«Больше всего запомнились именно уличные объекты или канальные»
Дмитрий Буткевич — о Биеннале в Венеции
Одна из опасностей в Венеции — не столкнуться с протестами, например, около российского или израильского павильонов в Джардини и Арсенале, а просто заблудиться в бесконечных узких улочках, когда под ногами колышется асфальт (ведь большинство из них — это засыпанные каналы). Тут есть, конечно, секрет. Можно ориентироваться по Гранд-каналу. Рано или поздно одна из улиц выведет к нему, а, если повезет, то и к остановке вапоретто или хотя бы к какому-то плавсредству, коих тут, и помимо гондол, великое множество.
Вспоминается, как в одном из таких попаданий в венецианский лабиринт мы набрели на очередной арт-объект в рамках Биеннале. Это были огромные надувные подвижные и даже говорящие крысы, сидящие посреди площади. А рядом, во дворике умостился «Макдональд» работы Пола Маккарти. Вообще почему-то больше всего запомнились именно уличные объекты или канальные. Например, подводная лодка Александра Пономарева, «припаркованная» прямо в Гранд-канале, узкий дом Эрвина Вурма напротив Академии и рука, держащая танк на…
Вспоминается, как в одном из таких попаданий в венецианский лабиринт мы набрели на очередной арт-объект в рамках Биеннале. Это были огромные надувные подвижные и даже говорящие крысы, сидящие посреди площади. А рядом, во дворике умостился «Макдональд» работы Пола Маккарти. Вообще почему-то больше всего запомнились именно уличные объекты или канальные. Например, подводная лодка Александра Пономарева, «припаркованная» прямо в Гранд-канале, узкий дом Эрвина Вурма напротив Академии и рука, держащая танк на…
