Полис повышенной готовности
Почему крупным предприятиям становится сложнее и дороже получить полноценное покрытие
Крупному предприятию теперь недостаточно выбрать страховщика и заплатить за полис. Чтобы получить покрытие основных рисков, ему приходится оценивать имущество, устранять уязвимости и готовить план на случай остановки производства. Такую модель эксперты страхового брокера Remind описывают в обзоре «Страхование имущества. Тренды, риски и практические решения. 2026–2027». По оценкам авторов обзора, страхование становится частью постоянного управления рисками, а условия договора все сильнее зависят от состояния объекта. А новая модель страхования будет не только более требовательной, но и менее предсказуемой.
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
Переходящая убыточность
Убытки в корпоративном страховании имущества растут быстрее сборов. Страховщики тщательнее оценивают крупные объекты, увеличивают франшизы и расширяют перечень исключений, а от предприятий требуют оценки имущества и вложений в безопасность. В итоге часть ущерба бизнесу приходится покрывать самостоятельно. Для бизнеса это означает дополнительные расходы и организационные задачи. При этом выполнение требований страховщика не гарантирует широкого покрытия: отдельные риски могут не войти в договор, а часть ущерба — остаться на предприятии.
Одна из причин ужесточения условий страхования — рост убытков. По данным Банка России, приведенным в обзоре Remind, с 2021 по 2025 год сборы по страхованию имущества юридических лиц выросли на 41,7%, со 120,2 млрд до 170,3 млрд руб. Выплаты за тот же период увеличились почти втрое, с 22 млрд до 65,5 млрд руб., а количество заявленных убытков — с 22,6 тыс. до 32 тыс. руб. Переломным стал 2024 год: выплаты выросли на 116% из-за крупных пожаров на складах и производственных объектах, а также повреждений имущества беспилотниками. В 2025-м они остались примерно на том же уровне.
В первом полугодии 2026-го выплаты продолжили расти быстрее сборов. Премии увеличились на 13,5%, до 94,6 млрд руб., а выплаты — на 27,3%, до 36,6 млрд руб. Сильнее всего выросли выплаты по пожарам и противоправным действиям третьих лиц.
После ухода зарубежных перестраховщиков риски по крупным российским объектам пришлось размещать внутри страны, прежде всего в Российской национальной перестраховочной компании (РНПК). В РНПК утверждают, что перестраховочной емкости для крупных объектов достаточно. Однако на складах и в торговых комплексах, как правило, достаточно высокая концентрация дорогостоящего имущества, из-за чего один пожар может привести к огромному убытку.
По оценке Remind, номинальные тарифы для большинства объектов сейчас снижаются. Но прежний объем защиты может стоить дороже. Например, склад могут предложить застраховать по сравнительно низкому тарифу, но с существенными исключениями из покрытия. Договор без таких исключений в некоторых случаях обходится в четыре раза дороже. Крупное производственное предприятие также может получить более низкую ставку, но с увеличенной франшизой — частью каждого убытка, которую предприятие покрывает самостоятельно. В результате полис дешевеет, но больше риска остается у бизнеса.
Поэтому снижение тарифа само по себе не означает улучшения условий страхования. Бизнесу следует сравнивать не только цену полиса, но и перечень покрываемых рисков, лимиты выплат и размер франшизы.
Затратная безопасность
Расходы бизнеса не ограничиваются стоимостью полиса. Перед заключением договора предприятию могут потребоваться оценка имущества, обследование объекта и устранение замечаний риск-инженеров. От результатов проверки зависят тариф, франшиза, исключения, а иногда и сама возможность получить необходимое покрытие.
В РНПК усиление требований объясняют крупными пожарами последних лет, причиной которых часто становились серьезные нарушения норм безопасности. Среди типичных недостатков называют отсутствие или неисправность систем пожаротушения, их несоответствие назначению помещения, хранение погрузчиков рядом с товаром, нарушения при сварочных и строительных работах. Если по итогам обследования объект получает оценку ниже средней, в договоре могут появиться дополнительные ограничения.
Вложения в безопасность могут окупиться. В Remind приводят примеры, когда после обследования и выполнения рекомендаций страховая премия снижалась более чем на 10% — для крупного промышленного объекта экономия может составить десятки миллионов рублей. При этом уменьшаются вероятность происшествия и возможный размер ущерба.
Однако не все требования риск-инженеров бизнес считает соразмерными. Менеджер департамента по стратегическому планированию и управлению рисками АО «НефтеТрансСервис», член ассоциации риск-менеджмента «Русское общество управления рисками» Сергей Фомин отмечает, что после осмотра объекта производственной недвижимости страховщик может предъявить «сверхвысокие требования к безопасности». Предприятие может заказать независимое обследование и представить его результаты страховщику, но это также требует немалых расходов.
