Кубинцы станцевали «Жизель» в постановке Алисии Алонсо в Большом театре
В Петербурге и Москве прошли гастроли Национального балета Кубы. Перед зрителями маячил шанс увидеть версию российских императорских театров. Дело в том, что дореволюционный премьер Большого Михаил Мордкин был одним из основателей Американского балетного театра. А именно в этой молодой труппе гранд-дама кубинского балета, прожившая мафусаилов век, впервые станцевала партию Жизели в 1943-м, и тот дебют вознес ее до положения балерины. Другое дело, что с 1948-го — года создания Национального балета Кубы — его основательница могла неоднократно «поправлять» «Жизель» в зависимости от текущих нужд, своих и труппы.
Похоже, так оно и было: в кубинской версии исторических открытий обнаружить не удалось. Сценография Сальвадора Фернандеса честно повторяла старый канон: в сельском акте — два домика друг напротив друга и замок на заднике. Во втором — традиционные кресты в лесу; правда, рисованное озеро, в котором виллисы топят Илариона (у нас его называют Гансом), непривычно близко подступает к сцене.
Сочиненная самой Алонсо хореография тоже оказалась именно там, где постановщики «Жизели» обычно проявляют свою фантазию: «крестьянское» па-де-де превратилось в танец шести пейзанок и четырех пейзан, хором танцующих адажио и попарно вариации,— типичный ход для руководителя труппы, дающего потанцевать молодежи. Неожиданностью стали изменения в партии самой Жизели, изрядно упростившие ее незаметно для глаза неофита, но коробящие насмотренного зрителя.
Подробнее о балете читайте в материале «Бразды поправлений».