Премьера кино
Завтра в прокат выходит киносборник историй о мужской неверности "Право на "лево"" (Les infideles), отражающих очень французский, то есть веселый и гедонистический, взгляд на проблему адюльтера. Главная его проблема, по мнению авторов фильма, заключается в том, что переспать со всеми нельзя, но никакие брачные узы не мешают к этому стремиться,— всеобъемлющему сексуальному аппетиту французов отдает должное ЛИДИЯ МАСЛОВА.
"Право на "лево"" — фильм довольно плотный и цельный, не распадающийся, как это бывает с альманахами, на стилистически и интонационно разнородные куски. Единство прежде всего обеспечивают снявшиеся в главных ролях во всех шести новеллах оскароносец Жан Дюжарден и типажно очень похожий на него, хотя и не такой красивый Жиль Леллуш. Они также значатся и среди авторов сценария, который вроде бы пытается по-всякому повертеть тему измены, рассмотрев ее с разных сторон, в том числе и болезненных, и печальных, и трогательных, но, как ни крути, с любой стороны выходит жизнеутверждающий анекдот — и если есть в нем некая доля серьезности, то лишь для того, чтобы как следует подготовить финальный взрыв хохота.
В первой новелле, срежиссированной Фредом Кавайе, два друга пытаются порассуждать о том, почему их обоих так тянет налево из семьи. "Почему я в понедельник хочу побыть дома с женой, детьми, посмотреть кино, как нормальные люди, а уже в среду — поиметь всю Францию?" — задается риторическим вопросом персонаж Жиля Леллуша, которого в глубине души на самом деле больше тревожит совсем другое: то, что жена ревнует его гораздо меньше, чем ему хотелось бы. А его друга, бодро настаивающего на том, что моногамия вообще чушь собачья, гложет своя тайная забота: он беспокоится об уже замаячившей на горизонте старости.
Уходящее время, которое грех упускать, станет лейтмотивом, сопровождающим героя Жана Дюжардена и в другой новелле (режиссера Мишеля Хазанавичюса), где командированный специалист по азотным удобрениям проводит последнюю перед возвращением в семью ночь в судорожных поисках секса по всей гостинице, однако оказывается всеобщим посмешищем и утешается одинокой мастурбацией в ванной. Между тем инвалид-колясочник, которого играет Жиль Леллуш, пользуется у участниц химического семинара невероятным успехом. Зато в третьей новелле под названием "Лолита" (режиссер Эрик Лартиго) о том, как утомительно 40-летнему семьянину гулять с 19-летней студенткой, дюжарденовский герой берет своеобразный реванш и предстает в образе вечно молодого завсегдатая ночных клубов, пытающегося опровергнуть все эти надоевшие буржуазные жизненные установки, непременно требующие от мужчины сделать карьеру и обзавестись семьей.
Сексистский характер "Права на "лево"" очевиден — тот единственный раз, когда слово предоставляется женщине-режиссеру (в новелле Эмманюэль Берко "Вопрос"), фильм дает небольшой сбой в сентиментальность, который выглядит как не очень убедительное проявление вежливости: не такие, мол, мы и бесчувственные скоты, у которых одно на уме, и женское "право на "лево"" тоже стараемся уважать. Однако женщина (жену героя Жана Дюжардена играет его жена и по жизни Александра Лами) выглядит тут скорее как досадное непреодолимое обстоятельство, заставляющее мужчину вести себя не так, как ему свойственно по природе, и вносящее в семейные отношения ненужные сложности и надрыв. В "Вопросе" муж и жена, долгое время прожившие безмятежно по принципу "меньше знаешь — лучше спишь", решают вдруг признаться друг другу в изменах, не исключено, что воображаемых, и ссорятся чуть ли не до драки — но лишь для того, чтобы убедиться в обоюдной любви. За чувствительной новеллой очень удачно вставлена для контраста небольшая интермедия, окрашенная самым черным юмором, так что в целом "Право на "лево"" хоть и подпускает иногда грустную нотку, но в целом сохраняет эмоциональный баланс с уклоном в позитив.
Довольно назойливым раздражающим фактором выступает слабый пол и в новелле Александра Курте "Анонимные изменщики" — на занятиях анонимных сексоголиков женщина-психолог пытается вправить мозги нескольким неисправимым ходокам, однако на следующее занятие к ней уже никто не приходит. Видимо, все участники слишком быстро разобрались в себе и, наверное, готовы успокоиться афористичным оправданием, найденным одним из них: "Я не то чтобы неверен — я просто верен самому себе". У создателей фильма с верностью самим себе тоже все в порядке: итоговая новелла "Лас-Вегас", которая у людей более добропорядочных могла бы содержать хоть малейшую мораль, хоть намек на то, что изменять все-таки нехорошо, у авторов "Права на "лево"", наоборот, расширяет границы допустимого и доказывает, что хороший "левак" не только укрепляет брак, но и дружбу поднимает на совершенно новый уровень.