• Москва, +13....+25 дождь
    • $ 65,08 USD
    • 72,80 EUR

Коротко


Подробно

Фото: Altitude Film Entertainment

Театр в главной роли

"Большой Вавилон" в Центре документального кино

Кино балет

В Центре документального кино состоялась московская премьера полнометражного документального фильма "Большой Вавилон" британского режиссера Ника Рида и продюсера Марка Франкетти о самом драматичном и криминальном сезоне в истории Большого театра. Сенсационную картину посмотрела ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.


Фильм начинается с криминальной телевизионной хроники января 2013-го, когда в лицо художественному руководителю балета Большого Сергею Филину неизвестный злоумышленник выплеснул серную кислоту. Именно после этого прогремевшего на весь мир преступления Ник Рид и Марк Франкетти, уже снявшие "Приговоренных" — документальный фильм о российской тюрьме строгого режима, в которой содержат только убийц, решили делать кино о Большом. Как объяснил продюсер Франкетти корреспонденту "Ъ", рассчитанное не на российского, а на массового западного зрителя.

Большой театр в лице тогдашнего гендиректора Анатолия Иксанова запустил авторов в театральное закулисье. Однако после того как в марте 2013 года следователи арестовали первого солиста Большого Павла Дмитриченко, предполагаемого заказчика преступления, двери театра для съемочной группы закрылись. Вновь распахнулись они только через полгода, когда пост гендиректора занял Владимир Урин, разрешивший документалистам в течение сезона-2013/14 снимать все, что им нужно, и всех, кого хотят, причем совершенно бесплатно и бесконтрольно. Надо сказать, ни один театр мира такого бы не позволил. Даже в самых безмятежных и благополучных труппах газетные интервью с артистами и худруками контролируют пресс-атташе, а уж о том, чтобы лезть с камерами почти на сцену во время спектакля, снимать репетиции или закрытые совещания, речи и подавно быть не может.

Такой открытости не ждали ни создатели, ни тем более западные зрители фильма, считающие, что каждый шаг русских контролирует Кремль. После показа "Большого Вавилона" в узком кругу членов английской BAFTA первый вопрос прозвучал так: "Что сказал по поводу фильма Путин?" И уверения авторов в том, что президент России не только не видел фильма, но и не знал о его съемках, явно не встретили доверия: ведь одной из основных тем фильма стала теснейшая связь Большого с властью, неусыпный контроль и вмешательство в театральные дела высших государственных сановников. Гендиректор Урин в сердцах говорит за кадром, что все в этой стране знают, как надо руководить Большим, рассказывает, что примерно 40% решений ему навязывают,— и тут же в радиоинтервью уверяет, что, если бы не был свободен в своих действиях, не принял бы пост. А председатель исполкома попечительского совета Александр Будберг на камеру говорит о том, как один из вице-премьеров страны полтора часа пытался навязать кандидатуру угодного ему руководителя.

Вторая тема фильма — каково государство, такова и культура — звучит настойчиво, но несколько спекулятивно и бездоказательно. Коррупция, бардак и недоверие русских к любой власти — основные черты сходства. Недоверие бывших коллег почувствовал любимец труппы Сергей Филин, как только перешел из танцовщиков в худруки. Бардачность, правда, опровергается по ходу фильма: продукция театра — качественные спектакли — идет бесперебойно, подкрепленная горьким комментарием артистов: "Что бы ни случилось, мы должны выходить на сцену и улыбаться".

Обвинения в коррупции, внятно прозвучавшие (но ничем не подтвержденные) из уст заказчика покушения Дмитриченко во время судебного процесса, порхающие намеки на то, что карьера в театре делается через постель, Филину приходится опровергать самым унизительным образом. "Я сплю с женой десять лет, а она у меня в кордебалете!" — его ответ похож на отчаянный вопль. Никто не называет конкретных имен, не приводит фактов — так, что-то носится в воздухе, заплетается невидимыми интригами, разносится атмосферными флюидами.

Сергей Филин, инициатор целой серии успешных постановок, осуществивший назревшую смену поколений, первый и единственный из балетных руководителей, открыто выступивший против вседозволенности любимца высоких чиновников Николая Цискаридзе, в фильме выглядит худруком неумным и слабым. Тройной жертвой — покушения, тотального злословия и нового гендиректора, который не упускает случая унизить худрука. Решительный и компетентный Владимир Урин в фильме кажется человеком жестоким и злопамятным: Филина, с которым он работал еще в Музтеатре Станиславского и расстался совсем не полюбовно, он жестко осаживает во время сбора балетной труппы, не давая ему слова; на заседании руководителей театра брезгливо морщится, когда худрук снимает черные очки, демонстрируя ослепший глаз. И хотя создатели "Большого Вавилона" подводят зрителя к мысли, что теперь театр в надежных руках, портрет директора Большого, прессующего калеку, получается вовсе не лестным.

Впрочем, криминальным сюжетом, поединком честолюбий и театрально-государственными проблемами зрителя не допекают. Динамичный монтаж взвинчивает и без того живой ритм повествования, заманчивое закулисье пленяет экзотикой. Крупные планы обливающихся потом "лебедей"; смешные на сторонний слух реплики кордебалетных девушек ("Сегодня меняем ноги"); балеринские ножки, разминающие пуанты; проезды камеры по увешанным костюмами театральным коридорам, обжитым гримеркам, по вагонам метро, в котором балерины, совсем как простые граждане, ездят на работу. И еще — эмоциональные, честные, отважные, часто остроумные комментарии балерин — все это делает "Большой Вавилон" фильмом увлекательным, не без оснований претендующим на серьезный мировой успех.

Несмотря на весьма выразительные портреты, поступки и высказывания действующих лиц, спрессованные из 140 отснятых часов в 85 минут таким образом, чтобы вызвать вполне определенную оценку зрителей, создатели фильма настаивают на собственной объективности. В фильме нет авторского текста, даже фактические ошибки в цитируемых телерепортажах тут не исправлены. Режиссеры считают, что они не должны принимать чью-либо сторону, понимать, кто танцует лучше, кто — хуже, и вообще разбираться в балете. Похоже, главное для них — уникальность фактуры, реальность жизни искусственного театрального мира. То, что так цепляет любого зрителя. После канадцев, американцев, японцев, англичан зацепит и российского — в феврале "Большой Вавилон" выйдет в отечественный кинопрокат, а в марте его покажут на "Первом канале".

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение