Уставай, страна огромная!

Вчера премьер России Владимир Путин в Адлерском районе Сочи на берегу моря у костра под песню "Я так ждала тебя, Вова!" встретился с бойцами первой смены стройотряда "Авторадио" и рассказал им, что от политики нисколько не устал и что на это можно даже не надеяться, а также что делает он все "в целом правильно" и получает от этого чувство огромного удовлетворения. С подробностями с берега Черного моря — специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

"Авторадио" решило вернуть к жизни идею стройотрядов и по результатам работы в эфире сформировало несколько бригад, которые месяц будут работать посменно на расчистке горнолыжных трасс "Роза Хутор". Слушатели должны были заслужить гордое звание бойцов стройотряда. Так, бойцы бригады N 1 из Москвы, состоящей из охранника, двух бухгалтеров и техника-строителя, покрасили здание в школьном дворе и закрасили граффити (последняя заслуга вообще-то сомнительна).

Бойцы бригады N 2 из поселка Вербилки Московской области построили в Вербилках волейбольную площадку, сделали лавочки, разбили клумбы. В планах — строительство горки и песочницы.

Сотрудников ЖЭКов и управляющих компаний, которые обязаны заниматься тем же самым за деньги жильцов, среди бойцов стройотряда не оказалось.

Владимир Путин появился в белом шатре в тот момент, когда бойцы вместе с самодеятельным певцом Олегом Митяевым, Верой Брежневой, которой как никому другому шло море и разворачивающийся над ним закат, и Владимиром и Сергеем Кристовскими из "Ума2рман" готовились, сбившись в кружок, затянуть какую-нибудь стройотрядовскую песню. Выяснилось, что такие песни еще у кого-то на слуху. Наблюдать за старательно раскачивающимися под эти песни, сидящими на бревнышках немолодыми людьми (хотя и молодые, справедливости ради, оказались тут тоже) было, признаться, немного неловко. Но все-таки что-то было в том, как они раскачивались — все старательнее и старательнее, со все более критичной и критичной амплитудой... с таким желанием показать, как же им хорошо...

В таком виде их и застал Владимир Путин, явившийся миру на этот раз из чрева небольшого полувоенного катера. Катер ткнулся носом в песок, потом нос разложился в стороны и вверх, и откуда-то с самого дна вышел к людям премьер-министр Российской Федерации.

Кто-то и догадался попросить братьев Кристовских исполнить под его поступь песню "Я так ждала тебя, Вова!".

Пели хором и с энтузиазмом. Чувствовался какой-то легкий вызов. Возможно, поэтому в глазах премьера сначала читалось некоторое напряжение. Возможно, он думал: не стоит ли уже ответить этим запевалам чем-то вроде "С чего начинается Родина". Так или иначе, подпевать он точно не собирался.

После песни завязался разговор. Премьер поинтересовался, удалось ли бойцам (каким же родным это слово является для "Объединенного народного фронта"!) посмотреть олимпийские объекты. Ему объяснили, что пока исключительно проездом.

— Я попрошу, чтобы вас туда обязательно свозили, потому что это впечатляет. Это грандиозное сооружение! Одно из них, главная арена, в пять раз больше, чем Колизей!

Премьер, видимо, сам внимательно слушал экскурсовода по этим объектам.

— Так они стоят еще наполовину построенные...— сказал один мужественный боец, притом что слово "еще" мог с легким сердцем заменить на "уже".

— Лучше нет, лучше нигде нет! — продолжил премьер.— Это естественно, потому что мы делаем по новым технологиям!

Владимир Путин уже далеко не в первый раз объяснил, зачем тратить столько денег на Олимпиаду, вместо того чтобы раздать их людям.

— А можно я сразу же задам как бы вдогонку вопрос о спорте? — спросил его один из сотрудников "Авторадио", ведущий Захар.— Понятно, домашняя Олимпиада, огромное количество золотых медалей, но ощущение складывается, что именно в зимних видах спорта, а дальше у нас спорта нет...

— Какое? А какое вы имеете к этому отношение? — заинтересовался премьер.

— Я пресс-атташе сборной, помимо всего прочего, по совместительству. И я понимаю, что дальше, за 2014 годом, у нас нет хоккея...

— А кто выиграл сейчас чемпионат мира среди юниоров? — переспросил премьер.

— Среди молодежных команд? — уточнил Захар.

— Ну да, среди молодежных.

— Наша сборная, — признал Захар.

— А я, знаете, сейчас посмотрел, как играла "Золотая шайба"...— продолжил премьер.

— "Золотая шайба", к сожалению, не может в мировых первенствах играть,— пытался перейти в нападение Захар.

— Не может, но оттуда же черпаются люди... Вы знаете, сколько сейчас в "Золотой шайбе" принимают участие по всей стране? 300 тыс. детей!

