• Москва, +6....+11 облачно с прояснениями
    • $ 64,15 USD
    • 72,06 EUR

Коротко


Подробно

Союз читателей

На прогулку с писателями по московским бульварам вышло несколько тысяч человек

Вчера в Москве прошла "Контрольная прогулка" — придуманная писателем Борисом Акуниным протестная акция, не требующая согласования с властями. Призыв прогуляться вывел на улицы столько людей, что они перекрыли движение по московским бульварам. Полиция насчитала в толпе 2 тыс. человек, а корреспондент "Ъ" ОЛЕГ КАШИН — не менее 20 тыс. Правоохранители на сей раз вели себя предельно корректно, то есть никак не вмешивались в происходящее.


Идея "Контрольной прогулки" принадлежала писателю Борису Акунину, который 9 мая написал в своем блоге, что "в городе Москве, оказывается, запрещено гулять по бульварам и скверам", имея в виду массовые задержания прохожих и активистов в ходе протестных акций 6-8 мая. В связи с этим он предложил прогуляться от Пушкинской площади до Чистых прудов. "Цель эксперимента — установить: можно ли все-таки москвичам свободно гулять по собственному городу или нужно получать какой-то специальный пропуск?" — писал Борис Акунин.

По поводу того, сколько людей присоединится к писателям, прогнозы были не вполне радостные — число участников группы "Контрольная прогулка" в Facebook так и не превысило 2 тыс. человек, что по нынешним меркам считается очевидным провалом.

К полудню, когда прогулка должна была начаться, на Пушкинской площади все выглядело именно так, как ожидали пессимисты: журналистов было много, обычных людей мало, из хедлайнеров прогулки был только Дмитрий Быков, вокруг которого толпилось, может быть, 50 поклонников, которым он подписывал не только свои книги, но и книги Бориса Акунина и даже Конституцию РФ.

Чуть в стороне стоял совсем неожиданный для такого мероприятия писатель Александр Проханов, который рассказывал собравшимся вокруг него поклонникам об "организационном оружии", успешно опробованном американцами в Ливии и испытываемом теперь здесь, на Пушкинской площади. "Вы наполнены чувством несправедливости, и это правильно, но не нужно его направлять против государства",— говорил господин Проханов.

На призыв писателей, среди которых был Дмитрий Быков, прогуляться, откликнулись тысячи читателей

На призыв писателей, среди которых был Дмитрий Быков, прогуляться, откликнулись тысячи читателей

Фото: Вячеслав Прокофьев, Коммерсантъ

В начале первого откуда-то вдруг появились Борис Акунин и издатель Сергей Пархоменко (один из основных организаторов декабрьских митингов за честные выборы). Площадь вдруг моментально заполнилась людьми, которые подошли одновременно и со всех сторон. Господин Быков перестал раздавать автографы и вместе с господами Акуниным и Пархоменко пошел вдоль фонтана. Прогулка началась, но тут же уперлась в кинотеатр "Пушкинский", которым заканчивается площадь,— точного маршрута никто не знал. Писатели, к которым присоединился депутат Госдумы Дмитрий Гудков, поднялись на ступени кинотеатра, чтобы объяснить людям, куда нужно идти дальше, но, поскольку прогулка не предусматривает использования звукоусиливающей аппаратуры, нельзя сказать, что кто-нибудь что-нибудь услышал, и люди вышли на проезжую часть внутренней стороны Страстного бульвара.

Движение на Страстном бульваре перекрыто не было — его просто некому было перекрывать, потому что вокруг вообще не было полиции, и можно сказать, что движение перекрылось само собой.

Сергей Пархоменко, который шел впереди толпы с поднятым над головой нарциссом, пояснил, что "движение не перекрыто, но никто не поедет, пока мы не пройдем".

