Выставка современное искусство
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лекай / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лекай / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лекай / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лекай / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лекай / купить фото
В Московском планетарии открылась выставка "Небосклон": "Крокин-галерея", переезжающая из старого помещения в "музей-квартиру" Константина Батынкова, выставила "космические" работы своих художников. Все художники "Крокина" как на подбор оказались фантастами и романтиками, зачарованными космосом. Рассказывает АННА ТОЛСТОВА.
Чтобы попасть на "Небосклон", надо уйти в глубокое подполье, то есть спуститься в выставочный зал "Уровень 9", он же бывшая подземная парковка Планетария города Москвы. Стены темного коридора, ведущего в подземелье, с обеих сторон прорезаны светящимися часами-иллюминаторами Северина (Пакито) Инфанте, отбрасывающими на пол неоновые тени. На циферблатах — небесная синь в облаках. Циферблаты показывают, что идущий на выставку попадет в особую художественную зону, где время течет по своим космическим законам. Там не будет критического искусства, лозунгов, баррикад, политической сознательности, социальной ответственности, провокаций и деклараций. Там будет много таинственно светящихся объектов и инсталляций, там будет фантазийное, мечтательное и романтическое — такое искусство легко упрекнуть в банальной декоративности, но трудно оценить его коммерческий потенциал. То есть трудно представить себе того нового русского эстета, кто вместо натюрморта в золоченой раме захочет повесить у себя в гостиной медитативный объект Кирилла Александрова: вращающуюся вокруг своей оси алюминиевую пирамиду, грани которой то разворачиваются, то сворачиваются по спирали, как шкурка лимона в "завтраках" Виллема Класа Хеды. У прогрессивного человечества романтизм нынче не в чести — не удивительно, что крокинцы ушли в андерграунд.
Выражаясь высокопарно, на "Небосклон" взошли, вернее, спустились все звезды "Крокин-галереи" — команда представлена практически в полном составе. На дипломатически важной выставке "Русский космос", которую Ольга Свиблова сделала прошлой зимой в Кастелло-ди-Риволи по случаю года России--Италии, преобладали крокинские художники, и теперь понимаешь, что это было не случайно. Галерея покровительствует космизму, понятому весьма широко — в научно-техническом, научно-фантастическом или философском смыслах. Показывать работы, задействованные в свибловском проекте, не стали, тем более что у патентованных космистов наподобие Франциско Инфанте и Нонны Горюновой, усовершенствующих небеса при помощи супрематических радуг, Константина Батынкова, живописующего в гризайлях футуристические парады планет, звездные войны и победы над Солнцем, или Леонида Тишкова, странствующего по каспар-давид-фридриховскому миру с "Частной Луной" и пригоршней созвездий в коробке из-под обуви, всегда найдется что-нибудь еще на заданную тему.
Трактуют ее на все лады. Юрий Аввакумов в ландшафтных фотографиях Игарки с россыпями стразов ищет звездное небо над собой, Александр Пономарев, чертящий астрономическую карту поверх карты мореходной,— под собой, а Сергей Шутов, разводящий психоделические видеоцветы,— внутри себя. Одни, и их большинство — Александр Константинов, Александр Панкин, Платон Инфанте, Владимир Наседкин, Роман Минаев, Кирилл Челушкин,— упражняются в геометрических абстракциях и квазинаучном конструировании, другие — Андрей Филиппов, Аркадий Насонов — упражняются в остроумии. Навалившие в углу кучу огромных куриных яиц Сергей и Татьяна Костриковы вроде бы тоже шутят, но, шутя, напоминают нам про миф о происхождении мира из яйца. Александр Джикия, который мог бы стать величайшим вазописцем Аттики, родись он двумя с половиной тысячелетиями ранее, также интерпретирует тему мифологически, обращаясь к древнегреческой космогонии. Татьяна Баданина, взяв на вооружение леонардовскую инженерию и татлинские утопии, проектирует крылья индивидуального пошива. А Александра Митлянская в меланхолических, как пейзажи "Зеркала" и "Соляриса", видеозарисовках природы, вторя Андрею Тарковскому, говорит, что Земля и есть наш ближний космос. Так что в "Небосклоне", спрятанном глубоко под землей, нет ничего парадоксального.