Коротко

Новости

Подробно

Вклад «Западный»

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 43

Западные компании все чаще привлекают инвестиции из фондов развивающихся стран. К чему может привести передел финансового влияния в мире, по материалам последних исследований* выяснил Игорь Федюкин.


Еще один ведущий западный банк списывает убытки и, чтобы не сесть на мель, привлекает дополнительный капитал. В конце июня о дополнительном выпуске своих акций объявил британский Barclays, которому срочно понадобилось £4 млрд. Среди покупателей — ни одного американского или европейского инвестора, зато больше половины допвыпуска приобретают Катарское инвестиционное управление, Challenger (личный фонд катарского монарха) и сингапурский фонд Temasek. Это типичные суверенные фонды — государственные инвестиционные компании из развивающихся стран, которые стали в последнее время основными покупателями на западных распродажах подобного рода.

Появление на рынке богатых иностранцев, распоряжающихся миллиардами и скупающих все вокруг, всегда вызывает, мягко говоря, беспокойство. В конце апреля специальные слушания, посвященные суверенным фондам, прошли в сенате США. Сенаторам напомнили, что совсем недавно Citigroup продала пакеты своих акций фондам ADIA из Абу-Даби, сингапурскому GIC и кувейтскому KIA, а корейский KIC, Temasek и упоминавшийся уже KIA вложили значительные средства в Merrill Lynch. За период с августа 2007 года, когда ипотечный кризис стал несомненным фактом, американские финансовые компании привлекли капитал на $100 млрд. За это же время зарубежные суверенные фонды вложили в американскую финансовую отрасль $30 млрд, из них $17 млрд — собственно в банки. Выступавший в сенате представитель Федеральной резервной системы США говорил о том, что в связи с этими инвестициями возникают "серьезные политические вопросы".

Эксперты говорят о новой эпохе в мировой экономической истории. Суверенные фонды — это символ "масштабного перераспределения экономического и финансового влияния" в мире, писал в январе в своем докладе Хавьер Сантиско, ведущий эксперт Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Развивающиеся страны становятся не просто самостоятельными, но и ведущими финансовыми центрами, все чаще выступая в роли не кредитуемых, а кредиторов для остального мира, в том числе и для развитых стран. В начале 2000-х развивающиеся страны как группа впервые экспортировали больше капитала, чем импортировали. Это объясняется целым рядом факторов, в первую очередь высокими ценами на энергоносители и другие сырьевые товары, экспортируемые этими странами, а также бурным экспортно ориентированным ростом экономик таких государств, как Китай, Сингапур, Тайвань. Парадоксальным образом сказался здесь и финансовый кризис 1998 года, научивший правительства развивающихся стран осмотрительности: получив тогда болезненный урок, они предпочитают не проедать сверхприбыли, как это было 15-20 лет назад, а откладывать их на черный день.

В результате финансовые игроки из этих стран рассматриваются сегодня на равных с ведущими западными финансовыми компаниями, хотя надо признать, что даже самый крупный из них, ADIA из Абу-Даби с активами $875 млрд, пока заметно отстает от ведущих западных частных фондов, Barclays Global Investors ($1,85 трлн) и State Street Global Advisors ($1,75 трлн). Однако чрезвычайно быстрый рост этих фондов не мог не вызывать определенные опасения в развитых странах, тем более что многие из этих фондов контролируются не просто иностранными правительствами, но государствами не слишком демократичными и не всегда проводящими в отношении Запада безусловно дружественную политику.

Суверенные фонды Китая, России или арабских монархий привлекают к себе сегодня повышенное внимание, но вообще-то мир государственных инвестиционных фондов ими не ограничивается. Оливия Митчелл из Университета Пенсильвании и ее коллеги выделяют в своей новой работе три основных типа контролируемых государствами финансовых игроков: это валютно-резервные (то есть стабилизационные) фонды, собственно суверенные фонды и, наконец, государственные пенсионные фонды. Все эти фонды в принципе похожи, поскольку управляют от имени государства принадлежащими ему активами, и суверенные фонды развивающихся стран здесь являются вовсе не самыми крупными: лидирует среди госфондов японский пенсионный фонд с активами $912 млрд, к лидерам относится и норвежский пенсионный фонд ($300 млрд). История крупнейших государственных пенсионных фондов насчитывает десятилетия. Например, Трастовый фонд социального страхования в США был создан еще в 1940 году, Сингапурский пенсионный фонд в 1955 году, Фонд социального страхования в Дании — в 1964-м.

