Топ-менеджеры подконтрольных государству компаний добились возможности не раскрывать свои доходы перед общественностью. Официально этим больше всего возмущался глава ОАО РЖД Владимир Якунин, по данным “Ъ”, активным противником был и президент «Роснефти» Игорь Сечин. Теперь вопрос решен: правительство внесло поправки, по которым руководители компаний с госучастием будут отчитываться только перед ним. Публиковать данные в СМИ обязаны лишь топ-менеджеры некоммерческих и бюджетных организаций, госкорпораций и компаний, на 100% принадлежащих государству. Юристы не видят правовых оснований для подобного разделения.
Президент ОАО "Российские железные дороги" (РЖД) Владимир Якунин, президент, председатель правления ОАО "НК "Роснефть" Игорь Сечин и председатель правления компании "Газпром" Алексей Миллер
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото
На прошлой неделе премьер Дмитрий Медведев подписал постановление №276 (есть у “Ъ”), по которому меняется порядок публикации данных топ-менеджеров компаний с госучастием. Документ пересматривает список тех, кто обязан раскрывать в СМИ информацию о доходах в соответствии с постановлениями №613 от 22 июля 2013 года и №1405 от 18 декабря 2014 года: из него исключаются топ-менеджеры 23 подконтрольных государству ОАО и члены их семей. Открыто публиковать данные теперь должны лишь руководители, их заместители и главные бухгалтеры «автономных некоммерческих организаций, государственных коммерческих учреждений, государственных бюджетных учреждений, фондов, государственных компаний и государственных корпораций».
Уже в конце недели, говорят источники “Ъ”, в ОАО с госучастием было разослано информационное письмо от департамента государственной службы и кадров правительства, в котором разъясняется новый порядок. По словам собеседника “Ъ”, знакомого с текстом письма, «обязанность предоставления сведений о доходах, расходах и обязательствах имущественного характера в аппарат правительства сохраняется», но в СМИ раскрывать их обязаны только «руководители некоммерческих организаций».
В опрошенных в понедельник “Ъ” государственных ОАО от комментариев отказались. Пресс-секретарь премьера Наталья Тимакова пояснила “Ъ”, что «письмо уточняет порядок предоставления деклараций»: «Руководители коммерческих организаций не являются госслужащими, а работают в бизнесе. Само наличие государства в качестве акционера не меняет статус компании как коммерческой структуры. При этом топ-менеджмент госкомпаний обязан предоставлять данные в правительство, но они являются в том числе и коммерческой тайной». НКО и бюджетные организации, добавила госпожа Тимакова, «другое дело» — их деятельность финансируется из бюджета напрямую, поэтому руководство должно отчитываться публично.
Руководителей госкомпаний обязали предоставлять информацию правительству, но не публично, летом 2013 года. В декабре появилась норма о раскрытии данных в СМИ, правительство разослало запросы в госкомпании, но ответили далеко не все. Большинство топ-менеджеров резко возражали против этой идеи. Например, глава ОАО РЖД Владимир Якунин в середине января называл необходимость раскрыть доходы «неправомерным вмешательством в личную жизнь, в личные обстоятельства, в личную информацию», пригрозив уволиться, если правительство будет настаивать. По данным “Ъ”, активным противником был и президент «Роснефти» Игорь Сечин: госкомпания раскрыла лишь выплаты всем 13 членам правления за 2014 год в целом (2,8 млрд руб.). Информация Forbes о годовом доходе господина Сечина в $50 млн была опровергнута по решению суда. В конце декабря президент Владимир Путин утверждал, что не знает, сколько зарабатывает глава «Роснефти». Точку зрения, что сведения о доходах топ-менеджеров не обязательно должны быть публичными, разделяют многие собеседники “Ъ” в госкомпаниях. «Топ-менеджеры — не госчиновники, у них могут быть разные источники дохода,— говорят они.— Почему об этом должны знать все, тем более о доходах вообще всей семьи — абсолютно неясно».
Причин изменения позиции правительства собеседники “Ъ” не знают: «Вопрос решался на самом верху, в том числе премьером с руководителями ОАО. Видимо, это стало политическим решением». Максим Кульков из «Кульков, Колотилов и партнеры» считает, что признавать доходы менеджеров компаний с госучастием коммерческой тайной некорректно, поскольку сделать выводы о бизнес-процессах на базе подобной информации нельзя. Скорее это можно считать персональными данными, отмечает юрист, но тогда непонятно, в чем разница между компаниями с госучастием и, например, госкорпорациями, как ВЭБ и «Ростех». По словам Максима Кулькова, за рубежом топ-менеджеры компаний с госучастием не приравниваются к чиновникам, но данные о доходах публикуют, это «распространенная практика».