Тенге позвал в дорогу

Жители Казахстана обеднели за один день: 11 февраля курс тенге к доллару упал на 20%. В Алматы корреспондент "Денег" Алексей Боярский узнал истинную цену казахстанской стабильности.

Одна из главных достопримечательностей Алматы — Парк первого президента Республики Казахстан, в центре которого установлен прижизненный памятник Нурсултану Назарбаеву. Цветы, правда, граждане не возлагают, но свадьбы приезжают поклониться. Этот памятник и развешанные по всему городу баннеры с портретом президента напоминают, что это не Россия, а Казахстан. Говорят, Назарбаев таким проявлениям народной любви долго сопротивлялся, да, видно, с годами стал сентиментальнее.

Протестные акции по поводу девальвации тенге, которые власти быстро погасили по иногда работающей схеме "забрать каждого десятого", проходили у памятника Абаю и заставили вспомнить "Окупай Абай". А так мне показалось, что я попал из Москвы не в деловой центр другого государства, а в крупный российский губернский город. Те же дворники-мигранты из Средней Азии, тот же повсеместный русский язык. В магазинах половина продуктов из России — даже молоко и кефир. Напоминают Москва-Сити синие "стекляшки", три года назад построили современное метро — всего семь станций на город с миллионным населением. Присутствует государственная риторика о стабильности и непрерывном развитии. И с коррупцией борются — в новостях сообщают об очередном пойманном на взятке. Раньше Казахстан жил по программе "2030", но, не дожидаясь ее завершения, перешел на программу "2050" — в смысле план, расписанный до 2050 года. Об этом постоянно напоминает улыбающийся Назарбаев с уличных плакатов.

""Алма-Ата" раньше переводили как "отец яблок", "яблочный край",— заметил мне кто-то из митинговавших у Абая.— Так вот, сейчас Казахстан — это гнилое яблоко. Снаружи, для внешнего мира — наливное, а внутри плохое". Разговариваю с митингующими — восхищаются российским президентом и нашими достижениями. До этой командировки я не раз слышал о подъеме и стабильности в Казахстане. "Подъем? Пятнадцать небоскребов в городе — это весь наш подъем, а социальных программ нет,— замечает экономист Тулеген Аскаров.— Мы, как и вы, сидим на нефтяной игле и сами толком ничего не производим". В России около 140 млн человек на гигантской территории, в Казахстане — около 17 млн на территории, не менее гигантской для такой численности. И здесь многие уверены, что управлять такой махиной можно только с помощью "политики агашки" ("ага, агашка" — дядя, уважаемый человек, авторитет) — то есть авторитарно. Ослабить тенге, например, решили даже без имитации рыночных колебаний курса.

"Слышал? Нацбанк обвалил тенге!" — о том, что курс национальной валюты резко упал, большинство жителей Казахстана узнали из SMS и сообщений в соцсетях 11 февраля, примерно в середине дня. Если утром в уличных пунктах обмена валюты доллар стоил около 155 тенге, то днем во многих точках выставили курс 250. Через какое-то время обменники вообще закрылись — по какому курсу менять тенге, хозяева пунктов не знали. Были приостановлены подразумевающие конвертацию банковские операции и переводы через платежные системы.

Получить информацию на сайте Национального банка Казахстана оказалось невозможно: ресурс, не рассчитанный на такое количество запросов, "лег". По словам председателя правления крупнейшего розничного банка страны Kaspi Bank Михаила Ломтадзе, он узнал о девальвации из сообщения "Интерфакса", переданного агентством в 10:45. В сообщении говорилось, что Нацбанк отказывается от поддержки тенге на прежнем уровне и девальвирует его до курса 185 тенге за доллар.