Однако именно суверенные фонды чаще всего привлекают к себе внимание прессы, и объясняется это их инвестиционной стратегией, которая, в свою очередь, определяется их предназначением. Стабилизационные фонды создавались с прицелом на необходимость быстрого реагирования на валютные кризисы и потому отличаются высокой ликвидностью своих активов: они вкладываются в основном в краткосрочные облигации или фьючерсы на различные сырьевые товары. Пенсионные фонды обычно в гораздо меньшей степени заинтересованы в высокой ликвидности своих активов, но инвестируют преимущественно в инструменты, деноминированные в их же собственной национальной валюте, потому что именно в этой валюте деноминированы их обязательства, то есть пенсии, которые они выплачивают гражданам. Кроме того, пенсионные фонды как в силу традиций, так и в силу прямых законодательных ограничений часто концентрируются на государственных облигациях. Например, средства американского Трастового фонда социального страхования, а это почти $2 трлн, вложены исключительно в специально для этого выпущенные и не торгуемые на рынке гособлигации США. Суверенные же фонды привлекают к себе особое внимание потому, что преследуют долгосрочные цели: если у пенсионных и стабилизационных фондов есть вполне конкретные обязательства, то задача суверенных фондов — заботиться о сохранении и приращении излишков на радость будущим поколениям граждан. Соответственно, и инвестируются они в стратегические активы, как правило, за рубежом.

Митчелл с коллегами приводят в своей работе несколько имеющихся на сегодня оценок совокупного размера этих фондов, но оценки эти сильно разнятся. Согласно одной из них, только суверенные фонды управляли, по состоянию на прошлый год, от $1,5 трлн до $3,1 трлн. Согласно другой оценке, 20 ведущих суверенных фондов, вместе взятые, стоят $2 трлн, еще $4 трлн приходится на фонды, управляющие золотовалютными резервами. Еще один автор приходит к выводу, что активы суверенных и государственных пенсионных фондов мира составляют $3 трлн. Однако все эти авторы сходятся в том, что стабилизационные и государственные фонды по своему размеру намного превышают собственно суверенные фонды, а те, в свою очередь, уже обошли так называемые хедж-фонды — ведущих частных финансовых игроков. Иными словами, вызывающие столько волнений суверенные фонды незападных стран — это, конечно, важные игроки, но говорить об их абсолютном доминировании на мировом финансовом рынке пока не приходится.

Точная цена вопроса, однако, известна лишь приблизительно, и это не случайно. Суверенные фонды известны своей непрозрачностью: сами они, как правило, не рассказывают о своих сделках, не раскрывают размера и структуры своих портфелей. Самые дисциплинированные из них, например Норвежский пенсионный фонд, обнародуют общие принципы своей инвестиционной деятельности, которые к тому же закреплены в законе, и (со значительной задержкой) общие показатели прибыльности. Про некоторые же ближневосточные фонды неизвестно почти ничего. Кроме того, инвестируя в компании развитых стран, суверенные фонды стараются структурировать свои сделки так, чтобы не подпадать под требования регулирующих органов о раскрытии информации. Например, приобретают пакеты менее 10% или даже 5% акций. Подобное поведение объясняется не только общей скрытностью — оно вполне разумно, если учесть политическую значимость инвестиционных решений, принимаемых государственным фондом. Но популярности суверенным фондам подобная непрозрачность не прибавляет.

Очевидно, однако, что в будущем суверенные фонды будут играть все более ощутимую роль в мировой финансовой системе. Год назад Стивен Джен, аналитик инвестиционного банка Morgan Stanley, предсказывал, что к 2015 году совокупные активы суверенных фондов вырастут с тогдашних $2,7 трлн до $12 трлн. Уже к концу 2011 года, согласно прогнозу, они обгонят по размеру золотовалютные резервы всех стран мира. При этом все более заметную роль будут играть суверенные фонды стран, не являющихся нефтеэкспортерами, в первую очередь азиатских, в частности Китая. Доля зависимых от нефти суверенных фондов к 2015 году упадет до менее чем 50% от их общего объема, а китайский суверенный фонд выйдет на первое место в мире уже в 2009 году.

