Коротко


Подробно

Из лесу вышла

Евгения Чирикова как символ взросления гражданского общества. Очерк Павла Шеремета

На политическую авансцену уходящего года на смену партийным функционерам пришли гражданские активисты. Символ этих перемен — Евгения Чирикова, лидер защитников Химкинского леса


Павел Шеремет


Почему-то всех интересует психическое здоровье Евгении Чириковой из города Химки. "А она случайно не сошла с ума?" — осторожно спрашивают те, кто симпатизирует ее борьбе за Химкинский лес. "Нет, ну она же сумасшедшая",— ставят свой точный диагноз чиновники, которых раздражает ее политическая активность. Откровенные враги Чириковой пишут, что она предатель Родины, продавшийся американцам, и почему-то тоже намекают на проблемы со здоровьем — "пять черепно-мозговых травм". В этом медицинском споре Чириковой крыть нечем — справки у нее нет. Правда, черепно-мозговых травм, к счастью, тоже не было. Один раз поранила ногу, когда с товарищами по борьбе встала на пути бульдозеров. Второй раз ее слегка задело щепой, ведь когда лес рубят, щепки летят.

Чирикова еще легко отделалась. Главного редактора газеты "Химкинская правда" Михаила Бекетова, критиковавшего городскую и областную администрации за вырубку леса в Химках под строительство трассы Москва — Санкт-Петербург, чуть не убили в ноябре 2008 года, превратив в инвалида. Другого химкинского активиста Константина Фетисова избили в ноябре 2010 года. Его били бейсбольной битой по голове. Фетисов несколько месяцев провел в коме. Преступления до сих пор не раскрыты. Евгении тоже много раз угрожали. "Поскольку я не альфа-самец, то они долго думали, что я не представляю для них серьезной опасности, потому они меня долго и не трогали,— считает лидер движения "Экологическая оборона Московской области" и незарегистрированного "Движения в защиту Химкинского леса".— Черчилль тоже считал Ганди грязным туземцем". Она часто вспоминает Ганди, это ее кумир. Евгения начинала как защитник леса, который напротив дома. Теперь она замахнулась на политические перемены в рамках всей страны.

Евгения Чирикова — председатель координационного совета всех региональных общественных организаций России. Разговаривать с ней сложно, потому что каждые пять минут раздается телефонный звонок. Звонят отовсюду, где вырубают лес или наступают на права простых россиян. А еще надо мирить поссорившихся из-за фломастера дочерей, объяснить старшей, десятилетней Лизе, почему она должна быть терпимее к сестре, и уговорить младшую, пятилетнюю Сашу, не прыгать со второго яруса на кровать Лизе, потому что Лизу надо беречь, ведь она простудилась и плохо себя чувствует. Она переписывается с женой Навального и женой Удальцова, пытаясь координировать помощь их мужьям, находящимся за решеткой, и согласовывает какие-то заявления накануне очередной акции протеста по итогам парламентских выборов.

Мы пьем чай на крохотной кухне двухкомнатной хрущевки, обсуждаем "преступления режима", периодически отвлекаясь на каракули, которые нам подсовывает на листке Саша,— "папа, мама, Лиза, елка". Дешевый канделябр на столе на три свечи придает нашим посиделкам с чаем и бутербродами с колбасой немного торжественности. "Я социально успешный тип. У меня есть все для счастья: квартира, машина, семья, работа,— Женя нарезает колбасу толстыми кусками.— Обычно мы колбасу не едим, но сейчас трудные времена — в стране революция, поэтому готовить не всегда успеваю". В начале года детей пытались из семьи забрать. 21 февраля 2011 года районные органы опеки могли отобрать у нее детей по причине того, что родители якобы систематически истязают детей, морят голодом, а также "поддерживают знакомство с сомнительными личностями".

— Мы предложили Медведеву тогда 11 альтернативных вариантов строительства дороги. И тут же пришли за детьми. Первая реакция — паника, а потом мне стало дико гневно (так и сказала).

Детей тогда всем миром отбили, но здесь уже давно живут с ощущением того, что опасность всегда рядом. Это типичная квартира московских интеллигентов, заставленная книжными полками и заполненная всякими любопытными, порой ненужными вещами. Если Чирикова и продалась "мировой закулисе", то умело это скрывает. Под столом на кухне шуршит белая крыса Крис, а гордость семьи — огромный аквариум с морскими рыбками.

Они переехали в Химки из Москвы в 1998 году, хотели вырваться с мужем из душного города поближе к природе, ради детей и их здоровья. До 25 лет Евгения вообще не интересовалась политикой и честно признается, что с трудом отличала Зюганова от Жириновского. Она родилась в интеллигентной семье. Папа — кандидат физико-математических наук, преподаватель МИФИ, мама — госслужащая. И Евгения — не главный в семье отщепенец. Дима Чириков, младший брат, ослушался родителей и не стал инженером. Он талантливый фокусник. Недавно выиграл телевизионный конкурс магов и фокусников. Премирован поездкой на Международный конкурс фокусников в Монте-Карло. "Я ему сказала: "Митя, будь уникальным, инженеров много, а фокусников мало, и если тебе это дано, то не надо это зарывать. Вот это удар был для родителей!"" — смеется Евгения. Она-то была прилежным ребенком и большую часть жизни прожила по заветам старших.

В 1994 году Женя окончила литературный класс школы N 201 им. 3ои и Александра Космодемьянских, в 2000 году окончила два факультета Московского авиационного института — инженерный, по специальности "Двигатели летательных аппаратов", и экономический. И муж у Евгении — Михаил Матвеев — серьезный, кандидат физико-математических наук. "Когда мы познакомились, мне было 20 лет и моей мечтой были красивые ногти, высокие каблуки и белый офис. Я была абсолютным обывателем, лишенным каких-либо политических амбиций. Это все было мне чуждо. А муж мне показал другой мир. У него огромный мозг",— признается Чирикова. У них в семье все в порядке, полная гармония, и борьбу свою за Химкинский лес они ведут вдвоем, просто он — мозг, а она — душа этой борьбы.

Они и есть ответ на вопрос, как рождаются подобные гражданские активисты.

Неожиданно и незаметно.

Младшая дочь Саша — ровесница борьбы за Химкинский лес. Когда Женя была беременна Сашей и каждый день гуляла в лесу, она заметила странные метки на деревьях. Оказалось, что через лес собираются прокладывать огромную автостраду, фактически под окнами их дома. Борьбу за лес начали с листовок, которые распечатывали в квартире на принтере и сами расклеивали по району.

— Я маленький человек из Химок и меня не спросили, когда начали строить эту дорогу и рубить лес. Я окончила литературный класс и все хорошо знаю про маленького человека. Я тот самый Акакий Акакиевич из гоголевской "Шинели", которого не спросили, но у которого сейчас есть интернет и голова на плечах. Я не понимаю людей, которые призывают смириться. Нынешние хозяева жизни начнут с малого — отбирать природные богатства, а чем они закончат, я не знаю,— Евгения говорит так, словно она на митинге,— резко, убежденно и напористо.

"Маленький человек из Химок" сумела сплотить вокруг себя немало таких же "маленьких людей", которых власть не замечает. Она баллотировалась в мэры Химок, строила баррикады в лесу, отбивалась от каких-то боевиков в маскхалатах, потом отбивалась от милиции и ОМОНа. Простые жители Химок на какое-то время остановили стройку. Они вынудили власть обсуждать альтернативные варианты прокладки дороги. Да что там обсуждать, хотя бы обратить внимание на копошащихся где-то внизу, на земле, "дорогих россиян".

Но государственная комиссия во главе с вице-премьером Сергеем Ивановым отвергла все альтернативные варианты строительства и год назад решила, что скоростная трасса Москва — Санкт-Петербург будет проложена все-таки через Химкинский лес. Тогда же Чирикова от лица всех местных активистов заявила: "Мы начинаем политическую борьбу".

— Я представитель среднего класса. Я могу купить квартиру, машину, детям хорошее образование, а себе — хорошую медицину. Но воздух я себе купить не могу и эмигрировать из страны я не хочу. Я не хочу им уступать. Я один раз уступила, я уехала из Москвы, потому что там стало невозможно жить, а сейчас меня выдавливают и отсюда. Я не хочу всю жизнь бежать,— поясняет она свои мотивы.

Бунт маленького человека, даже бунт маленькой хрупкой женщины может вырасти в нечто заметное.

В марте 2011 года Евгения Чирикова встретилась с вице-президентом США Джозефом Байденом во время его визита в Россию. Чирикова рассказала ему об альтернативных вариантах маршрута трассы, предлагаемых экологами. Джозеф Байден вручил Евгении Чириковой награду "За храбрость" (Woman of Courage Award). В мае защитники леса вновь разбили лагерь на вырубке и начали останавливать технику. Даже сейчас круглые сутки в лагере кто-то дежурит.

Вот, например, Андрей Татищев. Он вернулся в Россию из Германии. У него небольшой бизнес и квартира в Москве, но несколько раз в неделю он заступает на вахту в лагере. Он чувствует себя в лесу человеком, который делает действительно что-то важное и серьезное в жизни. "Наш опыт всем нужен, ведь кому-то не хватает слов, а кому-то энергии для защиты своих прав",— говорит Андрей. Люди из Химок и даже из Москвы привозят в лес еду, кто-то теплые вещи. Пока мы разговаривали, пришла какая-то пенсионерка. Она специально пожарила блины, а сторожевому псу Биму принесла кости: "Ну вы не побрезгуйте-то, я все сама сделала. И кости хорошие, холодец шесть часов варила". Угостила нас блинами, покормила собаку и тихонько пошла домой.

— Но ведь и сумасшедшие сюда приходят?

— У нас в лесу нет сумасшедших. Сумасшедшие не приживаются, потому что они не способны на системные действия. Нормальный человек, доведенный до определенного состояния, может многое сделать. Мир потому такой интересный, что он разный. И я благодарна всем людям, которые защищают наш любимый лес. Какая разница, как выглядит человек, который защищает себя или встал на твою защиту, какая разница, какое у него лицо",— резко говорит Чирикова и тут же вспоминает своего кумира — Ганди.— На время борьбы все забывали про свою разность, потому что когда тебя грабят, то мы все вместе против воров и жуликов. Мне не интересно разделение, мне интересно то, что объединяет людей. Настоящая демократия — это когда все вместе, и надо доверять людям, они сами прекрасно разберутся и сами поставят свои оценки.

Летом Чирикова провела в Химкинском лесу гражданский форум "Антиселигер", как ответ на акции движения "Наши". Прямо в лесу, на сцене выступали уважаемые общественные деятели. Она же вместе с Алексеем Навальным была инициатором гражданского форума "Последняя осень".

Мы постепенно привыкли, что политиков в России заменили чиновники, а партии превратились в клубы художественной самодеятельности (один только Жириновский чего стоит). Но за последний год в активной жизни место осточертевших политиков заняли гражданские активисты. И в этом тоже есть большая заслуга этой молодой женщины.

— Из меня лепят образ сумасшедшей революционерки. А я спокойная, тихая девушка, 13 лет живу в браке с одним человеком. И я обычный человек, каких много, который занимается отстаиванием своих прав. Я знаю женщин, которые борются за нормальную медицину. Я знаю много людей, усыновивших детей, и они теперь борются с этой чудовищной системой, которая не дает им нормально этих детей воспитывать и может в любой момент отнять. Я знаю людей, которые борются за культурное наследие. Абсолютно нормальные семьи. Нас демонизируют. Самое естественное, что может делать человек,— это защищать то место, где он живет,— уверена Евгения Чирикова.

Она сейчас захвачена идеей солидарности разных людей. Только об этом и говорит:

— Самое хорошее, что произошло в этом году,— это объединяющие нас дела. Мы, защитники Химкинского леса, первыми начали процесс сплочения разных людей. Только разные люди могут совершить феерию. Невозможно сделать что-то грандиозное, серьезные преобразования в стране, не подключая к процессу многих и разных. Мы не гнали никого из нашего лагеря, у нас и правые, и левые, и все вместе.

Кроме вопросов о психическом здоровье активистку Чирикову всегда спрашивают о том, кто финансирует ее борьбу, на какие деньги она живет. Она ничего не скрывает. Вместе с мужем создали небольшую инженерную компанию, которая занимается защитой аппаратуры электроподстанций. Говорит, бизнес бы давно забрали, если бы сидели тихо и не сопротивлялись.

— Без мужа я бы не могла этим заниматься, если бы он меня не поддерживал. Я знаю семьи людей, которые борются за свои права. Это молодые семьи. Они не работают поодиночке. У меня муж математик, аналитик, он не трибун, а у меня характер другой, поэтому я на виду. Он очень интересный человек, не одномерный. Он занимался математикой XXI века. Мы много говорим про религию и литературу. Мне с ним очень интересно. Жаль, что мои родители не являются борцами и бойцами, как мой муж. В прошлом году он пошел на разведку в лес, на него напали, надели на голову пакет, избили, сломали ребра. Но он не сдается.

Евгения производит впечатление вполне себе счастливого человека, она много смеется и, кажется, никогда не унывает: "У меня все есть, я социально скомпенсирована. Мне ничего не надо. Мне уже хочется, чтобы была нормальная страна. И я очень боюсь революций в России. Но еще больше я боюсь глухоты властей, потому что это приводит к революциям и уродству". Честно признается, что бывают периоды, когда они с мужем устают от борьбы, и тогда кажется, что бетонную стену лбом не пробьешь. "Но тут происходит чудо!" — она верит в перемены, верит в чудо и в то, что это чудо люди могут приблизить сами.

Евгения Чирикова, безусловно, не совсем нормальная, если считать нормой робкую жизнь маленького человека.

Сделай сам

Достижения

Россияне научились замещать государство там, где оно не хочет работать. "Огонек" вспомнил знаковые гражданские инициативы минувшего года


Защита лесов


После небывалой засухи 2010 года, из-за которой сотни тысяч гектаров леса были охвачены огнем, стало ясно, что государственные природоохранные органы работают из рук вон плохо. Люди тушили торфяники и спасали леса своими силами. В 2011 году дружины добровольцев и активисты "Гринписа" снова доказали свою слаженность: они первыми сообщили о возникших пожарах и уличили МЧС в замалчивании правды.

Карта помощи


Стихийные бедствия, будь то лесные пожары или ледяной дождь, затрагивали сотни населенных пунктов в России. Инертная госмашина не спешила с адресной помощью погорельцам или людям, зимой оставшимся без электричества. Этим занялись другие граждане: в блогах собирали информацию о нуждающихся и отправлялись в спасательные экспедиции. Заработали сайты "Карта помощи погорельцам" и "Карта помощи в холода", позволившие людям напрямую обмениваться информацией.

Поиск детей


Случаи пропажи детей, на которые государство не обращает внимания, породили движение "Лиза Алерт" — поисково-спасательный отряд добровольцев. Название движение получило в честь Лизы Фомкиной, девочки, которая заблудилась в лесу в 2010 году и погибла спустя девять дней, потому что ее слишком поздно начали искать. За это время отряд 60 раз выходил на поиски людей, в 2011 году стал призером премии "Ротор" в номинации "Интернет-сообщество года" и получил медаль от уполномоченного по правам человека РФ.

Страна без наркотиков


Фонд "Город без наркотиков" возник в Екатеринбурге силами местного общественного деятеля Евгения Ройзмана в 1999 году. Жители города, возмущенные бездействием властей, сами стали бороться с наркоторговцами. Им удалось отправить за решетку почти 2 тысячи "баронов", снабжавших Екатеринбург наркотиками. Летом 2011 года Евгений Ройзман решил распространить опыт уральского города на всю Россию, создав фонд "Страна без наркотиков": теперь добровольцы могут координированно вычислять и преследовать преступников.

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение