Вчерашний приговор Петру Короткевичу был уже вторым по счету. В сентябре прошлого года судья Мещанского суда Николай Курдюков отправил бывшего главного финансиста МПС за превышение должностных полномочий на шесть лет в колонию общего режима. Тогда господина Короткевича, ни дня до этого не проведшего в СИЗО, взяли под стражу в зале суда и продержали в Бутырке три месяца. А затем кассационная коллегия Мосгорсуда отменила приговор, направила дело на повторное слушание в ином составе суда, а самого Петра Короткевича освободила под подписку о невыезде. Новое рассмотрение дела началось в январе этого года. По его окончании гособвинитель прокуратуры Москвы вновь попросила суд признать Петра Короткевича виновным по ст. 286 ч. 3 УК РФ ("Превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия") и приговорить его к тем же шести годам лишения свободы.

Однако судья Дмитрий Коваленко вновь отправлять господина Короткевича на нары не стал. Хотя из первых же строк зачитанного им вчера приговора следовало, что он обвинительный, однако "превышение должностных полномочий с тяжкими последствиями" судья переквалифицировал на "злоупотребление должностными полномочиями без тяжких последствий" (ст. 285 ч. 1 УК РФ). Последняя статья давала судье возможность вообще освободить Петра Короткевича от наказания в связи с истечением пятилетнего срока давности привлечения к уголовной ответственности за данное преступление, что тот и сделал. Резолютивная часть приговора звучала так: приговорить Петра Короткевича к трем годам лишения свободы, однако от отбывания наказания освободить.

Правда, судье пришлось изловчиться, объясняя в приговоре, почему он не признал нанесенный железным дорогам ущерб в $16 млн "тяжкими последствиями", как ранее это сделал судья Курдюков. Поскольку при "тяжких последствиях" судья не смог бы подвести обвиняемого финансиста под "срок давности", он написал в приговоре: "не представлено доказательств, что удержание с железных дорог $16 млн существенно ухудшило их финансовое положение".

Осужденный, дослушав приговор, сказал, что очень устал, хочет забыть об этом суде "как о страшном сне" и быстро удалился, оставив своего адвоката Михаила Бурмистрова ожидать копию приговора в письменном виде. Защитник же заявил "Ъ": "Это стыдливая попытка прикрыть незаконный арест господина Короткевича по первому, отмененному, приговору, чтобы и волки были сыты, и овцы целы". Ко вчерашнему вечеру ни сторона защиты, ни прокуратура пока не решили, будут ли обжаловать это компромиссное решение суда.

Уголовное дело против руководителя департамента финансов МПС Петра Короткевича было возбуждено в 2005 году в связи с письмом главы Счетной палаты Сергея Степашина, сообщившего тогдашнему генпрокурору Владимиру Устинову, что при проверке целевого использования МПС кредита АО "Банк Аустрия Хандельсбанк АГ" аудитор палаты столкнулся с одним примечательным фактом. По поручению Октябрьской, Западно-Сибирской и Восточно-Сибирской железных дорог АО "Трансрейл Холдинг АГ" перевело упомянутому банку в счет оплаты по кредиту, взятому для создания для этих дорог сети волоконно-оптической связи, $126,6 млн, однако со счетов самих дорог по указанию МПС было снято на $16 млн больше. Господин Степашин отметил, что предписание железным дорогам отправить упомянутые $16 млн АО "Трансрейл Холдинг АГ" выдал в июне 2000 года руководитель департамента финансов МПС Петр Короткевич. В предписании указывалось, что деньги необходимо отправить "в счет гарантийного обязательства по перевозкам, осуществленным дорогами в 1998 году", однако из письма главы Счетной палаты следовало, что "обоснований для проведения зачета данной суммы в ходе проверки не установлено".

В обвинительном заключении прокуратура Москвы указала, что господин Короткевич предписал железным дорогам уплатить $16 млн АО "Трансрейл Холдинг АГ" "в рамках взаимозачета", однако для него не имелось оснований. Взаимозачет должен был проводиться в случае, если бы упомянутая фирма отправила эту же сумму АО "Банк Аустрия Хандельсбанк АГ" в качестве гарантии оплаты работ, проведенных для железных дорог фирмой "Эрикссон" (именно она создавала для МПС сеть волоконно-оптической связи). Однако следователи выяснили, что перечисление денег "Трансрейлом" упомянутому австрийскому банку подтверждалось лишь "незаверенной копией платежного поручения". Следствие также указало, что Петр Короткевич абсолютно необоснованно оправдывает свои действия указанием министра путей сообщения Николая Аксененко от 9 июля 1997 года, которое в действительности не имеет отношения к вопросу о компенсации фирмой "Трансрейл" затрат компании "Эрикссон". По версии следствия, господин Короткевич лишь прикрывался фамилией умершего в 2005 году от лейкоза министра Аксененко, которому, кстати, обвинение по данному факту никогда не предъявлялось. Генпрокуратура инкриминировала господину Аксененко незаконную трату на содержание центрального аппарата МПС прибыли железных дорог, перечисляемую последними в ведомственные фонды образования и здравоохранения, однако уголовное дело было прекращено в связи с его смертью.

Тем не менее господин Короткевич на суде неоднократно повторял: "Я выдал предписание во исполнение указания министра Аксененко". Допрошенный же судом в качестве свидетеля бывший первый замминистра путей сообщения Михаил Иванков заявил: "Если бы Короткевич не выполнил это указание министра, то после этого ему было бы такое, что мама не горюй". Любопытно, что руководство ОАО "Российские железные дороги", признанное судом потерпевшим по делу, отказалось тем не менее предъявлять гражданский иск Петру Короткевичу, поверив, видимо, самому финансисту, что тот в этой истории был лишь стрелочником.