Как предрекает Джен из Morgan Stanley, растущая активность суверенных фондов будет вызывать все более серьезные опасения в западных странах, тем более что меняется и их инвестиционная стратегия. "В 1980-х годах японские инвесторы скупали американскую недвижимость,— пишет он.— В начале 2000-х русские инвесторы скупали футбольные клубы". Сейчас, однако, суверенные фонды интересуются в первую очередь даже не теми активами, которые обещают наибольшую финансовую отдачу, а теми, которые дают доступ к технологиям и знаниям, которые напрямую трудно купить или воспроизвести. Поэтому первоочередными объектами для вложения средств суверенных фондов станут компании высокотехнологичных отраслей и финансового сектора, считает Джен. Сегодня многие эксперты опасаются, что чрезмерная активность суверенных фондов подорвет финансовую глобализацию: развитые страны будут закрывать двери перед носом нежеланных покупателей, а это, в свою очередь, вызовет ответные меры со стороны развивающихся стран. Однако не менее вероятен и другой сценарий: вкладывая свои средства в экономику других государств, страны--хозяйки суверенных фондов и сами попадут от них в существенную зависимость.

*Исследованы работы: С. Джен. "Каких размеров достигнут суверенные фонды к 2015 году?"; О. Митчелл, Д. Пиготт, К. Кумру. "Управление государственными инвестиционными фондами: передовые подходы и новые задачи"; Х. Сантиско. "Суверенные фонды экономического развития".

Государственный стабилизационные фонды*


СтранаРазмер фонда
($ млрд)
Активы фонда
(доля ВВП, %)
Китай1334,650
Япония90720,9
Россия407,541,3
Тайвань266,373,1
Корея25028,2
Индия22024,3
Бразилия155,514,6
Сингапур144109
Гонконг13671,8
Малайзия9161,3
Алжир8372,3
Мексика78,29,3
Таиланд6933,5
Австралия678,7
Турция6716,6
Ливия64127,2
Норвегия56,618,2
Польша5215,4
Индонезия4913,6

*По состоянию на 2007 год.

Источник: О. Митчелл, Д. Пиготт, К. Кумру. "Управление государственными инвестиционными фондами: передовые подходы и новые задачи".

Крупнейшие государственные пенсионные фонды мира*



Название, страна
Размер ($
млрд)
Активы под
управлением
(доля ВВП, %)
Правительственный пенсионный
инвестиционный фонд (Япония)
935,621,6
Национальный пенсионный фонд
(Южная Корея)
19121,5
Пенсионный фонд государственных
служащих (ЮАР)
177,669,6
Почтовый сберегательный фонд
(Тайвань)
128,218,8
Национальный пенсионный фонд
(Швеция)
117,530,5
Национальный фонд социального
страхования (Китай)
1043,9
Канадский пенсионный фонд (Канада)86,46,9
Фонд пенсионного обеспечения
(Малайзия)
82,25655,2
Центральный пенсионный фонд
(Сингапур)
7053
Резервный фонд социального
страхования (Испания)
44,83,7
Государственный институт
социального страхования (Кувейт)
40,550,1
Резервный пенсионный фонд
(Франция)
391,8
Пенсионный фонд трудящихся (Индия)31,53,5
Государственный пенсионный фонд
(Финляндия)
136,2

*По состоянию на 2007 год.

Источник: О. Митчелл, Д. Пиготт, К. Кумру. "Управление государственными инвестиционными фондами: передовые подходы и новые задачи".

Крупнейшие суверенные фонды*



Название, страна
Размер ($
млрд)
Активы под
управлением
(доля ВВП, %)
Источник
пополнения
Инвестиционное
управление Абу-Даби и
Инвестиционный совет
Абу-Даби
875674,6Экспорт нефти
Инвестиционная330249,7Экспортная
корпорация правительства
Сингапура
выручка
Норвежский глобальный
государственный
пенсионный фонд
322103,6Экспорт нефти
Кувейтский всеобщий
резервный фонд и
Кувейтский фонд будущих
поколений
250309Экспорт нефти
Китайская центральная1003,7Экспортная
инвестиционная
корпорация Hujin
выручка
Фонд будущего506,5Профицит
(Австралия)бюджета
Постоянный резервный
фонд Аляски (США)
400,3Экспорт нефти
Всеобщий резервный фонд
Брунейского
инвестиционного
управления
35546Экспорт нефти
Фонд будущих поколений
(РФ)
323,2Экспорт нефти
Трастовый фонд151Роялти за
инвестиционногопользование
управления штата
Нью-Мексико (США)
землями

*По состоянию на 2007 год.

Источник: О. Митчелл, Д. Пиготт, К. Кумру. "Управление государственными инвестиционными фондами: передовые подходы и новые задачи".

Комментарии
Профиль пользователя