«Россия может влиять на общий климат, который позволит Ливану стать более стабильным»

Современная политическая система Ливана строится на основе Национального пакта, заключенного еще в 1943 году этноконфессиональными общинами страны. Согласно договоренности, президентом страны может быть только христианин-маронит, премьер-министром — суннит, а спикером парламента — шиит. Все должности распределяются пропорционально численности той или иной общины. Проблема лишь в том, что последняя перепись населения проводилась в Ливане в 1932 году. Тогда большинство ливанцев было христианами. Соответственно, у президента-маронита был очень широкий круг полномочий, в парламенте также было соотношение в пользу христиан (шесть к пяти). После 1932 года перепись в Ливане не проводили, опасаясь серьезного политического кризиса (по неофициальным оценкам, баланс сил существенно изменился в пользу мусульман). Тем не менее после гражданской войны, шедшей 15 лет, с 1975 по 1990 год, корректировки в политическое устройство все равно пришлось внести. Полномочия президента были ограничены. Согласно поправкам к конституции, он лишь утверждает, а не назначает правительство после консультаций с премьером, а соотношение сил в парламенте между христианами и мусульманами стало 50 на 50. Новые договоренности потребовались и в 2008 году, когда Ливан оказался на грани очередной гражданской войны,— тогда президент получил возможность назначить трех министров в правительстве, чтобы перевеса не было ни у правящей коалиции, ни у оппозиции. Однако это не было закреплено в конституции, и каждый по-своему трактует те или иные договоренности.

Эксперты считают, что политическая система Ливана нежизнеспособна: страна постоянно балансирует на грани гражданской войны и месяцами живет то без правительства, то без президента. Политические элиты не меняются на протяжении десятилетий — страной управляют одни и те же кланы. Последний виток кризиса начался осенью 2019 года, когда на фоне протестов в отставку ушел премьер-министр Саад Харири. Правительство сменившего его Хасана Диаба официально продержалось только полгода и подало в отставку после взрыва в порту Бейрута в августе. Однако министры и премьер с приставкой и. о. все еще остаются на своих местах — согласия по новому правительству нет. Предложенный компромиссный премьер Мустафа Адиб не смог сформировать Кабинет министров. В октябре парламент попросил вернуться Саада Харири, однако у него не получается добиться от президента одобрения предложенного им состава правительства. Сейчас обсуждается идея, что каждая из трех политических коалиций Ливана назначит в правительство по восемь министров. Саад Харири утверждает, что Мишель Аун требует предоставления «блокирующей трети мест» в правительстве христианскому блоку «Сильный Ливан», который возглавляет зять президента Джебран Басиль. Президент Аун это отрицает, в свою очередь, обвиняя Саада Харири в попытке монополизировать политический процесс.

Джебран Басиль родился 21 июня 1970 года в семье ливанских маронитов. В 2015 году сменил генерала Мишеля Ауна, избранного президентом, на посту лидера «Свободного патриотического движения». В 2008–2009 годах был министром телекоммуникаций, в 2009–2014 годах — министром энергетики и водных ресурсов, в 2014–2020 годах возглавлял МИД Ливана. 6 ноября 2020 года управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США ввело против него санкции в рамках «закона Магнитского». По словам занимавшего тогда пост главы Минфина США Стивена Мнучина, Джебран Басиль «связан с коррупцией в политической системе Ливана». В Ливане многие связывают санкции с политическим союзом СПД с шиитским движением «Хезболла». В феврале этого года, ровно через три месяца после введения санкций, представители СПД заявили, что соглашение, заключенное с «Хезболлой» еще в 2006 году, не способствовало реализации проекта государственного строительства и верховенства закона и его нужно пересмотреть.