'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
Жизнь без пола и потолка
День космонавтики унаследован нами от великого Советского Союза. Тогда каждый ребенок знал, как далеко продвинулась советская наука в освоении космического пространства. Разбуди советского человека ночью, он сказал бы, чем Гагарин отличался от Титова, сколько космонавтов помещалось в "Восход", а сколько в "Союз", зачем вышел в открытый космос Леонов и почему мы не попали на Луну. Сейчас оказывается, что мы не знаем о космосе очень многого. Например, есть, оказывается, такая вещь, как космическая архитектура.Архитектор Галина Балашова живет в подмосковном Королеве в обычной панельной пятиэтажке. Никто не знает, что в папках среди ее эскизов лежат проекты первых космических домов. Осуществленные проекты.
— Мне пришлось двадцать лет проектировать интерьеры космических кораблей и орбитальных станций. Но я никому не могла про это рассказать. На моей работе мне запрещалось подписывать свою фамилию.
Окончив архитектурный институт в 1955 году, она по распределению попала в город Куйбышев. Там познакомилась с Юрием Балашовым, молодым специалистом — теплотехником, и стала его женой. Вместе с ним приехала работать на ракетостроительный завод — ныне РКК "Энергия" — в город Королев. В июне 1957 года, по рекомендации мужа, она поступает на работу в отдел главного архитектора ракетостроительного предприятия.
В июне 1964 года С. П. Королеву показали макет нового многоместного космического корабля "Союз". В отличие от предыдущих аппаратов, кроме спускаемой капсулы он имел дополнительный орбитальный отсек, в котором космонавты могли более свободно жить и работать. Этот отсек первоначально был создан инженерами и конструкторами как аскетично-функциональное помещение с набором ящиков и шкафов. Королеву проект не понравился: "В космос человек не может летать в туалете". Заказ передали Балашовой. Первый вариант интерьера орбитального отсека "Союза" была сделан за выходные. Когда в понедельник его показали генеральному конструктору, он принял проект с одной только рекомендацией — "сделать посовременнее". Для доработки деталей Балашову командировали в отдел, которым руководил инженер и космонавт Константин Феоктистов. Здесь произошло первое знакомство с требованиями космической технологии и организации пространства: построения сферической формы с учетом внутреннего атмосферного давления, равномерности расположения приборов и мебели для уравновешивания бортов. В Калинине на заводе синтетических материалов подбирали цвет и текстуру искусственной кожи, подбитой новым тогда поролоном. Из такой кожи только что был сшит охотничий костюм для Хрущева.
Диван и сервант собирались на макете из алюминиевых конструкций, где фактически каждый кубический сантиметр был занят аппаратурой и приборами. Мебель была прежде всего дополнительной емкостью, но кроме того — бутафорией, выполненной в "новой" шестидесятнической эстетике. Это был своего рода "идеальный" дизайн для минимизированного пятиэтажного жилья, которым увлекался тогда Хрущев. Так выполнялось требование Королева "сделать посовременнее".
Осенью 1964 года Балашову приняли в проектный отдел, где разрабатывался космический корабль для полетов на Луну. Эту работу она вела с самого начала — придумала новую форму орбитального отсека, задала требуемую конфигурацию приборов и оборудования. И только после этого факультативно занялась проектированием интерьера, сама записывая себе в план этот никем не требуемый раздел. В результате получился один из наиболее интересных и эстетически выверенных проектов. Отказавшись изначально от "пола и потолка", архитектор предложила рассчитанную на невесомость "неориентированную" композицию, где нет ни дверей, ни перегородок, где свободное пространство подчинено сразу многим функциям — как в авангардистских архитектурных проектах 20-х и 60-х. К концу 1968 года строительство было фактически завершено. Но после успешного полета американцев на Луну советскую программу закрыли. Балашовой оставалось только смотреть на свой осуществленный проект, годами ржавевший на территории завода.
В начале 1970-х разворачивается программа "Союз—Аполлон", для которой архитектор участвует в проектировании "Союза-19". На нем необходимо было делать интерьер не только с учетом дополнительных приборов, но и политической значимости события. Партия и правительство, разумеется, предложили красный цвет. Но возникла проблема, связанная с осуществлением телетрансляции из космоса. Красный цвет получался на телеэкране черным и его пришлось заменить на зеленый. С 1976 по 1987 год Галина Балашова участвует в создании первых орбитальных станций "Салют", выполняет эскизы корабля "Буран" и начинает "для души" разрабатывать по просьбе генерального директора серию памятных медалей и вымпелов в честь каждого полета. Первый успешный опыт космической эмблематики принес больше разочарования, чем удовлетворения. Придуманный значок советско-американского космического сотрудничества, всем известный знак, вскоре стал официальным символом программы "Союз—Аполлон". Никто, кроме руководства КБ, не знал, кто был его настоящим автором. Балашовой не только запретили обнародовать свою фамилию, но и приказали отказаться от гонораров.
Своеобразной вершиной творчества архитектора стала орбитальная станция "Мир". Как и в предыдущих своих объектах, Балашова вела комплексное проектирование. Архитектурный раздел начинался с настоящей схемы функционального зонирования: рабочий отсек, зоны отдыха, ремонта, гигиены, каюты для сна. Все это впервые в нашей практике было блестяще разработано. Несмотря на последующие переработки, основная схема так и осталась не измененной.
Доделывать станцию "Мир" ей пришлось уже на пенсии, работая в своем бывшем цехе ночным сторожем. До сих пор Балашова не понимает, почему не была организована хоть небольшая архитектурно-проектная группа, почему плохо учитывались послеполетные замечания и предложения космонавтов. Однажды она услышала в свой адрес: "Архитектура космонавтам не нужна, они полетят и в консервной банке. Главное для них — выжить и выполнить программу". Такое отношение она ощущала постоянно. Первые профессиональные архитектурные проекты интерьеров космических кораблей были выполнены на голом энтузиазме.
АНДРЕЙ КАФТАНОВ
Макет нового многоместного космического корабля "Союз" Королеву не понравился: "В космос человек не может летать в туалете". Заказ передали Балашовой. Однажды она услышала в свой адрес: "Архитектура космонавтам не нужна, они полетят и в консервной банке. Главное для них — выжить и выполнить программу"
Журнал "Коммерсантъ Власть" №14
от 11.04.2000, стр. 42