• Москва, +19....+29 дождь
    • $ 67,05 USD
    • 74,38 EUR

Коротко

Подробно

Фото: Олег Куцкий / Коммерсантъ

Политическое дело

Кто виноват в одесской трагедии 2 мая. Расследование Виктора Лошака

События 2 мая в Одессе, где было убито, сожжено и растерзано 48 человек,— одна из самых серьезных европейских трагедий уходящего года. В самом городе ничего подобного не происходило со времен Великой Отечественной, когда его оккупировали фашисты. Прошло 7 месяцев. Но на самые главные вопросы — как это могло произойти и почему одни мирные граждане так жестоко лишили жизни других — никто ни городу, ни миру ответа до сих пор не дал. Надо сказать, что и мир, зачастую такой чуткий и в куда менее трагических ситуациях, лишних вопросов не задает. 48 жизней списаны как издержки становления молодого государства. Война на Украине, где погибли уже сотни и сотни, как-то сжала масштаб одесской трагедии.


Виктор Лошак


Кроме профессиональных у меня были и личные причины попытаться понять, что же происходило 2 мая. Я 12 лет прожил в Одессе, и это были счастливые годы в радостном городе. В силу этого опыта мне, возможно, было легче, чем коллегам: кого-то я знаю, кто-то помнил меня.

Занимаясь трагедией, я несколько раз был здесь в командировке, что-то публиковал в "Огоньке" по горячим следам. Но вся картина стала выстраиваться лишь сейчас.

Предыстория


Не стоит благодушествовать: национальный вопрос в Одессе всегда тлел. И хотя подавляющее большинство писало название города с двумя С — по-русски, одно С, как в украинском, тоже имело право на жизнь. В тяжелые 80-90-е массово покинувших город, чтобы разъехаться по миру, одесситов заменили люди из украинских районов и областей. Одного С стало больше, ухо все чаще улавливало на улице редкий раньше в одесском общении украинский язык. Во времена президента Ющенко Одессу уже украинизировали через полную смену местного начальства на западноукраинских "любых друзив".

Все это тлевшее и полыхнуло в последние годы и месяцы, когда одни сердцем приняли сигналы Евромайдана, другие стали сознавать, что для этого же Евромайдана русский — значит второсортный, а для них самих Новороссия не пустой звук.

Еще в январе глава областной администрации призывал людей защитить себя и здание от приезжих погромщиков и боевиков. На горизонте забрезжил захват города. Позже эксперты напишут, что именно в этот день в Одессе закончилась государственная монополия на применение силы. Следующий сигнал о том, что защищать себя нужно самим, граждане получили в середине февраля, когда у того же здания несколько сотен неизвестных били палками и дубинками как активистов Евромайдана, так и их оппонентов из русского "Молодежного единства". Вскоре обе стороны создали специальные дружины, где были вооруженные и обученные люди, которых вполне можно было назвать боевиками.

В дни мартовской смуты, когда над административными зданиями в Донецке, Харькове, Запорожье поднимались русские флаги, "народное собрание" с участием нескольких тысяч человек прошло и на Куликовом поле. В речах звучала и "Новороссия", и "одесская автономия". На следующий день митинг сторонников единства Украины собрал около 7 тысяч человек, которые дошли маршем до российского консульства.

Через месяц уже митингующие с Куликова поля сняли флаг Украины с флагштока перед зданием обладминистрации и подняли российский триколор. Рассказывают, что человек, пытавшийся забрать у пророссийских активистов флаг Украины, был жестоко избит. Мало того, лидер "Молодежного единства" Антон Давидченко зашел в зал, где шла сессия облсовета, и потребовал впустить участников акции протеста. А депутат Алексей Албу предложил совету инициировать референдум об особом статусе Одесской области. Но к зданию уже подтягивались украинские активисты. Когда их собралось больше 2 тысяч, пришлось и здание покинуть, и флаг вернуть на место.

Немировский


В результате этих событий в области появился новый глава администрации — Владимир Немировский. Говорили о нем как о ставленнике премьера Арсения Яценюка. Так или иначе, Немировский был в общем пакете патриотических бизнесменов, которым доверили в трудный час стать государственными деятелями областного масштаба. До кресла главы области этот человек владел Одесским канатным заводом и прославился долгим сопротивлением рейдерам семьи Януковича.

Сменили начальников в милиции, СБУ, прокуратуре. Антон Давидченко был задержан, а на посту лидера пророссийской молодежи его сменил брат Артем.

Новый областной начальник оставил серьезный след в будущих событиях 2 мая. И если спросить у меня, кто виноват в случившемся в первую очередь, я бы назвал Немировского. Именно он еще в апреле на совещании проукраинских активистов пообещал разобраться с палаточным городком. Можно предположить, что перед ним была поставлена Киевом задача провести на Куликовом поле 9 мая парад.

Действовали сначала мирно, коммерчески. С "Молодежным единством" того самого Артема Давидченко договориться удалось. Как? Цифры называют разные: одни — 50, другие — 35 тысяч долларов. Накануне событий, 1 мая, их палаточный городок переехал за десяток километров от Куликова поля в район мемориала 411-й батареи. О деньгах говорили открыто, они якобы были нужны на защиту арестованного старшего брата Антона. В операции поучаствовал тогда кандидат, а в будущем одесский мэр Геннадий Труханов. Так или иначе, из центра города съехала наиболее молодая и боеспособная часть антимайдановцев.

Деньги, как говорят, предлагали и другим "квартирантам" Куликова поля — "Одесской дружине", но те отказались. Каким, по общему убеждению, был план Немировского? Использовать футбольный матч "Черноморца" с харьковским "Металлистом", чтобы собрать после него фанатов, которые давно превратились на Украине в национальных ультрас, и повести их на снос палаток. Кровь, по всей вероятности, не предполагалась, а наоборот, планировалось, что милиция отделит обитателей палаточного городка от разбушевавшихся тифози.

Но, видимо, план был все-таки жестче. В служебной записке одного из милицейских чинов я нашел вот что: "События, имевшие место 02.05.2014 года, стали возможны с помощью губернатора Немировского В.Л., так как он привез, финансировал, кормил и размещал около 500 человек с майдана г. Киева. Они размещались на блокпостах и приняли активное участие в разгоне Куликова поля. Губернатор неоднократно требовал... зачистить палаточный городок силами милиции. На что получал отказ и, согласовав с и.о. президента Турчиновым, привлек силы, подконтрольные Парубию" (Андрей Парубий — член партии "Свобода", комендант Евромайдана, на момент одесских событий — секретарь Совета безопасности Украины.— "О").

Надо сказать, блокпосты и до майских событий были занозой одесской жизни. Мало того, что неизвестно кто и откуда пытался контролировать милицию, так еще это были приезжие, открыто придиравшиеся к одесситам. Если чему-то эти хлопцы и помогали, так это росту напряжения в городе и вокруг него.

Свидетельствуют против Немировского и документы специальной следственной комиссии Верховной рады. Заключение требует расследовать деятельность подчиненного Немировского — начальника управления взаимодействия с правоохранительными органами, оборонной работы и выявления коррупции Игоря Болянского, который специально дал команду одному из лидеров "самообороны" Дмитрию Гуменюку развернуть своих людей и вести их с Греческой площади на разгон Куликова поля.

"Афина"


Плану Немировского не суждено было сбыться прежде всего потому, что, пригнав в Одессу целый поезд с харьковскими фанатами (на запрос Одесская железная дорога сообщила, что были проданы 347 плацкартных и 104 купейных мест), организаторы не учли: эти ребята с 9 утра, когда дополнительный поезд N 503 прибывал на одесский вокзал, до 6 вечера, времени начала футбола, мирно отдыхать за шахматами и лимонадом не будут.

Фанаты уже стали разминаться, когда в областной прокуратуре только началось совещание у заместителя генпрокурора Украины. С 12 до 15 часов руководители всех силовых структур области сидели на нем с отключенными телефонами.

Надо сказать, что, собираясь в центре города, чтобы дать отпор приезжим, антимайдановцы явно не рассчитали силы. Тем не менее те, кто расследует дело, уверены, что боевые действия начали именно антимайдановцы, хотя и было их существенно меньше. В следственных материалах говорится, что конфликт был спровоцирован пророссийски настроенными персонажами. Часть из них стала швырять камни и бутылки с зажигательной смесью в толпу футбольных ультрас. Чуть позже милиция из спецотряда "Сокол" отняла у инициаторов драки шесть пистолетов, помповое ружье и несколько ножей.

С другой стороны тоже полетела брусчатка, бутылки с "коктейлем Молотова", раздались выстрелы...

Какое-то время на Украине едва ли не главным аргументом того, что в этот момент одесская милиция была заодно с прорусски настроенной толпой, были повязки одного цвета у милиционеров и антимайдановцев. Но все выяснилось очень просто: последние действительно поделились с милицией скотчем, которым обозначили своих. Дело в том, что щитки на руках у милиционеров все время сползают и те решили таким образом их зафиксировать.

Во время сражения в центре города появились первые жертвы — шесть человек (четверо погибли на месте, двое позже скончались в больнице). С обеих сторон стреляли из нарезного и гладкоствольного оружия. Антимайдановцев было значительно меньше, и, отступая, они забаррикадировались в торговом центре "Афина". Позже здесь нашли те же "коктейли Молотова", каски, обрезки труб и арматуры...

Разъяренная толпа почти окружила торговый центр, и тогда милиция решилась на его штурм. Но перед этим начальник управления по борьбе с оргпреступностью Олег Кузьменко попросил его пропустить одного. Как позже мне рассказывали находившиеся в "Афине", он гарантировал им эвакуацию. "Вывезем в промзону и отпустим". Осажденные решили сдаться. К черному входу были подогнаны автозаки. Вместо промзоны их вывезли в следственные изоляторы Белгорода-Днестровского, Овидиополя и Винницы. До ближайшего Овидиополя, куда ехать часа полтора, их везли 18 часов. Как мне рассказывал один из участников того рейса, в райотделе, куда их доставили, сопровождавшие сказали о них, что это те самые приднестровские террористы, которые подожгли Дом профсоюзов... Для арестованных это едва не кончилось трагически.

И сегодня под домашним арестом и в следственных изоляторах находятся 118 человек. Среди них нет ни одного сторонника Майдана...

Куликово поле


В момент штурма на Куликовом поле оказались самые разные люди: и активисты Антимайдана, и их родители (многие матери и отцы, увидев телетрансляцию, в тревоге искали своих сыновей по городу), и дети, и сочувствующие, и случайные прохожие. Куликово поле — это центр Одессы, буквально через дорогу находится железнодорожный вокзал.

На 15 часов у сторонников Майдана был назначен "Марш единства Украины". К этому времени в Одессу прибыли группы из Винницы, Николаева, Ровно, Херсона. Но никакого марша, конечно, уже не было, если не считать того, как разъяренная толпа пронеслась от Греческой площади, где располагался торговый центр "Афина", по Пушкинской улице к Куликову полю.

Не очевидно, что у тех, кто пытался сначала защитить свой палаточный городок, а потом спрятаться в Доме профсоюзов, был хотя бы лидер. Некоторые называют депутата облсовета Вячеслава Маркина, но, боюсь, это скорее потому, что добивали его с особой жестокостью.

В Доме профсоюзов оказалось около 400 человек. Многие разбежались по кабинетам, в которых оказались по одному-двое против озверевшей толпы. Гарантированно остались в живых лишь те, кто поднялся на крышу. Ночью с нее их сняли пожарные.

В 22:30, когда на Куликовом поле оказалась бригада судмедэкспертов, 8 тел (7 мужчин и 1 женщина) лежали перед Домом профсоюзов. Остальные находились в здании. Позже эксперты дали справку, что 24 человека погибли в результате пожара, остальные от огнестрельных ранений и падения с высоты. Все видели, как людей добивали, но никто якобы от этого не погиб. Возможно, на данные экспертизы повлияло то, что, как значится в заявлении ее руководителя, "исследования затруднены в связи с отсутствием на балансе бюро необходимого оборудования". Но от семей погибших пришла и иная информация: тела не выдавали, пока близкие не подписывали документ о том, что их родные погибли от ожогов или угарного газа, а не от пулевых и ножевых ранений. В частности, так происходило с телом Геннадия Кушнарева, у которого оказалось огнестрельное ранение.

Я писал уже о том, что работу криминалистов по этому делу свели на нет тем, что на второй день открыли свободный доступ в здание, уничтожили специальным раствором следы крови и вынесли мебель из кабинетов, где находились убитые.

Все то, что происходило у Дома профсоюзов в конце дня 2 мая, невозможно описать. Люди массово переступили за грань человеческого. На видеозаписи слышно, как ставший "героем" этих событий сотник Микола, перед тем как стрелять по Дому из пистолета, докладывает кому-то по телефону: "Нас больше, но нам ничего не дают делать".

Врал. Сопротивления убийцам не было никакого. Мать одного из погибших говорила, что не только все происходило на глазах у милиции, но и на обращение к старшему, подполковнику, с требованием вмешаться был получен ответ: нет полномочий и указаний свыше.

Наверное, жертв могло быть меньше, успей к Дому профсоюзов пожарные, которым ехать до места событий было минуты три. Но днем майдановцы отбили у пожарных машину, с помощью которой собирались штурмовать "Афину", и перестраховавшееся начальство вообще запретило в этот день выезжать на пожары без разрешения начальника управления или его первого зама.

К депутатской комиссии попала запись звонков на 01. На 5-й, 10-й, 20-й звонок дежурная отвечает, как автомат: "Мы знаем, что там горят палатки". Несколько раз уже она перезванивает начальству, на что ее успокаивают: "Ну ты же знаешь, что отвечать..."

Первая и долго единственная пожарная машина прибыла к Дому профсоюзов в начале 9-го вечера. Но и им не давали работать. В справке значится: "Агрессивно настроенные митингующие самообороны угрожали и мешали выполнять задание". Пожарных они просто воспринимали как сторонников сгорающих в здании людей.

После 2 мая власть в Киеве ненадолго растерялась. А потом и.о. главы администрации президента Сергей Пашинский сделал все нужные заявления: все случившееся — это результат деятельности российских диверсантов... часть плана России и ее спецслужб.

Выходило, что главные действующие лица — евромайдановцы или глава области Немировский — и были диверсантами?

Фучеджи


Парадоксально, что главным виновником бездарной деятельности местных и украинских властей 2 мая назвали единственного человека, который пытался хоть что-то сделать и не уходил с улицы сам, пока не был ранен. Подозреваю, что его главная вина все-таки не то, как действовал в критические часы начальник одесской милиции общественной безопасности, а то, что в ответ на несправедливые обвинения он на все плюнул и уехал в Россию.

Думаю, Дмитрия Фучеджи и сейчас не хватает одесской милиции. Он знал всех, мог договариваться с любой стороной конфликта, потому что держал слово. Он и 2 мая нашел некоего Сергея Долженкова, лидера антимайдановцев, чтобы уговорить его не вести людей в центр к Греческой площади, где к тому времени уже собрались около 3 тысяч их противников. Но Долженков его не послушал...

3 мая киевские власти освободили от должности начальника областного УВД Петра Луцюка, который, очевидно, растерялся. В ключевой момент событий 2 мая до него просто не могли дозвониться. И.о. был назначен Фучеджи. Приехавший в Одессу замминистра пообещал ему к тому же генеральское звание. Но на следующий день события в Одессе продолжались. В изоляторе временного содержания при городском УВД находились 63 арестованных за беспорядки накануне. В основном это были антимайдановцы.

Фучеджи рассказывал: "4 мая около 3 часов дня возле городского управления собралось около 2,5 тысячи человек с требованием освободить задержанных. Никто из прибывших руководителей МВД решения принимать не хотел. Начался штурм здания... Я прибыл, когда люди находились во дворе УВД, громили транспорт и ломали дверь в дежурную часть и изолятор. Я стал общаться с лидерами, которых определил визуально... Самым важным было исключить завладение оружием. Я стал звонить прибывшим заместителям министра С.И. Чеботарю и И.И. Боршуляку, но ни один не отвечал. Тогда я принял решение освободить задержанных с целью исключить возможность завладения оружием. К тому же я знал, что вблизи управления разъезжают 4-5 микроавтобусов "Правого сектора". Они только и ждали начала стрельбы. Возвратившись в главк, я в присутствии свидетелей доложил о произошедшем замминистра С.И. Чеботарю. Он ответил, что "правильно сделал"... Вечером "Правый сектор" провел акцию у здания УВД с угрозами в мой адрес и адрес семьи".

Так как выпустил полковник антимайдановцев, позже под горячую руку и ему вместо генеральского звания выдали ярлык их агента и сторонника, а заодно завели уголовное дело.

Защищать Дмитрия Фучеджи никто не собирался, тогда он защитил себя сам — уехал в Россию.


Одесса очень жизнелюбивый город, но и в нем настроения изменились. Никто так и не понял, почему убийц Куликова поля сделали героями, почему политика важнее жизни. И город стал настороженней, озлобленней. Его пассионарность, а теперь и жажда мести не исчезли, но ушли куда-то под кожу. Один из недавних арестантов, прощаясь, сказал мне: "Одесса пока плачет, пока утирает слезы. Пока". Но главное, почему притихла Одесса, думаю, не испуг и горе, а нежелание повторить путь Луганска и Донецка. Это сейчас общий мотив для людей любых политических взглядов: миновать разруху, не накликать войну.

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

обсуждение