Фестиваль оркестры
Среди европейских коллективов, которые Фестиваль симфонических оркестров мира в этот раз пригласил в Колонный зал Дома союзов, были гости из Скандинавии — симфонический оркестр Шведского радио. Их концерт под управлением дирижера Лейфа Сегерстама слушал СЕРГЕЙ Ъ-ХОДНЕВ.
На сторонний взгляд, оркестр при государственном радио — учреждение сугубо старомодное. Роль радио нынче совсем иная, чем лет шестьдесят назад, да и держать симфонический оркестр на коште радиокомпании, казалось бы, барство. Все это совсем не мешает европейским оркестрам такого статуса и сейчас занимать подчас весьма завидное положение среди их симфонических коллег, и оркестр Шведского радио не исключение. В 1960-х им руководил легендарный дирижер Серджиу Челибидаке. Сейчас его руководитель — Дэниел Хардинг, молодой британец, входящий как минимум в десятку самых известных и востребованных дирижеров мира.
Правда, в Москву шведы прибыли не с ним, а с финским маэстро Лейфом Сегерстамом. Когда тот плавно вышел на сцену, своей достопочтенной внешностью навевая мысли не то о рождественских сказках, не то о "Калевале", аудитория, похоже, настроилась на нечто милое, улыбчивое и добродушное — и обманулась. Оркестр, верный в своей преданности нордическому репертуару, сыграл сначала симфоническую поэму шведа Хуго Альфвена "Легенды скал", поставленную в пару к "Морю" Дебюсси, а затем, во втором отделении, Вторую симфонию Сибелиуса. Несмотря на мягкость, даже кротость дирижерского жеста, оркестр с первых нот удивлял тугой стройностью и поразительной дисциплинированностью звучания.
Оба моря — море Альфвена, вырисованное щедрыми густыми мазками, и несравнимо более капризное по колориту море Дебюсси в передаче оркестра сохранили именно что максимум своей живописности, глубокой, вдумчивой, не всегда такой уж добродушной, но, бесспорно, красивой. Скандинавский характер исполнения можно было усмотреть разве что в строгости и эпическом размахе, который обретали что оба "морских" опуса, что Вторая симфония Сибелиуса. Даже не скажешь, в чем лучше себя обнаруживали способности оркестра: в мастерской скульптурной лепке эпизодов симфонии, в насыщенных tutti, то чернильно-мрачных, то торжествующих, или в тактичнейших, упоенно прозрачных фрагментах с инструментальными соло.
Судя хотя бы по программе, за репутацией артистичных выдумщиков, мастеров броских или хитроумных концепций стокгольмские музыканты и финский дирижер не гонятся. Но это, по счастью, не мешает им сосредотачиваться на самом качестве своей игры вплоть до малейших частностей. Когда струнные играют с отточенностью и сосредоточенностью первосортного квартета, медь неожиданно гибка (и даже ревет, если надо, с вышколенностью и с умом) и все вплоть до арфы и литавр старательно трудятся над небанальной выделкой каждого звука — концепции и выдумки хочешь не хочешь перестают казаться обязательными.