Митинг "За честные выборы" на Пушкинской площади прошел в строгом соответствии с традициями протестных акций прошлых лет: Сергей Удальцов отказывается уходить с площади, ОМОН разгоняет и задерживает, оппозиция уходит на Триумфальную. Спецкор ИД "Коммерсантъ" Олег Кашин считает, что протестная карета превратилась в тыкву, но разочаровываться не стоит.
10 декабря прошлого года на Болотной площади я встретил знакомого польского журналиста Вацлава Радзивиновича, он сильно старше меня, буквально в отцы мне годится, и он сказал мне, что он очень рад присутствовать на этом митинге, потому что это то ли седьмая, то ли восьмая революция в его жизни. Я понимающе переспросил о предыдущих: Украина, Грузия, Сербия или более ранние Чехословакия и Румыния? Он ответил: "Нет", –– и начал перечислять –– 1970 год, Варшава, 1970 год, Гданьск и далее вплоть до победы "Солидарности" в 1989 году.
Я потом рассказывал эту историю коллегам как пример такого почти пародийного преувеличенного патриотизма, свойственного некоторым полякам. Сегодня я смотрю на эту историю уже совсем не как анекдот, и встретив того же журналиста на Пушкинской площади, я сказал ему, что, наверное, происходящее сейчас в Москве похоже на польские волнения в начале семидесятых, когда до настоящих перемен остается еще почти двадцать лет, и впереди еще и Ярузельский с военным положением, и достаточно скучный и кропотливый процесс гражданской самоорганизации. Поляк ответил, что я пессимист, и что если сравнивать с Польшей, то в России сейчас, может быть, 1983 год. Ну, хорошо, может быть, пускай будет 1983-й, до настоящих перемен все равно еще далеко.
И это вчера, кажется, почувствовали все; один из ораторов на Пушкинской сформулировал это осторожно, мол, протестующие немного переоценили свои силы. Наверное, что-то похожее чувствовала Золушка, когда ее карета превратилась в тыкву. Не знаю, в какой мере действия протестующих были спонтанными, а в какой спланированными, но выглядело все как такое дружное возвращение в те времена, которые были до декабря.
Удальцов залезает в фонтан и не хочет из него уходить? Это ровно то, чем Удальцов занимался как минимум последние пять лет. Протестующие с Пушкинской идут на Триумфальную? Как будто ноги сами ведут их в главное протестное место позапрошлого года, где немногочисленность митингов компенсировалась жестокостью ОМОНа. И, собственно, ОМОН, совсем не похожий на ту вежливую и предупредительную полицию, к которой с декабря участники митингов успели привыкнуть на Болотной и проспекте Сахарова.
Я не готов назвать чувство разочарования всеобщим. Вот, например, Борис Немцов, которого я видел уже ночью возле ОВД, в котором оформляли протоколы на задержанных, полон оптимизма и обещает еще митинговать, митинговать и митинговать. Но в любом случае чувство разочарования очень распространено среди тех, кто был на Пушкинской или даже предпочел вообще на нее не ходить из тех же разочарованных соображений. Наверное, это чувство оправданно, но очень бы хотелось, чтобы, прощаясь со скопившимися за эти три месяца иллюзиями, люди, которые ходили митинговать, не записали бы в иллюзии свои настоящие, а не придуманные достижения.
Иллюзией совершенно точно нельзя назвать, например, массовое участие самых разных людей в выборах в качестве наблюдателей. Такого раньше не было вообще никогда, а сегодня выражение "член избиркома с правом совещательного голоса" звучит так же обыденно, как если бы речь шла о походе в кино. И, между прочим, у любого жизненного опыта есть очень правильное и полезное свойство –– он никогда никуда не исчезает.
Мой знакомый польский журналист, перечисляя пережитые им польские революции, наверняка что-то такое и имел в виду.
"Протестное движение сойдет на нет?" Такой опрос проводит "Коммерсантъ FM" на своей странице в Facebook. Проголосовать и поделиться мнением можете и вы.
© 1991–2013 ЗАО «Коммерсантъ. Издательский дом». All rights reserved.