Ровно тогда, когда люди вышли на проезжую часть, стало ясно, что, конечно, никакая это не прогулка. Это можно было бы назвать несанкционированным шествием: да, у его участников не было плакатов и мегафонов, но ведь на Триумфальной площади тоже не бывает плакатов и мегафонов, а полиция все равно всегда разгоняла тех, кто там собирался по 31-м числам.

Настроение участников действительно свидетельствовало, что это прогулка писателей и читателей. "Это прекрасный вечер еврейской поэзии! Тут столько талантливых людей из талантливых семей!" — восхищался главный редактор онлайн-издания "Спутник и погром", названного, по его мнению, двумя самыми известными в мире русскими словами, Егор Просвирнин.

Когда середина шествия дошла до Трубной площади, толпа вдруг начала аплодировать. "Кому хлопают? Латыниной?" — спросил кто-то. Публицист Юлия Латынина действительно появилась на бульваре, но аплодировали не ей, а сами себе. От Трубной площади Рождественский и Петровский бульвары поднимаются вверх, и поэтому именно из этой точки было лучше всего видно обе стороны Бульварного кольца — бульвары были заполнены людьми буквально до горизонта.

Именно в этот момент в соцсетях появились сообщения о том, что голова колонны дошла до Чистых прудов, и именно в этот момент ГУ МВД по Москве сообщило об 1 тыс. участников прогулки. Через час полиция удвоит эту цифру. От Пушкинской до Чистых прудов — 3 км. Если считать средней шириной проезжей части 7 м (стандартная московская двухполосная улица), то получится, что люди заняли площадь, превышающую 20 тыс. кв. м. То есть на прогулку вышло как минимум 20 тыс. человек (из расчета один человек на 1 кв. м).

Конечной точкой движения, по замыслу Бориса Акунина, был памятник Александру Грибоедову, и уже у станции метро "Чистые пруды" люди начали расходиться. Это был наименее продуманный момент прогулки: никто не объяснил, чем она должна закончиться — хоть митингом, хоть автограф-сессией. В итоге дальше по Чистопрудному бульвару догадалась пойти примерно треть всех участников прогулки. Но и те, кто пошел к лагерю у памятника Абаю, не обнаружили там никакого логического завершения прогулки. Лагерь жил своей жизнью, ел бутерброды и пел под гитару песни группы "Ноль". Дмитрий Гудков и Сергей Пархоменко встали на возвышении у памятника, где уже стоял руководитель лагеря Илья Яшин, и господин Пархоменко произнес небольшую речь о том, что до сих пор, чтобы пройти по Москве, нужно было вести переговоры с мэрией, что-то согласовывать, "как будто так и надо, а так не надо". "Мы поступили по закону, и у нас получилось. Сегодня закон в России восстановлен!" — сказал Сергей Пархоменко. Ему зааплодировали, и в этот же момент из толпы в людей, стоящих перед памятником, полетел помидор, а потом еще один — оба в постамент. "Разберитесь с метателем помидора, он опять не попал! — кричал господин Пархоменко и, уже обращаясь к бросавшему: — А яйца у тебя есть? Нет у тебя яиц!" "Только без насилия, только без насилия!" — просил Дмитрий Гудков активистов, которые уже поймали провокатора и пришли к выводу, что это "нашист". Вывод был ошибочным, просто уже выросло поколение активистов, которые не помнят лидера группировки радикальных поклонников Сталина "Красный блицкриг" Андрея Морозова по прозвищу Бойцовый Кот Мурз. В 2005 году, когда Илья Яшин был лидером "Молодежного Яблока", во время очередного антипутинского митинга Мурз впервые бросил помидор в господина Яшина. Прошло семь лет, Илья Яшин уже не в "Яблоке", а Мурз даже успел отсидеть два года в колонии за обстрел районного офиса "Единой России" из обреза, и вот годы спустя господин Морозов снова бросил помидор в господина Яшина и снова не попал. "Это мой старый друг, террорист Иван Помидоров",— в голосе господина Яшина можно было уловить сентиментальную нотку.


  • Всего документов:
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение