Иран присоединил неприсоединившихся
Тегеран по максимуму использовал саммит движения
Первое же заседание с участием глав 29 государств и правительств в рамках саммита Движения неприсоединения отметилось скандалом: президент Египта Мохаммед Мурси обвинил режим в Сирии в насилии и деспотизме, делегация из Дамаска в ответ покинула зал. Иран же использовал саммит максимально — заявив о претензиях на роль главного посредника в сирийском конфликте, а заодно заверив мировое сообщество в мирном характере своей ядерной программы.
К визиту Мохаммеда Мурси в Тегеран было приковано особое внимание — после исламской революции 1979 года руководство Египта ни разу не посещало Иран. Нынешний визит стал доказательством стремления Каира к нормализации отношений с Тегераном — именно эта тема стояла в центре вчерашних переговоров между господином Мурси и его иранским коллегой Махмудом Ахмадинежадом.
Впрочем, визит египетской делегации запомнится не только этим. Выступая перед участниками саммита Движения неприсоединения, Мурси в беспрецедентно жестких выражениях осудил «деспотический режим» президента Сирии Башара Асада, «утратившего свою легитимность». «Наша солидарность с борьбой сирийского народа является нравственным долгом, политической и стратегической необходимостью»,— заявил египетский лидер, предупредив, что «насилие не прекратится без вмешательства извне». Он выразил уверенность в том, что уход Башара Асада послужит возрождению Сирии так же, как свержение Хосни Мубарака помогло Египту стать «демократическим государством с гражданским обществом». После таких слов делегация из Дамаска покинула зал заседаний.
Выступление главы Египта произошло на фоне заявлений Ирана о том, что Движение неприсоединения может внести реальный вклад в урегулирование сирийского конфликта. Тегеран выступил с инициативой создания контактной группы по Сирии, которая займется налаживанием контактов между правительством и оппозицией. В новую структуру помимо Ирана войдут Египет и Венесуэла (предыдущий и следующий председатель движения), а также Ливан и Ирак. Жесткость позиции Каира, впрочем, делает эту инициативу практически обреченной на провал.
Тем не менее власти Ирана могут занести завершающийся сегодня саммит в актив — они громко заявили о своих претензиях на роль посредника при урегулировании сирийского конфликта. Кроме того, Тегеран по максимуму использовал представившийся шанс, чтобы заручиться поддержкой третьего мира в конфликте вокруг своей ядерной программы. Духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи большую часть своего вчерашнего выступления посвятил именно этой теме. «Наш девиз таков: ядерная энергия для всех, ядерное оружие — никому. Оно главный и непростительный грех»,— объявил аятолла и заверил: развитие мирного атома Иран будет продолжать несмотря ни на что.
Резкой критике в речи аятоллы подверглись США — за «дерзкое поведение» на международной арене и Совет Безопасности ООН, состав которого «нерационален, несправедлив и абсолютно недемократичен». «Совбез ООН — это явная форма диктатуры. Мир не должен управляться несколькими агрессивными державами»,— провозгласил аятолла Хаменеи под аплодисменты представителей полусотни стран. Явное недовольство читалось на лице, пожалуй, лишь одного человека — генсека ООН Пан Ги Муна, который прилетел в Тегеран вопреки призывам со стороны США и Израиля не делать этого.