"Подобная девальвация у нас уже была в 2009 году,— вспоминает гендиректор processing.kz, президент Ассоциации казахстанского интернет-бизнеса и мобильной коммерции Константин Горожанкин.— Тогда Нацбанк объявил об изменении курса на 25% — с 120 до 150 тенге за доллар. В тот момент я работал в банке — меня предупредили за два часа до заявления Нацбанка. Успел дойти до магазина бытовой техники и сделать крупные покупки еще по старым ценам. Сейчас операцию по изменению курса провели в полной секретности — банкиры узнали о девальвации одновременно со всеми". Взбудораженный народ бросился спасать деньги. "Узнала в 11 часов из Facebook, но еще не очень поверила, а в 11:30 муж, сотрудник банка, подтвердил,— рассказывает жительница Алматы Юлия.— А мы как раз накануне решили купить пылесос. В 13:00 подлетела к магазину электроники Sulpak — закрыт "по техническим причинам", рванула в "Технодом", а там уже в компьютер новые цены вводят. Начали с самых дорогих телевизоров, и до пылесосов они просто дойти не успели. Купила за 33 тыс. тенге, а когда выходила из магазина, пылесос стоил уже 49 тыс. тенге". По старым ценам старались купить не только электронику. Огромные очереди выстроились на АЗС.

В России при любом катаклизме запасаются гречкой, а в Казахстане — мукой. Там, где ценники еще не успели переписать, ее отпускали не больше 2 кг в одни руки. Многие магазины на всякий случай просто прекратили работу. По словам Константина Горожанкина, 11 февраля объем трансакций через processing.kz увеличился втрое по платежам в интернет-магазинах и онлайн-сервисах: в течение двух часов, пока еще была возможность что-то купить по старым ценам, народ избавлялся от тенге. В шесть раз выросли продажи билетов в кино и на концерты у онлайн-сервиса "Тикетон". Некоторые интернет-магазины тоже закрылись, вывесив заставки вроде: "Мы тоже в шоке :)". Самые находчивые рванули сбрасывать тенге в соседнюю Киргизию (всего 200 км) — до тамошних приграничных обменников информация дошла не сразу.

Паника прекратилась лишь на следующий день, когда власти заявили, что курс, как и в 2009 году, установили надолго, и что в ближайшее время падения ниже 185 тенге за доллар не будет. При закрытии биржи на следующий день это подтвердилось. Нацбанк постановлением запретил обменным пунктам устанавливать разницу между курсом покупки и продажи доллара больше двух тенге.

14 февраля корреспонденты "Денег" зашли в магазин Sulpuk. "А что, цены сильно изменились?" — поинтересовался я у администратора. Парень покосился на камеру фотокора и явно занервничал: "Нет, торгуем по старым". Соврал — по словам местных жителей, ценники были переписаны. Аналогичная сцена произошла в магазине сотовой связи. Причина нервозности и обмана быстро выяснилась. Оказывается, городской акимат (администрация) пустил по городу мобильные группы для противодействия повышению цен — те тоже фотографировали ценники. В итоге более или менее крупные магазины уже закупленный товар продавали по прежним ценам — их просто заставили. Впрочем, многие говорили о добровольном выборе и о лояльности покупателю. Тот же "Технодом" 17 февраля разослал SMS о возврате к старым ценам. А с другой стороны, чем не скидочная акция? Те немногие магазины, что торговали по старым ценам до вечера 11 февраля, сделали кассу, как в Новый год.

Очереди на АЗС тоже быстро схлынули — стоимость бензина Аи-80 и Аи-92, производимого в стране, регулируется государством, и была зафиксирована до особого распоряжения. К тем же, кто рискнул продавать дороже, заявляя, что бензин импортный, прислали проверку.

Разумеется, после продажи складских остатков все новые партии будут продаваться уже на 20% дороже.

12 февраля местные блогеры начали выкладывать в сеть фотографии колонн БТР — к Алматы стягивались армейские подразделения. Власти, правда, объяснили это "плановым перегоном техники", но всем все было ясно. А 13 февраля в течение двух часов была заблокирована рассылка SMS и сообщений через популярные мессенджеры Whatsapp и Viber, а также закрыт доступ в некоторые соцсети через мобильные приложения. Сотовые операторы внятных объяснений не дали, заявили, что все произошло "по независящим от них причинам". "Это лишнее тестирование отключения альтернативного канала информации, препятствие флешмобам, а может, просто предупреждение народу,— комментируют случившееся местные наблюдатели.— У Назарбаева же перед глазами Майдан!" В первые дни после девальвации жители Алматы приходили и к зданию акимата, и к Нацбанку. Требовали объяснений у председателя правления банка Кайрата Келимбетова, который тут же получил прозвище Кинул-бетов. Еще бы, ведь два месяца назад он призывал держать сбережения в тенге и вплоть до последнего момента уверял, что девальвации не будет.

