Объявлен шорт-лист ежегодной премии "Сделано в России". Выбрать самое значимое событие в области культуры, науки и спорта можно в интернете на сайте проекта "Сноб". Голосование продлится до начала октября, тогда и будут объявлены победители премии. С руководителем проекта "Сноб" Николаем Усковым встретилась обозреватель "Коммерсантъ FM" Арина Мороз.
Фото: Вячеслав Прокофьев, Коммерсантъ / купить фото
Сейчас среди лидеров актер Данила Козловский, певица Земфира, журналист Роман Супер, детский творческий лагерь "Камчатка", профессор МФТИ Константин Агладзе.
— Николай, я недавно проголосовала за номинантов вашей премии. Не все у нас так плохо — столько событий.
— Событий огромное количество. На самом деле мы — увлеченные политической жизнью люди медиа — не видим, что страна живет какой-то еще жизнью. Оказывается, есть кино, есть спорт, и в нем не только Исинбаева, а еще масса прекрасных людей.
— Оказывается, мы ткани сердца из стволовых клеток выращиваем.
— Да, у нас есть замечательные ученые, у нас даже бизнес вполне себе интеллектуальный, связанный не только с недрами. В общем, картина очень оптимистичная. И время, которое нам выпало, не самое плохое. Мне кажется, что оно очень насыщено именно культурными событиями. Я бы сказал, что, наверное, единственная важная вещь, которая меня лично держит в России — в принципе, я мог бы, наверное, найти себя в какой-нибудь другой стране с легкостью — но, тем не менее, меня держит здесь удивительная насыщенность жизни, в том числе культурной, интеллектуальной жизни. И я полагаю, что это вселяет некую надежду на то, что не все у нас потеряно.
— Но при этом, согласитесь, в ваших комментариях присутствует несколько пессимистичный тон?
— Пессимистичный тон связан с политикой. Но как только мы отвлекаемся от нее, смотрим на то, что происходит в российском театре, кино, литературе... Даже в российской музыке, которая наименее, как мне кажется, сильная сторона. Кстати, музыка всегда России не очень удавалась, за исключением Петра Ильича Чайковского и еще нескольких имен, трудно назвать много. Тем не менее, в некоторых вещах мы абсолютно адекватны нашей традиции. Другое дело, что меня немножко пугает, что мы так сконцентрированы на политической повестке дня и перестали получать просто удовольствие от жизни, а она, тем не менее, прекрасна.
— Это точно. Николай, вы не только руководитель проекта "Сноб", вы пишете книги. Когда следующая?
— Я писал исторические детективы. Сейчас я, наверное, издам публицистическую книгу — я уже начал публиковать в "Снобе" — посвященную русской истории, ключевым темам или вопросам русской истории. Первый вопрос: существует ли русская нация? Следующая тема: отсталость России, насколько Россия отстала, отстала ли она, и вообще правомочен ли такой дискурс, что какая-то страна от кого-то отстала. Россия — самая большая страна в мире, она не обязана ни на кого равняться.
На вопрос очень трудно ответить однозначно. Я могу сказать, что русская нация, какой она видится нынешним идеологам кремлевским, я ее не вижу. Я считаю, это опасно и разрушительно для страны, в которой гражданами на протяжении столетий являются люди другой культуры, другой крови, наши мусульманские собратья, не только Дагестан и Чечня, это и Татарстан, и Калмыкия, и Бурятия. Россия — это всегда многонациональная общность, скорее политический союз, чем этнический. А второй момент по поводу отсталости страны, мне кажется, мы должны четче осознавать, в чем именно заключалась эта отсталость, это некая тайна, которую я хотел бы сохранить.
— Нам чуть-чуть приоткройте.
— Россия не знала римского периода в своей истории. Мы с самого начала оказались в стороне и от очень развитой юриспруденции, от развитой социальной, гражданской структуры, какой являлась Римская империя, вплоть до того, что дороги, которые строят в России, они, к сожалению, я не могу этого показать руками, вогнуты, а дороги, которые строят на территории Римской империи до сих пор выгнутые. У нас вода скапливается посередине, а у них она стекает по краям. Так дороги строили в начале нашей эры римляне, так их продолжают строить на всей территории бывшей Римской империи от Хорватии до Британии. А как только границы Римской империи заканчиваются, дороги начинают строить другим образом. Вот так примерно строят у нас, то есть с ямкой посередине.
— Что интересно, в последнее время как-то особенно часто перекладывают.
— Перекладывают, понятно, почему. Кстати, римскими дорогами до сих пор пользуются на юге Франции и в Италии. Наши дороги необходимо перекладывать еще и потому, что они неправильно выложены.
— Не до такой же степени. Просто у меня под окнами это делают раз в год. Мне это уже начинает надоедать.
— Ровно то же самое происходит и под моими окнами, поверьте. Но помимо бюрократической дурости, которую я бы не недооценивал, значительным фактором является освоение тех или иных финансовых ресурсов.
— Какие у вас еще будут интересные проекты до конца года? Может быть, какие-то планы?
— Главное — это ежемесячный выход журнала. Мы надеемся издать книгу "Все о моем доме", которая должна быть хорошим подарком на Новый год. И нам удалось собрать очень откровенные воспоминания людей о своем доме.
— При этом вы каким-то удивительным образом достаточно известных авторов привлекаете.
— В России, к сожалению, видимо, нет даже площадки, на которой коммерчески востребованные, любопытные литераторы могли бы себя как-то опубликовать. Практически только журнал "Сноб" систематически публикует так называемых модных авторов, но не только модных, а просто людей, которые пользуются какой-то популярностью, более того, не просто публикует, а заказывает им специальные сочинения под те или иные темы.
— Вы оплачиваете этот труд?
— Разумеется. Мы платим не очень много. Несмотря на то, что принадлежим Михаилу Дмитриевичу Прохорову, тем не менее, мы вполне себе коммерческое предприятие, поэтому гонорары у нас скромные. Мы сейчас приступаем к работе над зимним литературным номером. Я бы продолжил эту очень теплую интимную атмосферу, которую мы задали книгой о доме, я бы что-то выбрал из сюжетов, связанных с частной жизнью людей. Это единственное достижение революции 90-х годов.
— Что происходит в вашей частной жизни?
— 2 сентября я иду с сыном в школу. Мы с ним заключили всевозможные пари, тоже жду с нетерпением, сможет ли он их выдержать. Я договорился, что брошу курить к 1 октября, а он выучит тысячу английских слов. В общем, борьба дается и мне, и ему очень тяжело. Но мы ведем эту борьбу.