Фестиваль танец
Фото: Коммерсантъ / Юрий Мартьянов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Юрий Мартьянов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Юрий Мартьянов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Юрий Мартьянов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Юрий Мартьянов / купить фото
Фестиваль современной хореографии, арт-директором которого была Диана Вишнева, проходил три дня на трех площадках и оставил у ТАТЬЯНЫ КУЗНЕЦОВОЙ весьма противоречивые впечатления.
Новорожденный "Context. Диана Вишнева" ворвался на московское фестивальное поле решительно и внезапно, перехватив первую половину названия у нового проекта "Золотой маски", а время проведения — у ЦЕХа, многолетнего фестиваля театров танца. Куратор "Контекста" — худрук знаменитой роттердамской Академии танца Самюэль Вюрстен — за три дня успел провести все мероприятия, положенные серьезной образовательной институции: несколько мастер-классов, ток-шоу с участием балетных гранд-дам Дианы Вишневой и Аллы Сигаловой, сеансы серьезных документальных фильмов, гастроли нескольких зарубежных компаний, показы работ молодых российских авторов, поставленных специально для фестиваля, и наконец финальное гала, в котором сама Диана Вишнева танцевала вместе со своим партнером Марсело Гомесом.
Благодаря имени арт-директора "Context. Диана Вишнева" привлек огромное количество светской, сановной и сугубо балетной публики, ранее не проявлявшей особого интереса к современному танцу, и таким образом повысил статус актуальной хореографии в культурной жизни столицы. Подавшие надежду юные хореографы-россияне завоевали путевки в европейскую жизнь: Владимир Варнава получил право пройти курс обучения во Франции у самой Каролин Карлсон, Константин Кейхель приглашен на постановку в Роттердам. Фестиваль обещает стать регулярным — словом, казалось бы, удался по всем статьям.
Во всей этой позитивной отчетности смущает лишь то, что содержимое фестивальной программы трудно назвать актуальным. Куратор Вюрстен отнесся к Москве как к каким-нибудь Тетюшам, не видавшим на своем веку ничего современнее шоу-балета "Тодес" и готовым принять за лидеров современного танца кого угодно. Недооценка зрителей сыграла дурную шутку и с арт-директором фестиваля. Трудно поверить, что Диана Вишнева — балерина, ориентирующаяся в мировых трендах лучше всех своих российских коллег, может счесть, что насквозь вторичная, устаревшая лет тридцать назад продукция труппы англичанина Ричарда Олстона, наивно пытающегося очеловечить абстрактный язык Мерса Каннингема, вписывается в современный контекст. Или что простенького Дэвида Миддендорпа с его полупрофессионалами из нидерландской Korzo producties можно принять за авангардиста лишь потому, что в опусе "Голубое путешествие" он продемонстрировал начальные навыки работы с видеопроекцией. После видеофеерий француза Монтальво, потрясших Москву еще в середине 1990-х, после виртуозной работы Иржи Килиана с виртуальными двойниками его артистов из NDT-III бегающие по заднику тени хореавтора Миддендорпа выглядят первыми строчками танцевального букваря.
Еще один гость фестиваля, израильтянин Барак Маршаль, получив в свое распоряжение превосходных танцовщиков Центра Сюзанны Делаль, так и не сумел распорядиться доставшимся ему актерским богатством. Его спектакль "Петух" сделан с претензией на сюжетность: историю свой жизни и любви главный персонаж рассказывает вербально (скороговоркой по-английски), однако сценического подкрепления (повествовательного, метафорического, аллегорического — какого угодно) его словам нет. Хореограф Маршаль оказался довольно беспомощным режиссером: придумав артистам одинаково дискретную пластическую речь, он не смог распространить ее за рамки синхронных комбинаций и статичных иллюстративных мизансцен.
Из всех фестивальных мероприятий художественным значением могло похвастаться лишь финальный гала-концерт, два отделения которого держались на трех статусных участниках. Отличный танцовщик Эрик Готье отвечал за юмор: две исполненные им миниатюры были действительно забавны, но проходили по той категории, которую во времена моего советского детства называли "эстрадой" — в таком же игрово-танцевальном жанре лет сорок назад порхал легконогий Владимир Шубарин. За современную классику отвечали Диана Вишнева и премьер Американского балетного театра Марсело Гомес, превосходно исполнившие два изумительных, но вовсе не авангардных дуэта (ранние "Облака" Иржи Килиана и "Vertigo" Мауро Бигонцетти — слегка дополненное адажио из его же "Красок Казимира"). Марсело Гомес, ас поддержек и обладатель фантастически надежных рук,— возможно, лучший партнер Дианы: на сцене их всегда накрывает пресловутая "химия". Рядом с этим мощным харизматиком, относящимся к ней с мужской покровительственной нежностью, мировая звезда забывает о своем статусе, превращаясь в многоликую женщину — то ласковую, то требовательную, то беспомощную, то протестующую, то повелевающую.
Третий участник гала — голландская компания Intodans, покорившая Москву почти 11 лет назад, уже 40 лет ухитряется держаться на острие мировой моды. В гала она представила два спектакля: бессюжетную композицию "Польские пьесы" классика европейского балетного авангарда Ханса ван Манена и девятилетней давности "In Memoriam" Сиди Ларби Шеркауи — возможно, лучший балет одного из самых актуальных сегодняшних авторов. Та часть "In Memoriam", в которой танцовщики битых 10 минут кружатся, как дервиши во время мевлевийских радений, на фоне подземных туннелей городских автодорог, уже стала классикой авангарда — теперь мы ее увидели живьем. И пожалуй, только она полностью соответствовала громкому двойному имени фестиваля.