Но даже успешно пройденное обследование не гарантирует, что полис покроет серьезный ущерб. По расчетам Remind, доля отказов страховщиков в выплате выросла с 8,2% в 2021 году до 16,3% в 2025-м. В Remind объясняют эту динамику обращениями за возмещением по неподходящим договорам, отказами после атак БПЛА, если событие было квалифицировано как теракт, а этот риск не входил в покрытие, а также расширением перечня исключений.
При этом судебных споров, по оценке старшего партнера адвокатского бюро «Бельский и партнеры» Дмитрия Шнайдмана, стало меньше. Он объясняет это судебной практикой, ограничившей применение исключений, которые были связаны с действиями страхователя: страховщики стали чаще соглашаться на компромиссное урегулирование.
Как считает Дмитрий Шнайдман, многое зависит от конструкции договора. При страховании по перечню конкретных рисков предприятие должно доказать, что ущерб вызван одним из указанных событий. Полис «от всех рисков» покрывает повреждение по любой причине, кроме прямо перечисленных исключений, наличие которых доказывает страховщик. Такой вариант обычно дороже, но лучше защищает компанию, если причину происшествия установить не удалось.
Риск снижения выплаты может скрываться в порядке ее расчета. Например, формулировка о восстановлении имущества «до состояния, в котором оно находилось на дату страхового случая» позволяет учесть износ. Пространство для споров оставляют и выражения вроде «разумные и необходимые расходы». «В отсутствие четкой регламентации порядка расчета страхового возмещения страховщик всегда будет предлагать и настаивать на наиболее экономных вариантах»,— предупреждает Дмитрий Шнайдман. Оговорки о грубой неосторожности также сохраняются в типовых договорах. Хотя в суде у страховщика мало шансов обосновать ими отказ, такое условие усиливает его позицию на переговорах о компромиссной выплате. Поэтому перед подписанием полиса важно проверить объем покрытия, основания для отказа и порядок расчета возмещения.
Нереволюционные подходы
Чем сильнее условия страхования зависят от состояния конкретного объекта, тем труднее бизнесу заранее предсказать результат переговоров. «Если мы говорим про типичные риски, то подход к формированию условий по ним более стандартный и предсказуемый. Если про крупные проекты и предприятия — там процесс сильно завязан на готовность страхователя инвестировать в рискозащищенность, вести диалог со страховщиком и выполнять его рекомендации по улучшению риска. Это формирует индивидуальный подход страховщика к риску, в котором сам страхователь заинтересован в большей степени»,— поясняет начальник отдела страхования имущества и ответственности страхового брокера Remind Дмитрий Седов.
Еще одним условием для крупных производственных предприятий становится план непрерывности деятельности (ПНД). Он должен описывать, как компания продолжит работу или восстановит производство после пожара, взрыва, аварии или другого события: какое оборудование критично, чем его можно заменить, где найти комплектующие и сколько времени потребуется для запуска. Из обзора Remind следует, что в 2026 году отсутствие такого плана стало препятствием при страховании перерыва в деятельности. Для предприятий, у которых страховая сумма, лимит ответственности или максимально возможный убыток превышают 20 млрд руб., такое покрытие требует согласования с РНПК, а содержание ПНД становится одним из оснований для решения РНПК о согласовании покрытия. Таким образом, при страховании оценивают не только вероятность повреждения имущества, но и способность предприятия восстановить работу после происшествия.
В РНПК не ожидают, что после введения новых подходов в 2026 году условия страхования крупных предприятий в 2027-м снова принципиально изменятся. Главным вызовом останутся риски терроризма и диверсии: совокупная ответственность перестраховщика по ним превышает 8 трлн руб., а рост числа и размера убытков заставил его пересмотреть подходы к их покрытию. Поэтому РНПК уже приступила к реализации новой концепции: объекты разделят на группы по степени подверженности угрозе и для каждой определят общие тарифы, лимиты, франшизы и исключения. Для большинства клиентов размер франшизы не изменится, но условия для объектов с повышенной угрозой будут зависеть от оценки риска.
Не ждут революции на страховом рынке и в Remind. Там уверены в постепенном совершенствовании подходов. «Главный признак — когда страховщик и клиент начнут говорить на одном языке и почувствуют, что они партнеры, а не соперники»,— отмечает Дмитрий Седов. При этом долгосрочно прогнозировать условия страхования от терроризма и диверсий сложно: ситуация может меняться быстрее, чем договоры и правила рынка.
Переходный период закончится, когда бизнес сможет заранее получить ответы на три вопроса: какие требования ему предъявят, как их выполнение повлияет на условия договора и какую часть возможного ущерба страховщик возьмет на себя. Пока таких ответов нет, новая модель остается для предприятия не только более требовательной, но и менее предсказуемой.