• Москва, +21....+29 солнце
    • $ 64,81 USD
    • 71,71 EUR

Коротко

Подробно

Фото: AP

Россия очертила круг стола переговоров

“Ъ” стало известно, кого из противников Башара Асада Москва считает нужным привлечь к урегулированию

В распоряжении “Ъ” оказался список представителей сирийской оппозиции, которые, по мнению Москвы, должны быть привлечены к урегулированию гражданского конфликта. В конце минувшей недели на переговорах в Вене глава МИД РФ Сергей Лавров передал этот список своим коллегам из США, Саудовской Аравии и Турции. Следующим шагом должно стать согласование кандидатур всеми международными посредниками, а также достижение договоренности о том, кого из участников сирийского конфликта считать террористами. Добиться этого — как и согласия властей и вооруженной оппозиции Сирии на проведение досрочных выборов под наблюдением ООН — будет непросто.


В списках значатся


О том, что МИД РФ составил список сирийских оппозиционеров, которые, по мнению Москвы, должны оказаться за столом переговоров с представителями правительства Башара Асада, первым сообщил на прошлой неделе заместитель министра иностранных дел России, спецпредставитель президента РФ по Ближнему Востоку Михаил Богданов. “Ъ” стало известно, кого именно Россия считает потенциальными участниками межсирийского диалога.

В список, как и было объявлено Михаилом Богдановым, включили 38 человек (полный список см. на сайте “Ъ”). Чаще всего встречаются имена бывших и действующих руководителей Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил (НКОРС). Среди них — экс-председатели Ахмад аль-Джарба, Ахмед Муаз аль-Хатыб и Хади аль-Бахра, бывший генсек Бадр Джамус, а также нынешний лидер Халед Ходжа. Внимание к НКОРС не случайно: именно это объединение еще в ноябре 2012 года было признано 27 странами ЕС и государствами Персидского залива — Саудовской Аравией, Бахрейном, ОАЭ, Оманом, Катаром и Кувейтом — «законным представителем чаяний сирийского народа». Ключевая декларируемая цель коалиции — свержение режима Башара Асада, что не подразумевает возможности какого-либо диалога с ним. В августе этого года делегация НКОРС посетила Москву, но сближения позиций по итогам визита не произошло: оппозиционеры дали понять, что по-прежнему скептически настроены в отношении инициатив властей РФ по межсирийскому урегулированию (см. “Ъ” от 14 августа).

Куда менее радикально настроены члены Национального координационного комитета (НКК) — объединения, созданного в июне 2011 года 13 левыми партиями, тремя курдскими партиями, а также независимыми политическими и молодежными активистами. В российский список среди прочих вошли главный координатор НКК Хасан Абдель-Азим (он был в Москве в конце августа) и бывший зарубежный координатор Хайсам Манна (посещал российскую столицу в 2012 году). Члены НКК выступают категорически против иностранного военного вмешательства в сирийский конфликт, а также допускают (пусть и крайне осторожно) возможность диалога с официальным Дамаском.

Помимо этого, в российский список попали бывшие и нынешние представители Сирийского национального совета (входит в НКОРС), либерального движения «Дамасская весна», организации «Демократическая трибуна», «Народного фронта за перемены и освобождение», Движения за плюралистическое общество, Партии коммунистического действия, Партии строительства сирийского государства и Партии сирийского единства. Также упомянуты в списке представители религиозных и этнических объединений Сирии — Христианского движения за демократию и мир, движения «Братья-мусульмане», сообщества ассирийцев, курдской партии «Демократический союз», племен северо-востока страны. Наконец, в списке есть представители местных властей северо-востока Сирии (в основном контролируется курдами), влиятельные бизнесмены, а также представители интеллигенции — актер Джамаль Сулейман и правозащитница, астрофизик из Имперского колледжа Лондона Рим Туркмани.

Российский список не окончательный и будет дорабатываться. В частности, в него могут быть включены представители основной силы в борьбе с армией Асада — «Свободной сирийской армии» (ССА). Правда, в кулуарах венских переговоров Михаил Богданов признался: «Мы, честно говоря, не знаем, кто входит в руководство „Свободной сирийской армии“». Москва запрашивала у представителей возглавляемой США антитеррористической коалиции координаты ключевых членов ССА, но ответа пока не добилась. Прояснение этого вопроса может стать одной из главных проблем, от решения которых зависит реализация согласованной 30 октября международной инициативы.

