскрывает всемирный хазарский заговор. Это, конечно, здорово — но не работает. Потому что круче того, чтоб уволиться с работы, ничего нет, любые заговоры отдыхают. И даже сомнительно, чтобы простой человек (особенно если он презренный менеджер среднего звена) сам на это решился. Тут, ясное дело, не обошлось без помощи сверхъестественных сил, древних хазар, братства ткачей и дьявола.

Тэги:

Обсудить: (0)

Журнал "Коммерсантъ Власть" №27 от 14.07.2008, стр. 53

Наглядно