А 15 февраля состоялась несанкционированная акция протеста: несколько десятков человек вышли на площадь перед Дворцом Республики к памятнику Абаю. Проход туда уже был заблокирован полицией под предлогом снегоуборочных работ, на абсолютно чистую площадь даже спешно подогнали самосвалы со снегом и толпу дворников. После нескольких тщетных попыток прорвать оцепление, участники акции, постояв не больше часа, двинулись по тротуарам к акимату на Новой площади, куда подтянулось еще до сотни человек. В это время полиция получила подкрепление, и около 30 активных участников распихали по автобусам и увезли в РОВД. По моим наблюдениям, вся акция длилась не больше двух часов. У акимата остались лишь наряды полиции, журналисты с камерами, да кучки крепких мужчин, которых в Москве можно было бы принять за гастарбайтеров: куцые черные курточки, надвинутые на глаза шапочки, иные даже в темных очках. У многих из-под курток торчали рации. "Как вас зовут?" — спросил один из них. Я представился и в свою очередь поинтересовался, кто он. "Да мы тоже журналисты..." —последовал ответ.

"Журналисты в штатском", хотя и встали рядом со мной, никак не препятствовали общению с участниками, оставшимися на площади. Узнав, что мы журналисты из Москвы, люди начали делиться проблемами, вокруг нас, можно сказать, начался новый митинг. Оказывается, несмотря на то, что последние годы валютный курс был относительно стабилен, жизнь в Казахстане смыкается с долларом намного сильнее, чем в России. Цены на автомобили, недвижимость устанавливаются в американской валюте. К доллару привязана и аренда квартир, и учеба в колледжах и вузах. "Вы что, не знали, что здесь платное образование? — заметила какая-то девушка из толпы.— Бюджетных мест не больше 10%". Она копила на продолжение учебы в тенге. "А я копила на квартиру!— вставила женщина лет сорока.— Почему в тенге? Дура потому что. Зарплата в тенге — удобно было не перекладывать, и проценты по этим вкладам выше были. Доверяла правительству". Другая дама размахивала ворохом бумаг — договором и перепиской с банком. "Это ипотека, взятая еще до девальвации 2009 года,— кричала она.— Мне за это время уже долгов на $900 тыс. накрутили. И знаете, сколько таких еще будет? И сколько у нас из-за ипотеки народу поперевешалось?"

У въезда на базар райцентра Есик я видел, как полицейские пресекают незаконную торговлю — гонят парня, торговавшего "с земли" фабричными шерстяными перчатками и носками. "Кредит взял две тысячи баксов!" — чуть не плакал он, в бешенстве швыряя товар в багажник автомобиля.

Хозяева компаний, с которыми удалось побеседовать, в истерике не бились, но и подавленности не скрывали. "Наша рентабельность упадет на 7-12% из-за себестоимости импортных продуктов, которых у нас 80%, и из-за аренды, которая тоже привязана к доллару. Аренда у нас — 15% оборота,— рассказывает управляющий директор и совладелец крупнейшей в стране ресторанной сети AB Restaurants Аскар Байтасов.— А ведь мы уже начали строительство новых ресторанов — из-за падения прибыли у нас будут проблемы с завершением". Поставщики стройматериалов и подрядчики, уже получившие деньги вперед, теперь вопреки подписанным договорам требуют доплаты.

"Нас тоже некоторые поставщики начали шантажировать, не хотят привозить товар по ценам в договоре,— говорит гендиректор "Торговая сеть Green Mart" Татьяна Орлова.— Мы им указали, что подобные риски в договоре не значатся, а заодно сообщили в акимат — там с ними разберутся. Мы ведь сейчас каждый день в 17:00 должны подавать в акимат данные об изменении цен. И если их подняли, то обязаны показать основание — допустим, подъем закупочных цен". По ее словам, многие дистрибуторы закрылись на три дня для переоценки. "Мы будем переориентироваться на более дешевые позиции, например, кондитерки,— прикидывает Орлова.— Снизим долю Германии и Польши в пользу России и Белоруссии".

Совладелец салонов обуви "Айт" ("Праздник") Фатима Алид говорит, что на уже привезенный товар цены в них не повышали, а вот что везти из-за границы теперь, она пока не знает: "У нас обувь из Италии, Германии, Испании, и мы на Китай, конечно, не перейдем — просто будем завозить меньше известных брендов и делать акцент на нераскрученные". Большинство ее коллег высказываются в том смысле, что девальвация отбросила их бизнес на два года назад.