Ранее в МИД РФ утверждали, что встречались с представителями ССА. По данным “Ъ”, в организации контактов российским дипломатам, в частности, активно помогали власти Египта. Кроме того, Михаил Богданов на прошлой неделе рассказал, что «и в Москву приезжали различные люди (от ССА.— “Ъ”)». Вместе с тем ряд руководителей отрядов вооруженной оппозиции Сирии в комментариях западным информагентствам какую-либо возможность контактов с Москвой категорически отвергали.

Многие же группировки в Сирии вообще неподконтрольны ССА. По данным американского Центра Картера, в стране более чем за четыре года конфликта появилось около 7 тыс. вооруженных оппозиционных группировок, которые не только борются с «Исламским государством» и правительственными войсками, но и нередко вступают в конфликты друг с другом. Так что убедить их выбрать представителей для контактов с официальным Дамаском и затем признать результаты переговоров будет непросто.

Разногласия уже возникли и по поводу нынешней версии российского списка. Ранее представитель «Дамасской декларации за демократические перемены» (входит в НКОРС) Махмуд аль-Хамза заверил “Ъ”, что в списке «имена многих людей, которые к оппозиции не имеют практически никакого отношения».

Путь к выборам


Так или иначе, в Москве считают проделанную работу — составление своего списка умеренных сирийских оппозиционеров — важным шагом к политическому урегулированию и ждут соответствующих действий от других сторон. Саудовцы свой список уже подготовили, причем он, как рассказал в кулуарах венских встреч собеседник “Ъ” в делегации РФ, «во многом совпадает с российским». США также обещали предоставить свои предложения, однако пока не сделали этого.

«Мяч теперь на стороне партнеров. Они должны посмотреть, кого-то добавить, с чем-то, может, не согласиться,— заявила накануне представитель МИД РФ Мария Захарова.— Но наш список включает практически все силы, которые являются здоровыми с точки зрения того, что не применяют ни экстремистских, ни террористических методов в отстаивании своих политических интересов».

После согласования списков стороны сирийского конфликта должны начать диалог. До этого момента, как считают участники венской встречи, межсирийские переговоры вряд ли приведут к каким-либо прорывным результатам. По этой же причине, как дал понять собеседник “Ъ” в российской делегации, представителей правительства Асада и сирийскую оппозицию не позвали в Вену 30 октября — вначале международным игрокам нужно было прийти к согласию по ключевым моментам. «Не было цели собрать сирийцев, чтобы они сидели на приставном стуле или же чтобы представители множества стран стояли за их спинами и диктовали, что делать»,— пояснил собеседник “Ъ”. Отметим, что за минувшие дни отсутствие сирийцев на венских переговорах раскритиковал целый ряд видных деятелей страны — например, фигурантка российского списка оппозиционеров профессор Рим Туркмани.

Помимо согласования списка умеренных противников Асада международным посредникам также предстоит договориться о том, какие организации считать террористическими — кроме тех, которые уже признаны таковыми Совбезом ООН. С этим, как показали дискуссии в Вене, также могут возникнуть проблемы. «Турки говорили о том, что члены курдских военизированных формирований — это террористы. США же категорически возражали против такого подхода»,— рассказал “Ъ” один из собеседников, знакомый с ходом проходивших за закрытыми дверями переговоров. А без этого другая согласованная в Вене идея — об установлении режима прекращения огня на всей территории Сирии, кроме той, которая контролируется террористами,— так и останется идеей.

Конечная цель переговоров — создание «пользующейся доверием, инклюзивной, объединяющей все конфессии» системы управления государством с последующей реформой конституции и проведением выборов. На дискуссиях в Вене, по данным “Ъ”, высказывалась идея о том, что голосование должно быть полностью организовано ООН. Такой вариант использовался, например, в Восточном Тиморе, где в августе 2001 года сотрудники ООН взяли на себя ответственность за проведение выборов в Учредительное собрание. Вместе с тем главы дипломатических ведомств РФ и ряда других государств заверили, что сирийцы сами способны провести выборы, и в итоге была согласована формулировка, что избирательная кампания и само голосование «должны пройти под наблюдением ООН».

