Фестиваль балет
Фото: danceopen.com
Фото: danceopen.com
Фото: danceopen.com
Фото: danceopen.com
Фото: danceopen.com
В финской Савонлинне в средневековой крепости Святого Олафа проходит фестиваль Dance Open. Рассказывает ОЛЬГА ФЕДОРЧЕНКО.
Концерт в Савонлинне в День взятия Бастилии был облегченной версией апрельского петербургского гала — чуть усеченный состав участников с практически идентичной программой. Поэтому, памятуя о дате концерта и отредактировав бессмертную фразу Сергея Юрского из фильма "Любовь и голуби", участникам российского пресс-тура оставалось только трактовать тематику исполняемых номеров в соответствии с отмечаемой датой.
Так, возможно, экстремистские настроения разъяренного французского пролетариата в 1789 году экстраполировало соло из балета "Барышня и хулиган" в исполнении Антона Корсакова: смачное сплевывание и танцевальные угрозы "щаз в глаз дам!" характерны для маргиналов любой национальности и любой эпохи. Первобытные же истоки любого бунта явственно представлялись в номере "Farewell to the jungle": очаровательный Леонид Сарафанов в одной лишь набедренной повязке уморительно имитировал не то неандертальца, не то Кинг-Конга в младенчестве, пластически определив: любая революция есть торжество диких инстинктов.
Тяжелую долю угнетаемого третьего сословия при желании можно было увидеть в pas de six из балета "Эсмеральда". Страдания главной героини из низов при виде неверного высокородного возлюбленного Яна Саленко донесла до публики с истинным смирением. А ее партнер, артистичный до неприличия Дину Тамазлакару, в маловыигрышной партии непризнанного поэта Гренгуара взял высочайшую эмоциональную ноту концерта.
Славную триаду хитовых pas de deux из "Лебединого озера" (Анна Цыганкова и Мэттью Голдинг), "Корсара" (Анастасия Колегова и Леонид Сарафанов) и "Дон Кихота" (Анастасия и Денис Матвиенко), без которых сложно представить уважающий себя концерт, в рамках заданной темы легко можно было бы трактовать как образец блестящего и холодного придворного искусства, которое безжалостно смело революционное цунами.
Духовная опора революции проявилась в "Lacrimosa" (разумеется, на музыку Моцарта, хореография некоего G. Pandy): раздетый до трусов Мариан Вальтер словно оплакивал души безвинно погибших в годы революционного лихолетья и, судя по проникновенности жестов, печалился о потере собственного гардероба, сгинувшего при погроме его особняка.
Актом благодарности к принимающей финской стороне можно считать "Музыкальную шкатулку" Антона Пимонова на музыку Яна Сибелиуса. Меланхолическая зарисовка о безвольных механических фигурках в финале обернулась крушением розовых надежд благодаря удивительной способности Сабины Яппаровой насыщать обыденную в общем-то хореографию сумеречной ломкостью и хрупкостью.
А дивная Лусия Лакарра вышла в финальном ноймайеровском дуэте из "Дамы с камелиями" (партнер — Марлон Дино). Осознание безнадежной обреченности, отсутствия какого-либо будущего и вследствие этого неконтролируемый всплеск танцевальной экзальтации и страсти привели к ярчайшей эмоциональной вспышке этого вечера.
Сдержанные финны стучали ногами, хлопали в ладоши и вопили, словно японские школьницы на концертах группы "Тату". Организаторы фестиваля Dance Open с облегчением могли выдохнуть: "День взятия Бастилии не впустую прошел!"