— 300 тыс.? Но это же очень мало!

— Это мало,— неожиданно согласился премьер.— Недостаточно пока. А в "Кожаный мяч" играют 600 тыс. мальчишек. Но значит, у нас есть шансы дальше развивать тоже и "Кожаный мяч", и "Золотую шайбу", и там уже будет не 300 тыс., а шестьсот будет, миллион, может быть, и так далее. Мы должны добиться, чтобы у нас, так же как и в Финляндии, 75% людей занималось физической культурой!

Тут в разговор вмешался бард Олег Митяев, у которого, как выяснилось, был свой мегарезон.

— Мне кажется,— раздумчиво и максимально задушевно произнес он,— что все-таки во всем этом деле мы как-то забываем про настрой, для того чтобы наполнить все эти здания каким-то восторгом, какой-то душевностью. Мне хотелось бы, чтобы люди писали песни, писали какие-то произведения, чтобы к Олимпиаде мы подошли с каким-то настроем...

— Конечно,— легкомысленно согласился премьер.

Олег Митяев решил, что, видимо, пора:

— И вот здесь, в Сочи, я сейчас рассказывал, что проходит фестиваль "Лето — это маленькая жизнь", и мы приглашаем авторов, которые участвуют и пишут сейчас песни, для того чтобы нормально встретить Олимпиаду. У нас проходят фестивали по всей стране, которые по 40-50 тыс. собирают сегодня, но у нас нет собственной базы!

Наконец-то он добрался до главного: попросил у премьера здание. В этом самодеятельный певец ничем не отличался, к примеру, от профессионалов театра, которые встречались с премьером недавно в Пензе.

— Если бы у нас был Дом авторской песни,— душевно вздохнул Олег Митяев,— в котором бы был музей, где лежала бы гитара Визбора, рукописи Галича (а это все рассовано по квартирам, по домам)... Ведь это большой повод — написать что-то стоящее для Олимпиады... Как-то хотелось бы, чтобы нам помогли власти и обратили на это внимание тоже, а не только на стройку!

— Вообще, это очень важно и нужно сделать! — откликнулся премьер.— И сделать-то несложно — достаточно объявить соответствующие конкурсы, объявить как бы мобилизацию (привет от "Народного фронта"! — А. К.) такую, интеллектуальную, творческую, и наверняка будет результат!

И ни слова, надо отдать должное, про здание. Какое может быть новое здание, когда, наоборот, в имеющихся зданиях пора заколачивать окна и идти на "Фронт"!

Впрочем, следует сказать, что на этой встрече лидер ОНФ ни разу не соблазнился позвать бойцов в свою многоликую организацию. Далось, конечно, непросто. Но, возможно, чувство меры наконец-то возобладало.

Премьеру спели пародию на него, которыми славится утреннее шоу "Мурзилки Live": "Путин, Путин на расправу быстр! Путин, Путин наш премьер-министр!" "Мурзилки" признались, что и выбора-2012 для них не существует: "Ежин, Бажин — выбор очевиден!" (фамилию деликатно заменили).

Премьер был растроган, в том числе тем, что "Мурзилки" про него написали,— оказывается, уже 57 подобных пародий...

Один боец поинтересовался, почему в России такие дорогие курорты и такие некачественные услуги.

— Вы предпочитаете какую обувь покупать — итальянскую или российскую?

— Я — российскую,— с вызовом ответил боец.

— А тапки на вас чьи? — удивился премьер. Adidas вроде у вас... В советские времена мы развивали, по сути дела, только одну отрасль — оборонку. Вот я сказал про итальянскую обувь: она хорошая, эта индустрия развивалась там десятилетиями. Но у них нет таких ракет, как у нас, а у нас есть!

Он был не первым, кто это сказал. Герой одной песни Юрия Визбора технолог Петухов, у которого не было здания, гораздо раньше гордился: "Зато мы делаем ракеты!"

— И мы запускаем до сих пор больше всех ракет в мире уже в коммерческом плане,— увлеченно развивал свою и его мысль Владимир Путин.— А в отрасли гражданского производства, в услуги почти ничего не вкладывали или вкладывали слишком мало... Но развитие идет, и развитие идет очень быстро!

Тут Владимир Путин получил, очевидно, самый важный вопрос.

Как раз стемнело для таких вопросов:

— Вы говорите, что вы как тягловая лошадь, а до этого были как раб на галерах... Вот теперь как тягловая лошадь. Не устали? Вот так вот по-честному? — спросил его еще один ведущий "Авторадио".

Нельзя сказать, что Владимир Путин не был готов к ответу. Наоборот, судя по всему, готовился тщательно.

— Вы меня на пенсию отправляете? — переспросил он.

— Нет, я не к тому, что на пенсию надо...— быстро произнес ведущий.

— Даже по закону рановато,— добавил премьер.

— Нет, просто человека реально жалко! Со стороны смотришь: Владимир Владимирович там, Владимир Владимирович здесь... Ну вот следующий год опять же... Да-а... Может быть, заняться чем-нибудь другим? Вот такой вот вопрос. Не думали?

— Каждый человек, наверное, думает о своей жизни,— с готовностью откликнулся Владимир Путин,— о своем будущем. Каждый, без исключения! Я просто не представляю человека, который вообще не думает о своей жизни и о своем будущем. Я тоже. Но самое главное — это все-таки иметь возможность самовыражаться, добиваться поставленных целей, и вот сейчас... Извините, как вас зовут?

Он обратился к девушке, которая задала вопрос до этого: "Как вас зовут?"

— Лера...

— Лера сказала очень правильные слова: она сказала о том, что есть люди, которые добровольно работают на то, чтобы сделать что-то полезное, и в этом, я бы добавил, они самоутверждаются и проявляются. И это такой симбиоз, который приносит наивысшее удовлетворение от своей жизни. У меня есть внутреннее убеждение, что у меня в целом все получается. И это действительно приносит мне удовлетворение.

Нет, не устал. Это было совершенно понятно. И не устанет. Тем более что есть ведь убеждение: в целом все получается. И "Народный фронт" получится. Да и все остальное. За что бы ни взялся. Все горит просто в руках, как этот костерок внутри кружка бойцов не его пока "Фронта".

— А как вы все-таки отдыхаете? — решились спросить его.

— Вот с вами встретился,— пожал он плечами.

Было видно, что Владимир Путин время от времени все-таки теряет интерес к разговору.

— Но все-таки это такой отдых... Наверное, каждому человеку, который занимается чем-то одним, как нам, снятся страшные сны: у нас нет эфира, пропадает музыка, не звучит микрофон. У вас бывает нечто подобное во снах, может быть? Нет, правда, интересно.

— Нет, мне не снятся,— коротко сказал он.

— Не снятся производственные сны?! — удивился очередной сотрудник "Авторадио".

— Мне не снятся производственные сны,— уже резко сказал премьер.

— Повезло...

Имелось ли в виду, что ему снятся другие, о которых не сразу и расскажешь, так и осталось неизвестным. Не дожали вопрос, как говорится.

— Действительно, просто нужно менять вид деятельности,— сказал премьер.— Спортом надо заниматься, что я и стараюсь делать...

Он рассказал, как сплавлялся как-то по алтайской реке со своими дочерьми:

— У нас народ такой спокойный! Вот мы на лодке идем , стоят мужики на берегу, просто стоят... И никто и не ожидал, что я там окажусь, потому что мы прилетели по-тихому и пошли по этим горным рекам. Они прямо на берегу стоят, по-моему, человека три вот, с такими же кружками, меня увидели: "Владимир Владимирович, как?" И показывают на кружки. Я говорю: "Я не могу, я спешу!" — "Ну ладно тогда, за ваше здоровье!" Как будто они давно стояли, меня ждали... или я здесь каждый день плаваю.

Вдруг высказался Олег Митяев, потерявший, видимо, надежду в результате это разговора обрести здание:

— А мне как выпускнику института физкультуры нравится выражение Михаила Михайловича Жванецкого: если бы спорт был полезен для здоровья, то в каждой еврейской семье было бы как минимум по два турника.

— Смотрите! — оживился премьер.— Первый мой тренер — еврей, второй — тоже. Он подключался, когда мы готовились к крупным соревнованиям. А наш первый призер в дзюдо — это было в Токио, он не стал чемпионом только потому, мне кажется, что это было в Токио, его просто слили — по национальности тоже еврей. Так что вы меня не убедили.

Президент "Авторадио" Юрий Костин пригласил премьера в автопробег в 2013 году.

— Может быть,— сказал он от чистого сердца,— вы к этому времени уже и посвободнее будете...

Но, наткнувшись на стальной взгляд премьера, успел добавить:

— Хотя нам бы, конечно, этого очень не хотелось...

Напоследок Олег Митяев и Вера Брежнева спели премьеру песню про Сочи — из тех, которые Олег Митяев еще только собирался написать в новом здании.

— Так вы уже подготовились,— засмеялся премьер.— А говорите, что не знаете, что писать.

"Синие сопки города Сочи будут нам сниться всегда..." — после этой песни Владимир Путин еще долго со всеми прощался и фотографировался.

Если вы думаете, что уже у самого катера Олег Митяев не догнал его и не сказал еще раз про здание Дома авторской песни, то вы ошибаетесь.