Вопрос, однако, в том, согласится ли с самой идеей досрочных выборов правительство Сирии. На прошлой неделе администрация президента Асада распространила заявление о невозможности проведения всеобщего голосования «до искоренения терроризма и восстановления безопасности и стабильности по всей стране».

Любопытно, что такой же позиции придерживаются и ярые противники сирийского режима. «Учитывая нынешнюю анархию, настоящие выборы провести невозможно, так что мы их категорически не приемлем»,— заявил командующий 13-й дивизией ССА Ахмед Сауд. Кардинально изменить ситуацию с безопасностью в Сирии в обозримом будущем представляется весьма сложным, а значит, и идея с досрочными выборами может оказаться лишь идеей.

Кого Россия считает договороспособной сирийской оппозицией?

1. Аббас Хабиб, представитель племен северо-востока Сирии.

2. Абделькадер Сенкери, представитель сирийского бизнеса.

3. Айман Асфари, владелец благотворительной организации «Фонд Асфари».

4. Амина Осси, представитель местного правительства северо-востока Сирии.

5. Ареф Далила, лидер либерального движения «Дамасская весна».

6. Ахмед аль-Джарба, бывший председатель Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил.

7. Ахмед Муаз аль-Хатыб, бывший председатель Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил.

8. Бадр Джамус, бывший генеральный секретарь Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил.

9. Валид аль-Бунни, независимая оппозиция, бывший член Сирийского национального совета.

10. Джамаль Сулейман, актер, представитель интеллигенции.

11. Кадри Джамиль, представитель руководства «Народного фронта за перемены и освобождение».

12. Луай Хусейн, лидер Партии строительства сирийского государства.

13. Лама аль-Аттаси, генеральный секретарь Партии сирийского единства.

14. Маджед Хаббо, представитель Христианского движения за демократию и мир.

15. Мазен Магрибийя, член «Народного фронта за перемены и освобождение».

16. Махмуд Мараи, глава Комитета патриотического демократического действия.

17. Мишель Кило, лидер Сирийской демократической платформы.

18. Мона Ганим, представитель руководства Партии строительства сирийского государства.

19. Мунир Хамиш, близок к бывшему координатору Национального координационного комитета Хайсаму Манне, бывшему заместителю министра индустрии Сирии.

20. Мохаммед Фарук Тайфур, представитель сирийских «Братьев-мусульман».

21. Мухаммед Хабаш, представитель сирийских «Братьев-мусульман».

22. Нимруд Слайман, представитель сообщества ассирийцев, живет в Чикаго.

23. Ранда Кассис, председатель Движения за плюралистическое общество.

24. Рим Туркмани, правозащитница, астрофизик в Имперском колледже Лондона.

25. С. аль-Шами, религиозный лидер, живет в Стамбуле.

26. Салих Муслим Мухаммад, председатель курдской партии «Демократический союз».

27. Салим Хеир-бек, председатель организации «Демократическая трибуна».

28. Самир Аита, бывший член «Демократического форума».

29. Савфан Аккиаш, член Партии коммунистического действия.

30. Сурхариб Барсум, оппозиционер в городе Хасеке.

31. Фанар аль-Куайт, оппозиционер в городе Хасеке.

32. Фатех Хамус, член «Народного фронта за перемены и освобождение».

33. Хади аль-Бахра, бывший председатель Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил.

34. Халед аль-Махамид, представитель сирийского бизнеса.

35. Халед Иса, член курдской партии «Демократический союз».

36. Халед Ходжа, председатель Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил.

37. Хасан Абдель-Азим, главный координатор Национального координационного комитета.

38. Хайсам Манна, бывший зарубежный координатор Национального координационного комитета, глава организации Quamnah.

Павел Тарасенко

  • Всего документов:
  • 1
  • 2
  • 3
"Коммерсантъ" от 02.11.2015, 21:58

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

обсуждение