• Москва, +15....+22 дождь
    • $ 64,81 USD
    • 73,21 EUR

Коротко


Подробно

Фото: Посольство Израиля в РФ

"Мы имеем дело с террористическим интернационалом"

Замглавы МИД РФ Михаил Богданов об угрозе для России группировки "Исламское государство"

Борьба с активизацией террористических группировок на Ближнем Востоке и в Северной Африке стала ключевой темой завершившейся вчера "министерской недели" 69-й сессии Генассамблеи ООН. Замминистра иностранных дел РФ МИХАИЛ БОГДАНОВ пояснил корреспонденту "Ъ" ЕЛЕНЕ ЧЕРНЕНКО, почему эти группировки — в частности, самая мощная из них "Исламское государство" — угрожают и России.


— Президент США Барак Обама в своей речи в ООН поставил угрозу, якобы исходящую от России, на второе место после лихорадки Эбола, но до активизации террористов в Сирии и Ираке. Россия после этого все еще готова сотрудничать с США в борьбе с терроризмом?

— Никакой логики в такой постановке вопроса (Бараком Обамой.— "Ъ") нет. Группировка "Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГИЛ), как и в целом терроризм на Ближнем Востоке,— наша общая угроза, это угроза для всего мирового сообщества. Мы должны работать консолидированно со всеми нашими партнерами, прежде всего, конечно, с государствами этого региона — правительствами и в Ираке, и в Сирии.

Мы не раз призывали наших американских партнеров использовать имеющиеся у нас механизмы контртеррористической работы (в том числе в рамках ООН), обсуждать эти вопросы в Совбезе ООН и принимать консенсусные решения, взаимодействовать с правительствами, на территории которых происходит экспансия терроризма, в том числе в лице сейчас наиболее опасной, организованной и мощной группировки ИГИЛ. Наша позиция открыта и конструктивна. Убеждены, что борьба с этой угрозой будет максимально эффективной только в том случае, если наши возможности и усилия будут объединены, консолидированы и понятны друг другу.

— А для России от "Исламского государства" исходит опасность?

— Конечно. Американцы говорят, что терроризм представляет непосредственную угрозу для их национальной безопасности. Думаю, что то же самое может сказать любая страна, в том числе и РФ. В составе террористических организаций, включая ИГИЛ, есть и российские граждане. По сути, мы имеем дело с террористическим интернационалом. Там (в Ираке и Сирии.— "Ъ") воюют выходцы из большого числа стран, 70 или 80. Всех заботит то, что эти люди туда едут и оттуда возвращаются. Они там получают подготовку, приобретают навыки, а потому представляют исключительную угрозу для национальной безопасности своих стран. При этом они имеют паспорта, в частности западных стран, что дает им возможность передвигаться по миру без виз и дополнительных проверок. Это очень опасно. И это еще один фактор, который должен побуждать нас к объединению усилий в борьбе с этой угрозой.

— Известно, сколько россиян воюет в Ираке и Сирии?

— Думаю, речь идет о десятках.

— Насколько эффективна операция США и их союзников по нанесению ракетно-бомбовых ударов по позициям "Исламского государства" в Ираке и Сирии?

— Сложно сказать. Надо посмотреть, как будут дальше развиваться события.

— А насколько США координируют свои действия с региональными правительствами?

— Насколько я вижу, есть взаимопонимание иракских властей с американцами и другими странами, которые участвуют в бомбардировках по позициям ИГИЛ. Эта ситуация несколько отличается от Сирии, где нет прямого взаимодействия с законными властями — правительством в Дамаске. С нашей точки зрения, здесь важную роль играет Иран. У него хорошие связи с Дамаском, с одной стороны, а с другой — контакты практического свойства в рамках антитеррора с американцами. Роль иранского руководства в данном случае мне представляется очень важной. Думаю, есть определенное взаимопонимание между Дамаском и Багдадом по этим вопросам, и мы это приветствуем.

— А если операция США и их союзников перейдет в сухопутную фазу, у России будут возражения?

— Это очень сложный вопрос. Зависит от того, какой будет сухопутная фаза, кто в ней будет участвовать, какие цели будут преследоваться.

— А Совбез ООН может санкционировать такую операцию?

— В жизни все возможно. И решение Совбеза. Коллегиальные решения возможны по всем этим вопросам — это предусмотрено Уставом ООН. Все эти вопросы могут быть решены в рамках СБ и на базе Устава ООН, это путь для конструктивного взаимодействия между членами мирового сообщества. И если говорить о какой-то наземной операции, то это требует, конечно, и таких (одобренных СБ ООН.— "Ъ") решений, и главное — взаимодействия с руководителями государств, на территории которых такие операции могут теоретически проводиться.

— На заседании, где обсуждалась идея ограничить право вето постоянных членов СБ, постпред США Саманта Пауэр сказала, что ИГИЛ не смогло бы поднять голову, если б в свое время РФ не заблокировала резолюции по Сирии.

— Это абсолютно извращенное представление о том, что и как происходило в Сирии. Мое личное мнение: если бы сейчас не было руководства в лице законного правительства в Дамаске, так называемой столицей так называемого "Исламского государства" была бы не Ракка, а Дамаск.

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение