Дмитрий Медведев предложил Владимиру Путину участвовать в выборах главы государства. Сам президент собирается пойти в правительство. Медведев намерен возглавить избирательный список единороссов на выборах в Госдуму. Ведущий "Коммерсантъ FM" Наиль Губаев взял комментарий у экс-премьера, лидера Российского народно-демократического союза Михаила Касьянова.
— Итак, тандем сохранен, участники меняются местами. Ожидали такой рокировки?
— Я ожидал, что Путин пойдет в президенты. Немножко с улыбкой услышал, что его выдвинул Медведев. Но удивлен тем, что Медведев станет премьером. Это, конечно, говорит о том, что эти ребята над всеми нами издеваются, устраивают цирк. И это просто, конечно, смешно. Я думаю, что многие люди сейчас прозреют и поймут, где они живут, в какой стране и кто нами правит.
— Почему у вас вызвало такую реакцию именно премьерство Медведева, а не даже президентство Путина?
— Потому что Медведев не является самостоятельной фигурой.
— Михаил Михайлович, премьер всегда в России был, в общем-то, технической фигурой…
— Это не так.
— Не хотел вас обидеть.
— Я не про себя. Это не так в том плане, что тандем, как вы его называете, — это равенство. А здесь равенства никакого нет. Тем не менее, эта парочка пытается сохранить всю эту систему. И фактически консолидирует страну и ускоряет коллапс, а он неизбежен, это так. Поэтому самый жесткий, самый плохой для страны сценарий, он более ясен, поскольку коллапс наступит быстрее, чем при Медведеве или каком-то еще президенте. Но то, что сам сценарий нам предлагают для развития — это не развитие, а загнивание, это факт. И поэтому мы все должны быть готовы.
И сегодня здесь на съезде ПАРНАС как раз это мы и обсуждаем, когда будет коллапс этой системы и кто эту власть подхватит. Подхватит, я имею в виду, легитимность управления страной и предотвращение беспорядков и погромов в стране.
— Понятно. Не будем пока о мрачном. Вот как вы думаете, тандем будет действителен до выборов в Госдуму 2016 года или до следующих выборов главы государства 2018 года?
— Я думаю, что до выборов и 2016-го, и 2018-го страна просто не доживет. И про тандем мы забудем через три года.
— Понятно. Какой будет международная реакция на сегодняшнее заявление, как вы думаете?
— Это будет некое отрезвление, которое уже наступает в западных правительствах и западных политических кругах, которые еще пребывали в неких иллюзиях, несмотря на наши разъяснения. Я два года точно об этом говорю, что Путин собирался быть президентом, и ничего это не изменит. Но и в России, и за рубежом люди пребывают еще в неких иллюзиях того, что может быть какая-то либерализация. Сегодня ясность наступила — час Х. Скоро будет час Y.
— И к конкретным предложениям. Путин сегодня говорил про богатых, в частности, о необходимости увеличения налога для богатых. Как вы думаете, до этого дойдет реально? Или это такой предвыборный популизм?
— Первое, о чем я думаю: следующий год будет посвящен разделу оставшегося государственного имущества. В течение года быстро разорвут. И после этого могут начаться некие преобразования, поскольку за последние два года количество долларовых миллиардеров в стране выросло и разрыв увеличился еще больше, то эта мера и разговор о ней, прежде всего, просто необходимы. Поэтому на протяжении года, до сентября следующего года, будут разговоры. В сентябре следующего года посмотрим, дойдет ли дело до реальных действий, я имею в виду какие-то изменения. Вопрос не в богатых и бедных, вопрос в воровстве и коррупции, вопрос в беспределе. Если тема уйдет, то это будет просто как имитация каких-то преобразований, бросания костей народу.
— Еще один вопрос: вот как вы думаете, в свете сегодняшнего заявления появятся ли новые кандидаты в президенты на выборах?
— Мы сегодня как раз это и обсуждаем.
— Каким будет окружение Путина? Создадут ему еще каких-то фигур вокруг?
— Нет. Но в отношении имитационных кандидатов, конечно, они все присутствуют. Это и Зюганов, это и Жириновский. Я думаю, что это будет и Явлинский, его заставят, и он с удовольствием пойдет. Пожалуй, что и все. Мы обсуждаем сейчас о реальном единственном и независимом кандидате, обсуждаем здесь, на съезде ПАРНАС. Идет жаркая дискуссия, поскольку доступа к выборам нет. Нас не регистрируют, никуда не пускают. Альтернативы боятся, свободы боятся. Тем не менее, мы обязаны заниматься политической работой, и мы обсуждаем, как нас сделать, как добиться участия в президентских выборах.
— Не назовете несколько своих кандидатур?
— Это пост сопредседателя Партии народной свободы. По крайней мере, все четыре сопредседателя готовы выдвигаться и по тем процедурам, которые мы у себя в партии приняли, определять единого кандидата.
— Удастся ли вам сегодня договориться, Михаил Михайлович?
— Сегодня у нас такое решение не запланировано, поскольку еще немножко рано. А в начале декабря такое решение будет принято.