— Закончили ли уже в "Интер РАО" сбор затребованной правительством информации, сколько времени это заняло?
— "Интер РАО" выполнило требования правительства и Минэнерго по раскрытию бенефициаров наших контрагентов. Мы закончили сбор основного массива информации, но работу в этом направлении продолжаем, поскольку теперь предоставление соответствующей информации стало регулярным. Совет директоров принял необходимые решения, по которым раскрытие бенефициаров включено в наши внутренние нормативные акты по закупкам. Все контрагенты при заключении договоров с компаниями группы "Интер РАО" должны представлять исчерпывающую информацию о своих конечных владельцах. Вся эта информация регистрируется в специальной базе и доступна для анализа.
— Что вызвало наибольшие сложности в сборе этой информации? Насколько охотно российские и зарубежные контрагенты шли на раскрытие структуры собственности?
— В основном контрагенты относятся к этому с пониманием. Конечно, такая масштабная работа проводится впервые. Поэтому наибольшие сложности вызвали краткие сроки сбора такого масштабного массива информации. Зарубежным контрагентам потребовалось дополнительное время на сбор и обработку информации, а также анализ на предмет соответствия законодательству соответствующих стран. Сроки пересылки официальных писем по почте также увеличили время сбора сведений. У многих контрагентов были затруднения с раскрытием персональных данных бенефициаров: у кого-то нет к ним доступа, кто-то принципиально отказался. По консалтинговым компаниям, банкам и СМИ мы запросили у Минэнерго дополнительные разъяснения по форме и объему предоставления информации. Сейчас работа идет в текущем режиме и не вызывает сложностей.
Иностранные контрагенты, как и российские, с пониманием отнеслись к нашим запросам. Самыми дисциплинированными оказались контрагенты из сопредельных стран, с которыми у нас в общем-то и заключена основная масса договоров. Конечно, ряд компаний отказались раскрывать информацию о своих владельцах. Среди них есть и иностранные — их законодательство не предусматривает обязательное раскрытие такой информации. По ним мы обратились за дополнительными разъяснениями в Минэнерго. Надо сказать, что доля таких компаний очень мала.
— Какие проблемы юридического характера выявились в рамках антикоррупционной кампании?
— Если мы говорим о декларировании данных топ-менеджерами, то основные затруднения вызвало отсутствие в российском законодательстве требования о раскрытии персональных и иных данных родственниками топ-менеджеров. У кого-то сложные отношения в семье, отсутствует общение с родственниками, отсутствуют некоторые данные в принципе — например, ИНН у пенсионеров или несовершеннолетних детей и т. п. У многих вызвала опасение сама возможность утечки информации. Также, очевидно, препятствовало несовершенство налоговой базы ЕГРЮЛ. Она зачастую обладала устаревшими по сравнению с подаваемыми нами данными, что приводило к нестыковкам и противоречиям. Но сейчас эта работа перешла в плановый режим, многие проблемы снимаются в рабочем порядке.
— Приходилось ли разрывать контракты с партнерами, не предоставившими информацию, или с контрагентами, которые оказались аффилированы с менеджментом?
— Мы открыли горячую линию борьбы с коррупцией, которая помогает нам получать информацию о возможных фактах коррупции. Мы продолжаем проверку некоторых таких фактов в дочерних структурах. Некоторые из них формально подпадают под понятие аффилированности (например, компания родственника топ-менеджера имеет договоры со структурами группы "Интер РАО"), но на деле никаких преференций не имеют — аналогичные договоры с другими компаниями заключены на тех же условиях. Формально — да, по сути — нет. Определяющими для нас в этом случае являются два фактора: экономическая целесообразность расторжения договора и масштаб юридических последствий. Мы продолжаем проверки и будем осуществлять их регулярно.
— Была ли выявлена аффилированность менеджеров группы с коммерческими контрагентами "Интер РАО"? Если такие факты были, то какие меры приняты? Был ли зафиксирован ущерб, нанесенный компании этими фактами?
— В данный момент мы проводим проверки по некоторым таким фактам. Поймите правильно, рассказывать о них сейчас преждевременно. Если факты подтвердятся, мы передадим материалы в компетентные органы, которые вместе с судом и дадут окончательную юридическую и моральную оценку происшедшему. Пока неоспоримых случаев коррупции, а соответственно, и ущерба компании у нас не обнаружено.