Что касается местных банкиров, то они по большей части либо вообще отказались от комментариев, либо хорохорились — у многих ведь обязательства перед западными кредиторами. "Баланс банка в пересчете на доллары — $5 млрд. Из них евробондов мы привлекли всего на $200 млн — все остальное в тенге. Так что для нас девальвация пройдет без заметных потерь",— рассказывает Михаил Ломтадзе. Возглавляемый им Kaspi Bank выдает кредиты только в тенге. Но вообще до 50% кредитов, выданных сейчас банками Казахстана, валютные.

18 февраля пошли слухи о банкротстве банков, распространялись они через SMS и мессенджеры. Глава Нацбанка слухи опровергает, но ему уже не верят — народ выстроился в очереди у банкоматов снимать деньги. Корреспондент "Денег" лично наблюдал давку в одном из отделений Kaspi Bank. Неудивительно, что этот банк назначил вознаграждение в 100 млн тенге (более $500 тыс.) за информацию о распространителях провокационных сообщений.

"Еще полгода назад было понятно, что будет девальвация,— рассказывает экономист Тулеген Аскаров.— Импорт растет, экспорт снижается — можно задуматься. У нас были очень подозрительные показатели: рост ВВП 6%, а в России — 1,4%, инфляция — 4,8%, а в России — 6,5%. Так не бывает: во-первых, мы в едином экономическом пространстве, а во-вторых — у России ситуация должна быть лучше. Когда такие раздутые показатели, значит, скоро рванет". По словам Аскарова, на напряженность указывал и прошлогодний рост доли валютных вкладов.

Владелец компании Global LTD из Степногорска Андрей Гаврин наступление кризиса почувствовал по поведению банков: "Когда учреждение, чей бизнес заключается в торговле деньгами, вдруг перестает выдавать кредиты без внятных объяснений или требует гарантии уровня депозита на счете, равного этому кредиту, значит, что-то происходит. Возможно, были какие-то ужесточающие негласные установки от Нацбанка, чтоб после "часа Икс" проблемы заемщиков не сильно коснулись банков".

В России объем добычи нефти — около 500 млн тонн в год, в Казахстане — около 80 млн тонн. И вся казахская стабильность держится исключительно на экспорте сырья — нефти, урана, меди, других металлов. Еще зерно. На вырученные деньги закупаются продукты (до 70% ассортимента продовольственных магазинов — импорт), промтовары и даже высокооктановый бензин (от 92-го) — своих НПЗ мало и оборудование на них устаревшее. Куда вкладывались деньги все эти годы? В основном, конечно, в строительство Астаны. Еще проходила Азиада-2011 (Зимние игры), под которую строили спорткомплексы и прочую инфраструктуру. А теперь грядут "Экспо-2017" и Универсиада-2017.

Предприниматели из России, ведущие дела в Казахстане, утверждают, что бизнес-климат здесь лучше — дело не только в низких налогах, просто спокойнее. Однако то, что доля госзаказов у тех же предпринимателей растет год от года, может свидетельствовать о спаде. Да и молодежь все меньше хочет идти в бизнес, предпочитая государственную службу.

"Девальвация — единственный путь спасти добывающую отрасль, снизить их издержки в тенге. Основная себестоимость там — зарплата. У нас ведь никакой модернизации, один ручной труд",— рассказывает гендиректор инвестиционной компании BRB-Invest Галим Хусаинов. Очевидно, что валюты стран, находящихся в едином таможенном пространстве, должны находиться в равновесии. После того как Россия девальвировала рубль, баланс нарушился. "Если девальвировать постепенно, то это, во-первых, дорого — зачем тратить деньги на поддержание курса, который и так надо опустить,— а во-вторых, это разгонит инфляцию: при одномоментной девальвации цены сдержать проще. Кроме того, девальвацию провели в начале года, когда цены на 5-6% и так поднимаются, это компенсирует эффект",— рассуждает Хусаинов. Местные экономисты и банкиры утверждают, что на самом деле тенге девальвирован с запасом, с прицелом на ослабление российской валюты до курса 36-37 рублей за доллар. "Мы с вами в одной лодке",— сказали мне на прощание.